Рынок требует добровольного соблюдения правил социального взаимодействия и экономического обмена. Лучше всего этот принцип сформулировал Давид Юм еще 250 лет назад: существует лишь три закона природы – право собственности, передача имущества по взаимному согласию и выполнение обещаний. Таковы главные основы порядка, делающего возможным существование рынка и процветание.
«Законы природы» Юма вытекают из древних заповедей: не укради, не желай имущества ближнего своего, не лжесвидетельствуй. «Воровство» поглощает богатство и препятствует его воспроизводству. Притязания на имущество ближнего поощряют государство, действующее насильственными методами, к перераспределению богатства, тем самым ставя под угрозу стимулы для выращивания завтрашнего урожая. Лжесвидетельство подрывает общность, репутацию менеджмента, доверие инвесторов, прибыльность в долгосрочной перспективе и личные обмены, носящие наиболее человечный характер.
Рынок дает обещанные результаты
Экономическое развитие связано с наличием свободных экономических и политических систем, рожденных верховенством закона и правами частной собственности. Централизованная плановая экономика ни разу не оправдала возлагавшихся на нее надежд. В то же время существует немало больших и малых стран (от Китая до Новой Зеландии), где государство сломало хотя бы часть барьеров на пути экономической свободы. Эти страны обеспечили впечатляющий экономический рост, просто позволив своим гражданам улучшать собственное экономическое положение.
Китай значительно продвинулся по пути к экономической свободе. Чуть больше года назад в его конституцию были внесены поправки, позволяющие людям иметь, покупать и продавать частную собственность. Для чего это было сделано? Одна из проблем, с которыми столкнулись власти КНР, заключалась в том, что люди покупали и продавали собственность, даже несмотря на то, что такие трансакции не признавались государством. Это позволяло чиновникам на местах брать взятки с тех, кто нарушал закон, занимаясь торговлей. Признав права собственности, правительство страны пытается подорвать основу чиновничьей коррупции на местах, которую очень трудно отслеживать и обуздывать из Центра. На мой взгляд, принятые поправки к конституции представляют собой инструмент ограничения всепроникающей коррупции в госаппарате и политического вмешательства в процесс экономического развития.
Хотя этот шаг не стал результатом приверженности политической демократии, он вполне может проложить путь к более свободному обществу. Позитивные результаты уже налицо: 276 фирм, входящих в список 500 крупнейших компаний мира по версии журнала Fortune, сегодня вкладывают капиталы в гигантский технопарк вблизи Пекина, действующий на весьма благоприятных условиях пятидесятилетней аренды, предоставленной государством.
Пример Ирландии служит иллюстрацией того, что и малая страна может обогатиться за счет реализации экономической политики государства. В прошлом Ирландия массово «экспортировала» людей. Это приносило выгоду Соединенным Штатам и Британии, куда направлялись способные эмигранты-ирландцы, бежавшие от беспросветной жизни у себя на родине. Всего двадцать лет назад Ирландия была бедна как страна третьего мира, но сегодня по среднедушевому доходу она опередила свою бывшую метрополию и стала видным игроком на европейской экономической арене. По данным Всемирного банка, темпы роста ВВП Ирландии повысились с 3,2 % в 1980-х годах до 7,8 % в 1990-х. В последние годы она занимает восьмое место в мире по среднедушевым доходам, а Великобритания – только пятнадцатое. За счет привлечения прямых иностранных инвестиций (в том числе венчурного капитала) Ирландия не только прекратила «утечку мозгов», но и развернула процесс в обратную сторону – молодежь теперь возвращается на родину.
Эти молодые люди возвращаются благодаря возможностям, которые создало расширение сферы экономической свободы в Ирландии. Их можно назвать примером уверенных в себе предпринимателей в сфере «экономики знаний»,
улучшающих положение людей и создающих богатство не только для родной страны, но также для Соединенных Штатов и других государств мира. Биографии этих людей свидетельствуют о том, что отказ от негодной государственной политики создает новые экономические возможности, способные диаметрально изменить ситуацию с «утечкой мозгов».
Бояться нечего
Одним из важнейших элементов процесса перемен, роста и улучшения экономических условий является предоставление возможности «вчерашним» рабочим местам двинуться в путь вслед за технологиями вчерашнего дня. Если власть запретит отечественному бизнесу заниматься аутсорсингом, иностранных конкурентов это не остановит. С помощью аутсорсинга эти конкуренты смогут сократить издержки, за счет сэкономленных средств снизить цены и модернизировать производство, получив тем самым серьезные преимущества на рынке.
Один из наиболее известных примеров аутсорсинга– перемещение текстильного производства из Новой Англии на юг США после Второй мировой войны: в южных штатах зарплаты были ниже. (Как и следовало ожидать, это привело к росту зарплат на Юге, и в конечном итоге текстильное производство вновь переместилось – теперь в азиатские страны с дешевой рабочей силой.)
Однако рабочие места в Новой Англии никуда не исчезли. На смену текстильной промышленности пришли высокотехнологичные отрасли – электронно-информационная и биотехнологическая. В результате, несмотря на потерю некогда важных предприятий, Новая Англия от этого перемещения только выиграла. В 1965 году Уоррен Баффет приобрел одну из пришедших в упадок текстильных компаний штата Массачусетс – Berkshire-Hathaway. Финансовые поступления от этой фирмы (их объем падал, но оставался значительным) он реинвестировал в целый ряд венчурных компаний, испытывавших недостаток финансирования. Как известно, эти компании добились впечатляющего успеха, и через 40 лет рыночная капитализации корпорации Баффета составила 133 миллиарда долларов. То же самое сегодня происходит с компаниями K-Mart и Sears Roebuck. Ничто не вечно под луной: когда старые фирмы приходят в упадок, их ресурсы направляются на создание новых.
Только что Национальное бюро экономических исследований обнародовало новый доклад об инвестициях американских транснациональных корпораций на родине и в других странах. Результаты исследования показали: их капиталовложения в Соединенных Штатах в три раза превышают инвестиции за рубежом. Это свидетельствует о взаимодополняющем характере инвестиций в своей стране и за границей: увеличение в одной сфере влечет за собой рост капиталовложений и в другой. По оценке McKinsey and Company, каждый доллар, потраченный американскими компаниями на аутсорсинг в Индии, дает Соединенным Штатам прибавку в 1,14 доллара. Примерно половина полученного дохода возвращается инвесторам и клиентам, а оставшаяся часть используется в основном для создания новых рабочих мест в США. Для контраста: в Германии каждый вложенный за рубежом евро дает национальной экономике отдачу лишь в 80 % – прежде всего потому, что из-за масштабного государственного регулирования уволенным немецким трудящимся получить новую работу гораздо труднее, чем американцам.
На мой взгляд, пока Соединенные Штаты будут занимать первое место в мире по уровню инноваций, нам незачем бояться ни самого аутсорсинга, ни того, что нашим политикам удастся его запретить. По данным Института международной экономики, в 1999–2003 годах в стране было создано более 115 000 высокооплачиваемых рабочих мест в сфере производства компьютерного программного обеспечения, а из-за аутсорсинга за тот же период мы потеряли только 70 000 рабочих мест. Аналогичным образом в секторе услуг было создано 12 миллионов рабочих мест, а потеряно 10 миллионов. Этот феномен динамичных перемен в технологической сфере и замене рабочих мест в старых отраслях новыми составляет суть экономического развития.
Перенося производства в другие страны, американские компании экономят деньги и вкладывают высвободившиеся средства в новые технологии и новые рабочие места – это позволяет им сохранить конкурентоспособность на мировом рынке. К сожалению, невозможно пожать плоды преобразований без болезненного процесса перемен. Перемены болезненны для тех, кто теряет работу и вынужден искать новый род занятий. Они болезненны для тех, кто идет на риск, инвестируя в новые технологии, и проигрывает. Но выгода, получаемая победителями, создает огромные объемы богатства для экономики в целом. Эти преимущества закрепляются на рынке за счет проб и ошибок, а также опыта, накапливаемого в процессе конкуренции.
Глобализация – явление не новое. Это просто современный термин, обозначающий вековечный путь человечества, стремление людей улучшить свое положение за счет обмена и специализации в мировом масштабе. Кроме того, глобализация – синоним мира. Вспомним мудрое замечание великого французского экономиста Фредерика Бастиа: если границы не пересекают товары, их рано или поздно пересекут солдаты.
