— Сегодня нет. Он к бабушке в Чернобыль уехал, кое-что по хозяйству помочь. Она жаловалась, что у нее с огородным инвентарем беда.
— Ясно. А меня-то чего не взял? — удивился я. Честно говоря, я был совсем не против съездить в ту же сторону на разведку. Где-то там в лесной чаще, недалеко от дороги Лелев — Копачи, и находится ЗРК «Волхов». Жаль в своем времени я туда ни разу не наведался, поэтому плохо представлял где именно он располагался.
— Ну вот и что ты там будешь делать со своей рукой?
— Нормально все с ней. Гляди, — я демонстративно взял кружку в руку, покрутил ей. — Все хорошо, почти не болит. Чем-нибудь да помогу, что я не мужчина, что ли?
Соврал, конечно. Нет, не по поводу мужчины. Не так уж и хорошо все было с рукой. Так быстро вывихнутые суставы не заживают — и двух дней не прошло. Несмотря на то, что меня еще в поликлинике травматолог обработал какой-то «секретной» мазью из адамова яблока, чудес все-таки не бывает. Хотя, если подумать, разве мое перерождение не чудо?
Когда с завтраком было покончено, я вышел из дома и отравился в сторону поликлиники. Вспомнил, что в субботу там делать нечего — дежурный врач, скорее всего, пошлет меня куда подальше… Поэтому я решил отправиться в военкомат. Наспех принятое решение, но я надеялся лишь навести справки, не более. Военный комиссариат работал чуть ли не круглосуточно, поэтому проблем возникнуть не должно.
В первую очередь меня интересовала хотя бы примерная дата начала работы призывной комиссии. Отталкиваться нужно было от нее. Все остальное, пока не важно. Честно говоря, где в Припяти находился военкомат, я не знал. Решил спросить либо у прохожих, либо у ближайшего патруля милиции — последние точно все знают.
Но как назло в субботнее утро прохожих было мало, а патрульных почему-то вообще не оказалось. Так я прошел через набережную, городской парк, свернул в сторону пятого микрорайона. Сам не помню как, случайно наткнулся на колхозный рынок.
Здесь, в одиннадцать часов дня, уже вовсю кипела жизнь. Люди заходили и выходили, тащили с собой сумки, коробки. У входа какая-то женщина продавала в картонной коробке маленьких желтых цыплят, рядом с ней, кто-то предлагал отдать котят в хорошие руки. Те жалобно мяукали и отдаваться не хотели.
Сначала я тоже хотел войти внутрь частично крытого павильона и осмотреться, но почти сразу передумал — бесполезная потеря времени. Посматривая по сторонам, я двинулся вдоль стены и у входа буквально нос к носу столкнулся с отцом. Тот как раз тащил в руках ведра и лопаты.
— О! Лешка, ты чего тут делаешь? — удивился тот, заметив меня.
— Да просто гулял, случайно забрел, — в общем-то, я сказал правду. — А мама говорила, ты к бабушке в Чернобыль уехал, разве нет?
— А я уже вернулся, — ответил отец, махнув куда-то в сторону рукой. — Нужно было купить пару штыковых лопат, ведро и новую тяпку. Ну и вот, как видишь.
— Давай помогу? — предложил я свою помощь.
— А как же рука?
— Да нормально со мной все, пап. К тому же у меня вторая еще есть.
Помог ему донести и загрузить в машину весь купленный садовый инструмент, затем поинтересовался:
— Пап, а можно с тобой?
— Куда? К бабушке? Ну поехали. Только ты же смотри, домой я вернусь не скоро. Я еще обещал соседям помочь, они собрались спилить огромный орешник.
— Тем более, вдруг помощь моя понадобится?
Я плюхнулся на переднее сиденье, захлопнул дверь. Затем открыл окно.
— Ну и чего ты туда сел? Давай за руль! — скомандовал отец, глядя на меня через лобовое стекло. — Я что ли учиться водить буду? Вот заберут в армию, повезет — попадешь в автомобильные войска. Знаешь, вообще-то быть водителем в армии это хорошая должность! Можно же не только оружие или солдат возить, но и начальство…
Вот уж не знаю, как мой реципиент водил авто раньше, но у меня с этим все было в порядке. Выглянул в зеркало, включил «поворотник», выжал сцепление, газ. Плавно тронулся, спокойно выехал на улицу Дружбы Народов.
Движение было свободным, пробками в Припяти в те годы и не пахло. Машина тогда считалась в первую очередь роскошью, а только потом средством передвижения.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Через несколько минут движения, отец удивленно хмыкнул.
— Я тебя совсем не узнаю, сын, — произнес он, глядя на меня удивленными глазами. — Ты когда успел научиться так водить? Месяц назад же пробовали, ты едва пешехода не задавил и в кювет не улетел, а тут… Будто лет десять уже ездишь!
— Ну ты тоже сказал, десять лет. Просто… У Женьки отец несколько раз давал нам «Москвича» покататься, вот я руку и набил. Ну, в смысле за городом пробовали, — пришлось прямо на ходу придумывать правдоподобное объяснение того, что я управляю машиной как опытный водитель. — Знаешь, когда на тебя никто не смотрит и не контролирует, все как-то само получается.
— Ну не знаю, — тот задумчиво почесал затылок. — Машины эти совсем разные… Ладно, в любом случае я очень рад, что ты перестал руля боятся. Восемнадцать исполнится, пойдешь в автошколу обучишься и даже успеешь на права сдать. Ага… Ну, раз у тебя так хорошо получается, то ты и вези нас к бабушке.
— А если гаишники остановят?
— Ничего страшного. Я же рядом. Объясню, что учу тебя ездить.
А ведь верно. В то время с этим было немного проще — частных школ еще не было. Было в порядке вещей, когда отец учил сына водить машину там, где безлюдно и плотного движения нет. Вообще, в СССР была только одна организация, которая обучала вождению и именовалась она «ДОСААФ», вот только попасть в нее не всегда было просто из-за очередей. А как обстояли дела с обучением в Припяти, я вообще не знал, — нас эвакуировали раньше, чем я собрался учиться вождению.
Добрались до Чернобыля мы довольно быстро — расстояние всего-то двенадцать километров. Всю дорогу я вертел головой по сторонам, ища в лесу хотя бы признаки военного гарнизона, оберегающего «Дугу» от неожиданных ракетных атак с воздуха. Видимо, мое поведение говорило само за себя.
— Чего вертишься? А, я понял — радиолокационный центр ищешь? — усмехнулся отец, наблюдая за мной.
— Ну да.
— Не здесь он, забыл, что ли? Сколько раз ездили мимо, а ты не интересовался… На обратном пути заедем, покажу, — пообещал отец. — Близко не получится, сам понимаешь. Военный объект, все хорошо охраняется. Еще при строительстве центра, там вырубили большую площадку, поэтому обзор хороший. Антенны видно издалека.
По приезду в Чернобыль, мы быстро завезли инвентарь бабушке — увидеть мне ее не удалось — та ушла к какой-то подруге. Оставили купленный инвентарь во дворе, после чего направились на параллельную улицу к соседям. Там меня, как временно нетрудоспособного инвалида, отправили подальше, чтобы не мешался под ногами.
Распил многолетнего орешника оказался куда более сложным, чем представлялось сначала. Сюда бы хорошую бензопилу, но такой инструмент для домашнего хозяйства был настоящим дефицитом. Зато стандартная «Дружба» имелась чуть ли не в каждом дворе, куда же без нее?
Смотреть на то, как трое мужиков спиливают ветки, было совсем не интересно. Поэтому я решил прогуляться и потихоньку отошел к дороге, почти сразу приметив пятиэтажку в квартале к северу. Добрался до нее, быстро поднялся на верхний этаж, но спустился обратно ни с чем — выход на крышу был заблокирован. Зато во втором подъезде мне повезло — проход на крышу оказался закрыт только на обычный засов, чем я естественно и воспользовался.
Тщательно осмотревшись по сторонам, с крыши здания я издали рассмотрел громаду ЗГРЛС на юго-западе. До нее было километров семь, может чуть меньше. А еще южнее, в четырех километрах, заметил крыши административных построек, прямо посреди лесного массива. Кажется, где-то там и размещалось мое будущее место службы. Судя по тому, что среди густой растительности я заметил развевающийся красный флаг — ЗРК «Волхов» функционировал и стоял на боевом дежурстве.
Вытащил из кармана блокнот, где я делал пометку, срисованную с карты из библиотеки, сверился с направлением. Все верно — место под застройку, определенное на старой карте, заранее было подготовлено для военных целей. Скорее всего, как раз под зенитчиков…
