– Кажется, вахтенный прав. С хребта Рильяно на мысу Корсики подают сигналы – должно быть, группе рыбацких лодок внизу.
– Наверное, так, – сказал адмирал; в голосе его слышалось сомнение.
Снова раздалось улюлюканье с той же галеры, видимо «Дофины».
Появившийся на палубе Савари шепнул Анжелике:
– Ну, теперь мое мумие в безопасности. Я хорошенько обмотал его сетью поверх ивовой оплетки. Надеюсь, бутыль не разобьется. А вы заметили, что мавры на «Дофине» чему-то радуются? Им просигналили огнями с берега.
Де Вивонн, услышав последние слова, схватил старика за широкие брыжи в стиле Людовика XIII:
– О чем просигналили?
– Не могу сказать, ваша светлость. Я не знаю условного кода этих сигналов.
– А почему вы думаете, что они обращены к маврам?
– Потому что это турецкие ракеты, ваша светлость. Вы заметили синие и красные огни? Мне это дело знакомо, потому что в Константинополе я служил у главного артиллерийского мастера и он поручал мне изготовлять такие ракеты из пороха и солей разных металлов, которые дают разноцветные огни. Это китайский секрет, но теперь весь исламский мир им пользуется. Вот почему я решил, что только турки или арабы могут подавать такие сигналы своим соплеменникам, а таких поблизости нет, кроме как на ваших галерах…
– Ваши рассуждения заходят слишком далеко, мэтр Савари, – недовольно прервал его герцог.
К галере подплыл каик, освещенный двумя фонарями, и Лаброссардьер приказал, чтобы их погасили. Голос из темноты прокричал:
– Ваша светлость, у нас на борту «Дофины» беспорядки! Мавры из средней партии волнуются, глядя на огни в горах!
– Это те мавры, которых мы захватили на фелуке с серебром?
– Да, ваша светлость.
– Так я и думал, – пробормотал адмирал сквозь зубы.
– Один из них все время вскакивает на скамью и что-то выкрикивает.
– Что именно?
– Не знаю, ваша светлость. Я по-арабски не понимаю.
– А я знаю, – вмешался Савари. – Я расслышал его слова. Он кричит: «Спасение наше близко!» – и на этот возглас, как на зов муэдзина, все мавры отвечают криками радости.
– Взять этого зачинщика и казнить!
– Повесить его, ваша светлость?
– Нет, у нас нет времени возиться с этим, да и вид повешенного на мачте может возбудить других. Выстрелите ему в затылок и бросьте труп в море.
Каик отошел. Вскоре донеслось два сухих выстрела.
Анжелика закуталась в теплый плащ. Было зябко. Вдруг задул ветер.
Адмирал еще раз осмотрел берег, но там все было покрыто тьмой.
– Поднять паруса! Пусть все три партии галерников берутся за весла. Если нам повезет, утром мы будем на Капрае. Коз там много, так что мы сможем запастись и козлятиной, и пресной водой, и апельсинами.
Анжелике казалось, что она бодрствует, но, видимо, она все-таки ненадолго заснула, потому что внезапно очнулась и увидела, что светает. В перламутровом прозрачном воздухе обрисовался остров. На бледном золотисто-голубом небе он выделялся неровным темно-синим пятном, отражавшимся в почти совершенно неподвижном зеркале моря.
Анжелика была в шатре одна. Она расправила платье, привела в порядок прическу и вышла подышать утренним воздухом. Офицеры стояли на носу. Когда она остановилась около мостков, не решаясь идти по ним одна, лейтенант де Миллеран заметил ее затруднение и любезно вызвался сопровождать ее. Герцог де Вивонн был в прекрасном настроении и протянул ей подзорную трубу:
– Посмотрите, мадам, как приветлив этот остров. Прибой совсем не оставляет пены на вулканических скалах берега. Это значит, что нас ждет там совершенное затишье. И ничто дурное нам не грозит.
Анжелика не сразу справилась с подзорной трубой, но, наладив ее, не могла сдержать восторг при виде прозрачной бухточки, над которой кружились чайки.
– А что это за яркая вспышка слева?
Едва она произнесла эти слова, как яркий огонь взлетел в небо, упал и погас. Офицеры переглянулись. Мэтр Савари спокойно сказал:
– Еще одна сигнальная ракета. Вас поджидают…
– Приготовиться к бою! – рявкнул де Вивонн в рупор. – Пушкари, по местам! Ускорить ход! У нас же целая эскадра, какого черта!..
Несмотря на ветер, с галеры «Дофина», которая была впереди адмиральской, доносились крики каторжников-мавров.
– Заставьте эту сволочь замолчать!
Но, покрывая все другие шумы, пронзительно звучал голос, повторявший:
Ла иллаха иль АллаАлла Мохаммеду расулулаАли вали ула.
Наконец наступила тишина. Герцог де Вивонн продолжал отдавать приказания:
– Сигнал общего сбора! Мы построимся, учитывая значение и маневренность каждой галеры. Та, на которой находятся артиллерийские припасы, должна все время находиться в центре. Я тоже буду в середине, недалеко от нее, чтобы следить за всеми событиями. «Дофина» и «Фортуна» – в авангард, «Люронна» – на левый край. Остальные три последуют сзади, полукругом.
– На скале появилось знамя! – крикнул наблюдатель с мачты.
Де Вивонн поднял подзорную трубу:
– Там два знамени. Одно белое – так христиане объявляют войну. Другое красное с белым бордюром и эмблемой… Что такое? Кажется, я различаю серебряные ножницы – эмблему Марокко. Но это… это неслыханно!.. Ничего не понимаю. С каким же врагом нам придется иметь дело?
Несмотря на сильные волны, галеры подошли к острову и начали строиться в боевом порядке, как вдруг появились две турецкие фелуки или, скорее, барки с парусами, имевшие тем не менее преимущество, так как ветер был для них попутным.
Адмирал передал подзорную трубу своему помощнику, тот посмотрел и потом предложил ее Анжелике. Но она уже держала старую позеленевшую подзорную трубу, которую мэтр Савари разыскал в своих вещах.
– На этих барках только черные люди, и у них несколько плохих мушкетов, – удивилась она.
– Это провокация и наглость! – Де Вивонн решил вступить в бой. – Пусть «Люронна», самая легкая из галер, догонит их и потопит. У этих идиотов даже нет артиллерии!
«Люронна» приняла сигналы и бросилась на фелуки. Вскоре бухнула пушка, и прибрежные скалы отозвались грохотом. Анжелика передала трубу Савари и поспешно зажала уши руками.
Фелуки спокойно плыли себе в открытом море. Галеры «Королевская лилия» и «Конкорда», державшиеся на задней линии, выдвинулись вперед в погоне за легкой добычей. Пушки грохнули еще несколько раз.
– Попали!
Треугольный парус одной из фелук упал в воду. Секунды – и все судно вместе с командой погрузилось в море. Несколько черных голов виднелись среди волн. Другая фелука пыталась подойти к ним, но «Королевская лилия» и «Конкорда» зажали ее с обеих сторон, и фелуке пришлось снова удирать.
– Браво! – произнес адмирал. – Пусть теперь эти три галеры подойдут к мысу у входа в бухту.
Галеры, отошедшие уже на значительное расстояние, начали маневр, что было нелегко, так как море сильно волновалось. В это время раздался крик наблюдателя с мачты:
– По правому борту военная шебека! Идет на нас!..
Глава XII
У входа в бухту появилось судно с поднятыми парусами. Оно быстро пролетело между скалами.
– Повернуться лицом к врагу! Стрелять из трех орудий по моей команде! Огонь!
Главная большая пушка откатилась на мостки после выстрела. Запах пороха щекотал ноздри оглушенной Анжелики. Сквозь дым до нее доносились один за другим четкие ясные приказы.
– Пушки по правому борту – в позицию! Шебека нас обгоняет. Стрелять из всех мушкетов, потом повернуться и снова прицелиться. Огонь!..
Раздался ружейный залп вслед за не отзвучавшим еще грохотом большой пушки. Но шебека избежала попадания ядер и была еще слишком далеко, чтобы мушкетные выстрелы могли задеть ее. Савари разглядывал ее в свою подзорную трубу с таким интересом, с каким натуралист рассматривает какую-нибудь муху.
