– Давай, рассказывай, что произошло на самом деле. Тут все свои, и за стены этого дома наш разговор не выйдет.
– Да нечего, вроде.
Рая взяла меня за руку.
– Василисушка, мы знаем Логачёвых. Очень непростое семейство. И Егор… Он не совсем обычный. Расскажи нам всё. Возможно, мы отправим тебя утром с детьми. Мы спрячем тебя.
– Спрячем? Но что мне может угрожать?
– Кто! ― уточнил Коста. ― Рассказывай.
И я рассказала всё с того самого момента, как в моих руках оказалась проклятая визитка Одри. Меня слушали, не перебивая.
– Да, история. ― Рая вновь вскипятила чайник. ― Ты знаешь, что Логачёва Кощеем называют?
– Не потому, что бессмертный, хотя и это тоже, ― усмехнулся Коста, ― а потому, что завяз в криминале по самые яйца. Однажды и ко мне такие, как он, явились. Предложили сделку. Оружие перевозить нелегально. У меня же корабли свои в кругосветку ходят. Ясный перец, отказался. Они ещё раз пришли и ещё, а потом угрожать стали. Детей чуть из лицея не выкрали, в Раю стреляли. Словом, пока полиция разбирается, семейство кочует, как цыганский табор, вместе с хряком.
– Коста всегда вёл легальный бизнес. Ну, если не считать мелких махинаций с налогами.
Мужчина улыбнулся.
– А как иначе? Без этого не выжить.
– Может, эти люди и были от Кощея? ― а что ещё я могла подумать?
– Нет. Азиаты. Логачёв даже предложил помочь разобраться, но это повлекло бы за собой рабство и для меня, и для моих потомков. ― Коста печально усмехнулся. ― Я ведь вначале хотел воспользоваться предложением соседа, а потом справочки навёл. Словом, хрен редьки не слаще оказался.
– Но это не самое страшное для тебя, Василиса. ― Рая опять сжала мою кисть. Ты зря вышла за Егора, ох, зря. Ванька и Захар, да будет земля ему пухом, хорошими парнями выросли. И бизнес вели правильный, и в разборки не лезли, и с девчонками встречались. А вот Егор…
Я насторожилась.
– Что с ним не так? Он мальчиков любит?
Коста кашлянул.
– Любовник у него есть, тут в Париже. Отец, естественно не в курсе. Сам случайно узнал. А женщины у парня так, для отвода глаз. Он с ними гм… грубый очень.
– Тогда зачем он полез ко мне?
Рая развела руками.
– Вот это ― загадка.
Да уж. Вляпалась.
– И что теперь делать?
Коста пожал плечами.
– Мы можем переправить тебя в Афины.
– А дальше? Бегать всю жизнь, ждать смерти Кощеевой?
Рая кивнула.
– Девочка права. Это не выход. Давай так, если обидит, ― приедешь к нам. Не скажу, что тут безопасно, но нас защищает полиция, как может. Возможно, семейство Логачёва не захочет скандала, и тебя отпустят…
– Или закопают в сосновом бору на Родине. ― Я вышла из-за стола. ― Пора мне. Поздно уже.
– Шарль подвезёт. А ты ко мне завтра днём приезжай, решим насчёт работы. ― Раиса крепко обняла меня. ― Знаешь, мы все тут русские, вне зависимости от национальности, и мы все стараемся помочь друг другу.
Всю дорогу я молчала, обдумывая слова новых знакомых. Какой смысл им было врать? Хотели предупредить, по-дружески, чтобы, в случае чего, у меня не отвалилась челюсть от удивления. Вот только факт нетрадиционной ориентации мужа в голове не укладывался. Высокий шикарный мужчина оказался геем? Память услужливо вытянула из глубин картинки пребывания в Питере, куда Валюша услала меня для подписания контракта с год назад. Тогда, возвращаясь с банкета на такси, часов в двенадцать, я увидела у ярко освещённого клуба толпу молодых людей.
– Голубки! ― презрительно выплюнул таксист.
– Что? ― не поняла я.
– Геи на вечеринку собрались.
Мы поехали дальше, а я развернулась в кресле и ещё долго смотрела на высоких мускулистых парней, пока те не исчезли из вида.
Ладо, пусть так. Но как жить с таким мужчиной? Может, просто договориться и существовать на общей жилплощади по-соседски? Я горько усмехнулась. «Прости, мамочка, но внуков ты ещё долго не получишь».
Когда мы подъехали к дому, в окнах горел свет.
Кивнув сонному консьержу, поднялась на второй этаж и открыла дверь собственными ключами. Егор сидел в кресле с бутылкой виски. По мутному взгляду я поняла, что он смертельно пьян.
– Явилась? ― пошатываясь, он приблизился ко мне.
Обойдя муженька, я направилась в спальню.
– А ну, стоять!
Он больно схватил за руку и дёрнул к себе.
– Натрахалась, шалава?
Мои глаза поползли на лоб.
– Пусти, кретин, я по городу ездила.
Мужчина толкнул меня так, что я не удержалась и упала на мягкий ковёр. Он присел рядом на корточки.
– По городу, говоришь? Ты на часы смотрела, тварь конченная.
Такой агрессии я не ожидала и очень испугалась. Наклонившись ниже, Егор обдал меня запахом спиртного.
– Уже нашла себе дружка? Браво. С большим членом? Куда он тебя имел?
Схватив за волосы, муж поставил меня на колени и расстегнул молнию брюк. Я с отвращением уставилась на эрегированный орган.
– Соси, сука.
Бежать! Бежать! Куда угодно, подальше от этого кошмара!
– Открывай рот, иначе изувечу! ― звонкая пощёчина и боль в затылке. Шпильки впивались в голову под крепкими пальцами.
Я вся дрожала. По щекам катились слёзы. Зажмурившись, открыла рот и тут же почувствовала, что задыхаюсь. Огромный член доставал до глотки, давил на нёбо, вызывая рвотный рефлекс. Садист схватил меня за голову двумя руками и принялся вколачиваться всё быстрее, хрипя и завывая. Благо, всё это длилось недолго. Наполнив рот вязкой жидкостью, он оттолкнул меня и скрылся в спальне, громко хлопнув дверью. Я долго кашляла и отплёвывалась. Немного успокоившись, поплелась в ванну. Старательно почистила зубы, прополоскала горло, но этого казалось мало. Грязь, словно, прилипла ко мне изнутри. Из зеркала на меня смотрело испуганное создание с кровоподтёком на левой скуле.
Я вернулась в гостиную и налила в стакан виски. Три глотка. Снова спазм и кашель. Ничего, выжила. В моём положении стоило радоваться и этому. Перед глазами всё плыло. Я достала телефон и набрала номер Логачёва. А какой спрос с пьяной бабы?
– Осмелела? ― голос в трубке был бодрым, словно Кощей никогда не спал.
– Охренела, хотели сказать? О. да. Офигела и офонарела. Это я про фонарь под глазом. Э-эй, слышите? Под моим, между прочим, глазом.
Абонент вздохнул.
– Ладно, говори, чего там у вас случилось?
О! Какая забота! Тронута до глубины души!
– Вы почему не предупредили меня, что Ваш старшенький ― козёл и садист? Решили, мне деться некуда? Управы на него не найду? А зря. Вот отправлюсь в участок побои снимать, и засажу Егорку, как пить дать!
Свёкор кашлянул.
– А ты ничего не перепутала, девка? Или нюх потеряла?
Я рассмеялась.
– Вы, наверное, про мозги? О, да. Надо было на Родине отказаться от той самой свадьбы. Лучше лежать под нашими ёлками, чем под французскими баобабами. Вы же на закопание намекаете? Так вот, можете уже лопату в руки брать. Мне пофиг. Терпеть выходки Егора я не намерена. Кстати, наш разговор записывается. Так что можете угрожать дальше.
Про запись я слукавила, но Кощей струхнул.
– Ладно, девка, успокойся. Сына вразумлю. Но ты тоже на рожон не лезь. Целее будешь.
– Как Иван? ― ещё глоток. Уф, как пробрало!
Логачёв насторожился.
– Зачем тебе Иван?
Я хохотнула.
– Брат он мой теперь. Я что, не имею права узнать, как дела у родственника обстоят?
Старик помолчал.
– Оставь его в покое. Чего ты хочешь? Машину? Дом? Яхту?
– Не-е-е-е. Хочу, чтобы служила мне Рыбка Золотая, и была у меня на посылках.
– Проспись, Василиса. Завтра поговорим.
Короткие гудки. Вот же, гад! Так про Ваньку ничего и не сказал. Я повалилась на диван и крепко уснула.
Глава 22
Егор быстро передвигался по гостиной, застёгивая на ходу запонки. Хотела притвориться спящей, но голова гудела так, что я невольно застонала.
