Читаем без скачивания Охотник - Джеймс Олдридж

Рой помедлил с ответом, потом усмехнулся. Казалось, что вот-вот он захохочет. Зел Сен-Клэр смотрел на Роя пылкими глазами кельта, осуждая эту немую сцену, в которой выдержка подавляла у этих англо-саксов и юмор и задор. Как охотник, хотя сейчас и лишенный права охоты, Зел достаточно ясно понимал ситуацию, чтобы не вмешиваться в игру Роя, но это стоило ему немалых усилий. О сети Рой больше ничего не сказал: ни извинения, ни шутки. Видимо, он понял, наконец, что это за люди, и скоро уже раздался его громкий хохот, а потом захохотал и блондин Лосон. Даже Бэрк усмехался, свежуя бобра, и глаза его поблескивали от острого чувства удовольствия.

— А чем, собственно, вы занимаетесь, друзья? — спросил Рой.

Он наблюдал, как Бэрк, сидя на пороге, обдирал и обскребывал бобра приемами настоящего охотника. Лосон все еще не поднимался с пола: сидя у печки, он решительными движениями рассекал окуня, продолжая измерять отдельные его части, потом выпотрошил его и желудок положил в банку. Эти люди знали свое дело, и это пленяло Роя.

— А мы просто бродим по всяким местам и смотрим, как живется дичи и рыбе, — сказал Бэрк. — Лосон, он ихтиолог. — Бэрк указал через плечо сточенным охотничьим ножом. При этом он посмотрел на Роя, чтобы убедиться, понравилось ли ему это слово, и Рой понял, что оно для него и предназначено. — Он специалист по рыбам, — пояснил Бэрк.

— А вы? — спросил Рой.

— А я зоолог, — сказал Бэрк.

— Значит, специалист по дичи?

— Совершенно верно.

— Что же вы делаете здесь, в Муск-о-ги? — спросил Зел Сен-Клэр.

— Смотрим, как здесь живется дичи и рыбе, — повторил Бэрк.

Лосон посмотрел на Сен-Клэра и понял, что надо успокоить и француза.

— Вам, друзья, нечего опасаться, — сказал он. — Мы в самом деле ничего общего с инспектором не имеем.

— Вы англичанин? — спросил Рой у Лосона.

— Да вроде как полуангличанин, — ответил блондин. Говор его только отчасти напоминал английский, в остальном он, насколько мог судить Рой, говорил, как канадец. Он сильно отличался от своего старшего спутника. Во всем, что Бэрк наблюдал со стороны, Лосон принимал живейшее участие, Бэрк все знал, но Рой догадывался, что Лосон способен все почувствовать. И наружностью и поступками Лосон показывал, что ему нравится жить, и за это Рой принимал его как принимал его откровенный мальчишеский смех. Чем-то этот смех был даже чрезмерен. Бэрк менее склонен был смеяться, он скорее смешил других, чему-то про себя улыбаясь. Это был человек, вызывавший восхищение, и Рой видел, что младший спутник отдавал ему должное.

— Ну вот, с этим готово, — сказал Бэрк и бросил ломти бобрового филе в кастрюлю. — Теперь возьмемся за крысу.

Все пошло в дело: ондатра, заяц, куропатка, окунь и последней маленькая красная белка. Он отбирал только лучшие куски, но и так кастрюля была полна доверху мясом и приправой из цельных картофелин, лука, моркови и пучка душистых трав.

— А жаркое будет жирное, — сказал Рой.

— Надо же нагуливать жирок на зиму, — сказал Бэрк, похлопывая себя по животу.

Так мог бы сказать сам Рой, и это еще усилило его доверие. Но он все же недоумевал: что собственно им от меня нужно? Где-то в глубине все еще гнездилось сомнение, как бы они ему ни нравились, и он искал ключ к загадке: что им от меня надо? Он так и не нашел ответа до самого того времени, когда дверь хижины распахнулась и из темноты в нее вошел Джек Бэртон. Он был запорошен свежим снежком, его худые щеки разгорелись и вспухли, он сгибался под двойной тяжестью своих вещей и тюка Роя.

— Фермер Джек, пробил-таки тропу?

— Это твой тюк пробил мне спину, — сказал Джек.

— Взял того лося? — спросил Рой.

— Нет. — Джек посмотрел на незнакомцев, но прямой вопрос Роя сразу внес атмосферу доверия. Собственно говоря, Бэртону нечего было скрывать, у него ведь было разрешение на отстрел лося и оленей. — Лося я завтра непременно возьму, — сказал Джек Рою. — Он отбился от стада на верхнем выпасе. Там я приметил и оленя.

Гости слушали, но молчали.

Рой сказал:

— Это пара специалистов по дичи и рыбе, Джек. — Он сказал так, чтобы позабавить Бэрка. Это объясняло их появление для Джека, но вместо того чтобы ввязаться в дальнейшую словесную игру с Бэрком, Рой вдруг приуныл. Джек почувствовал эту быструю перемену настроения Роя и удивился ей. Он не догадывался, что в глубине души Роя по-прежнему терзали затаенные мысли об Энди и Сэме, о Сент-Эллене и о Джинни. Теперь все они выплыли наружу. Словно это Джек принес их с собой и словно сам Энди появился вместе с Джеком. Приход незнакомых людей на некоторое время отвлек Роя и дал ему забыться, но Джек спугнул его дыханием Сент-Эллена.

Джек скоро понял, что на Роя снова напала тоска. В таком настроении Рой бывал слаб и безрассуден. Зел уже здесь, Мэррей вот-вот явится, значит, все еще есть опасность, что они уговорят Роя идти с ними в заповедник. Единственной доступной Джеку контрмерой было затянуть Роя опять в лес. Начал он с разговора о лосях.

— Знаешь, Рой, — сказал Джек, — я слышал, как этот лось наверху, на хребте два раза позвал, как теленок, будто ждал, что ему ответят.

— Слишком поздно для лося, — безучастно отозвался Рой.

— Да говорю же тебе, что я слышал, — настаивал Джек.

— Ну коли слышал, значит звал, — заключил Рой.

Но тут разговор о лосе подхватил Лосон.

— И в самом деле, в этом году как будто мало лосей, — сказал он Рою. — Как на вашем участке?

— Маловато, — сказал Рой. — Всего становится мало.

Джеку, собственно, не это было нужно, но посетителям явно чего-то нужно было от Роя. Они подхватили эту тему и стали расспрашивать Роя о дичи, об охоте, но без особенного успеха. Рой ел жаркое и отвечал неохотно. Наконец. Бэрк перевел разговор с состояния дичи на ее привычки. Медленно и постепенно он втягивал в этот разговор и Роя. Мало-помалу расшевеливал его Бэрк то шуткой, то поддразниванием и все дальше вовлекал его в русло разговора. В нем принял участие и маленький Зел Сен-Клэр, и как раз Зел перевесил чашу весов. Он лежал на койке Роя и от сытости даже не казался таким хилым.

— Странное дело, — говорил он, глядя черными глазами на бобровые шкурки у себя над головой, — странное дело, как одни животные держатся одной самки, а другим будто все равно, лишь бы урвать свое где придется.

— В лесу нет такого зверя, который бы держался одной самки, — заявил Рой.

— А бобер? — возразил Зел.

— Хитрый бобришка вовсе не такой примерный семьянин, как это обычно полагают, — сказал Рой.

— Он держится одной самки, — настаивал Зел.

— Он выбирает себе подругу, строит хатку и заботится о подруге и детенышах, — сказал Рой, — но, кроме того, по ночам он уходит искать других самок. Мне случалось ловить старых отцов семейства на месте встреч, куда они приходили искать чужих самок. То же и скунс. Свою самку он оставляет в норе и идет охотиться за другой. Так ведь, мистер Бэрк? — спросил Рой.

— Совершенно верно, — сказал Бэрк.

— Я вам больше могу рассказать, такого вы, наверно, не видели, — продолжал Рой. Он помешивал в печке дрова. Джек, наблюдая за ним, несколько успокоился. — В Калифорнии я видел холостого бобра, да, старого холостяка, который построил себе хату и жил в ней один. Хотите верьте, хотите нет, мистер Бэрк.

— Чего не бывает в Калифорнии, — согласился Бэрк.

— Да ты никогда не был в Калифорнии, — сказал Зел Рою.

Тот пренебрег замечанием Зела.

— Или возьмите норку там, на западе. Из всей наживки признает только крутое яйцо. А если не дашь ей крутых яиц, она отправляется на берег океана и преспокойно дожидается, пока он выкинет ей рыбу на обед. Вот это места! — сказал Рой. — Даже бобер способен облениться. Без крайней нужды и запруды не построит, разучился прокладывать протоки. Живет себе рядом с фермерами и обгладывает фруктовые деревья, Есть у него там летняя нора, зимняя нора — и все. Да, бобер в Калифорнии живет припеваючи.

Все посмеялись, и Рой громче других.

— Разве не так, мистер Бэрк? — спросил Рой.

— Да когда же ты был в Калифорнии? — допытывался Зел.

— Расставлял я там однажды капканы, — сказал Рой. — Золотая это была ловля!

Джек часто слышал рассказ о калифорнийской ловле Роя, но так и не мог решить, верить этому или нет. Единственный раз, когда Рой надолго отлучался из Сент-Эллена, было тяжелое время кризиса начала тридцатых годов. Тогда Рой исчез на целых полтора года. Конечно, он мог быть и в Калифорнии, хотя Джек подозревал, что Рой попросту работал на ферме где-нибудь в Мичигане, но был слишком горд, чтобы признаться в этом.

— Вот я расскажу вам, что видел в одной бобровой хатке, — сказал Рой.

— Где? В Калифорнии? — недоверчиво спросил Зел.

— Нет. Здесь, на Четырех Озерах, несколько лет назад, — ответил Рой. — Я набрел как-то на заре на бобровую хатку и нашел в ней старого бобра, который храпел во все завертки. — Рой сказал это так серьезно, что все поверили ему, хотя и рассмеялись. Так разговор попал в намеченное Бэрком русло. Он вылился в диалог между Бэрком и Роем, из которого Бэрк и так и этак выуживал все, что ему требовалось.