Мэган глубоко вздохнула, стараясь совладать с внезапным раздражением.
— Я не поняла. Как я могу быть с тобой в каких-то отношениях, если даже не знаю твоего имени?
Ее голос зазвенел, и Кайл остановился на полпути. Ожидая бурю негодования, Мэган растерялась и сникла, увидев злую улыбку на его губах.
— Ты знаешь мое имя.
— Я имею в виду полное имя с фамилией.
— Разве это так важно? Тебе нужно только одно имя, чтобы звать меня, когда мы занимаемся любовью.
Девушка остановилась, открыв рот.
— Мне.., мне просто хотелось знать. Почему ты не можешь сказать? Как-то глупо не знать…
Она вспомнила визитную карточку, которую Пенни стащила у миссис Кериши, подписанную таинственным «КХ», и удивилась, что и теперь знает о нем не больше, чем тогда, в то время как ее жизнь — открытая книга.
— По крайней мере ты знаешь, что между нами существуют отношения, а не мимолетная связь, сказал он тихо. — Моя фамилия Хитнер. Кайл Хитнер. Полегчало?
Неизвестно почему, но это имя прозвучало для нее настоящим набатом.
— Ты обиделся? Я не знала, что это секрет. Мэган нахмурилась, заинтригованная его уклончивостью.
— Не большой секрет. Это просто имя. Другие вещи откроют тебе больше. Пойдем есть.
Он исчез за дверью, шаги тихо прозвучали по садовой дорожке, и только тогда Мэган очнулась и заставила себя двинуться вперед.
Она печатала длинное, сложное и весьма скучное письмо одному из руководителей банка в Манхэттене, на которого Линдси отчаянно пыталась произвести впечатление, когда зазвонил телефон.
Безучастно глядя на экран компьютера, Мэган машинально сняла трубку и вздохнула.
Она думала о картине, которую начала у Кайла в студии. Ей хотелось применить технику, предложенную им, и руки чесались от нетерпения схватить кисть и погрузиться в живопись. Вот бы очутиться сейчас в другом месте, подальше от этого прохладного безликого офиса, который стал еще ненавистнее после встречи с Кайлом! Раньше она только догадывалась, что теряет здесь драгоценное время, теперь знала наверняка. На сто процентов. Он указал ей путь, долгожданный и настоящий.
Возбуждение захлестнуло ее, когда она заговорила в трубку:
— Мэган Бренд. Чем могу помочь?
— О, я думаю, по меньшей мере тысяча способов наберется, а возможно, больше.
При звуках чувственного голоса Мэган растаяла. Утром, собираясь на работу, она решила нарушить традиции и оставила волосы распущенными.
Теперь, когда внезапный огонь охватил тело, она перекинула их на одно плечо.
— Тебе не следует говорить со мной подобным образом, когда я в офисе, — сделала выговор девушка и вытянула шею, чтобы посмотреть, слушают ли телефон ее коллеги. Слава богу, нет.
Казалось, за перегородками все заняты своей работой. Слышалось мягкое жужжание компьютеров. Молчаливое противостояние человеческих мозгов и электронных машин накалило атмосферу.
Будто у этих людей, как и у компьютеров, нет иной жизни, кроме работы. Мысль была настолько ужасающей, что Мэган захотелось бежать отсюда, не тратить жизнь на скучные подсчеты, цифры, строчки. Она уже начала презирать себя за то, что примирилась с банковской службой, хотя могла бы делать гораздо больше…
— Мне нравится говорить с тобой таким образом, — настаивал Кайл.
Девушка боязливо взглянула на дверь кабинета начальницы — закрыта плотно, хвала небесам.
— Нашу беседу могут записывать, — прошептала она.
— Секретные службы?
В его голосе Мэган уловила игривую непочтительность и обнаружила, что сама робко улыбается в ответ, отбросив в сторону осторожность.
— Знаю, звучит нелепо, но иногда они делают так называемую «проверку наугад». Просто чтобы убедиться, что мы все — маленькие труженики и не тратим рабочее время понапрасну, а увеличиваем капиталы наших вкладчиков, — Тогда давай подбросим им что-нибудь стоящее для записи, — дерзко предложил Кайл.
И прежде чем Мэган сообразила, что у пего па уме, Кайл пустился в пространные речи, подробно объясняя, чем бы хотел заняться с ней при следующей встрече: например, разорвать зубами одежды, привязать запястья шелковой лептой к кровати, растереть тело ароматным маслом и наконец доставить ей величайшее наслаждение, от которого у нее помрачится рассудок и она начнет кричать и умолять его остановиться…
К тому моменту, когда он закончил ораторствовать, голова у Мэган кружилась от возбуждения.
Сидя за столом и отчаянно стараясь сохранить остатки хладнокровия, она знала, что между той спокойной, рассудительной Мэган Бренд и ею сегодняшней пропасть глубиной в тысячу миль. Теперь понятно, почему телефонные «секс-линии» приносят много денег. Если когда-нибудь Кайл решит сменить карьеру, то здесь его, безусловно, ждет успех.
— Я завел тебя? — елейным тоном поинтересовался он.
Мэган машинально поднесла руку к груди, словно защищаясь. Ее бедра сжались и покрылись влагой. Завел ли он ее? Если он продолжит свои словесные упражнения, она вскоре будет готова к новой профессии.
— Это очень дурно с твоей стороны — говорить мне такие вещи, когда я на работе. — Девушка закрыла ладонью трубку, чтобы ее никто не услышал. Коллега, сидящая через два стола, подняла голову и улыбнулась, затем снова с озадаченным видом склонилась к клавиатуре. Напряжение Мэган несколько ослабло.
К ее ужасу, Кайл рассмеялся. Его раскатистый голос несся из трубки, вызывая мурашки на спине.
— Любимая, я могу стать еще дурнее, хочешь попробовать?
Мэган задохнулась.
— Нет, Кайл, не надо! Пожалуйста, меня уволят!
— Вот и хорошо, — с воодушевлением продолжал он. — Ты зря тратишь время в своем стеклянном гробу.
— Я должна зарабатывать себе на жизнь. — Даже ей самой слова показались фальшивыми.
— Тогда зарабатывай своей живописью. А я помогу тебе.
Мэган потерла пальцами лоб и вздохнула. Ее сердце, словно тяжелый якорь, ухнуло в пятки при мысли, что может случиться. Только этого не хватало — оставить работу и позволить Кайлу содержать ее. Они едва знакомы. Даже если они и подходят друг другу, как половинки одного яблока, он не может поступать так безответственно. Наедине они всегда спорили по двум вопросам: по поводу ее работы и его возможности взять на себя все финансовые расходы.
— Я не хочу быть у тебя на содержании.
— А я хочу помочь. Поверь мне, твой уход с работы не станет жертвой, Мэган.
— Бессмысленный разговор! Я уже проходила это с Ником. И не хочу повторять ту же ошибку дважды.
Теперь наступила его очередь вздыхать. Мэган представила себе, как он проводит длинными пальцами по спутанным волосам и его лицо застывает то ли от гнева, то ли от отчаяния. Но она останется тверда в своем решении.
