У меня было множество других приключений с Биллом Аркрайтом, но этого я не забуду никогда. Это из-за слов госпожи Уиклоу: те, кого поцарапала или ранила Морриган, умирают в течении года. Это своего рода метка смерти.
Билл Аркрайт погиб меньше года спустя, пожертвовав своей жизнью, чтобы я, Алиса и Ведьмак смогли выжить. Возможно, мы заплатили слишком высокую цену за встречу с ведьмой-банши.
Мэг Скелтон
Это история, которая должна быть рассказана. Это предупреждение для тех, кто однажды займет мое место. Меня зовут Джон Грегори, и я Ведьмак — а это полный и правдивый пересказ всего того, что случилось со мной и ведьмой Мэг Скелтон.
Глава 1. Битва с нелюдем
Пять лет мой хозяин Генри Хоррокс обучал меня ведьмачьему искусству. Он учил меня бороться с призраками, ведьмами, домовыми и всеми видами существ тьмы, и теперь, когда мое обучение у него успешно окончилось, я стал полноправным ведьмаком, но все еще жил в доме учителя в Чипендене и работал вместе с ним, чтобы обезопасить Графство.
Поздней осенью учителю пришло срочное сообщение из Арнсайда на северо-западе округа, в котором люди умоляли его и меня разобраться с нелюдем — чудовищным существом, которое долго держало тот округ в ужасе и погубило немало жизней, порой вырезая целые семьи в их собственных домах.
Здоровье Генри Хоррокса ухудшалось, и так уж случилось, что за три дня до этого письма он оказался полностью прикован к своей постели.
— Ты должен идти один, парень, — хриплым голосом сказал он мне, борясь с истошным надрывным кашлем. — Но будь осторожен: нелюди очень сильны. Держи его на расстоянии с помощью своего посоха, как я тебя учил, и попробуй убить ударом в голову, но если хоть на секунду поймешь, что не справишься, то даже не смей к нему приближаться. Как только мне станет лучше, я пойду за тобой на север. Надеюсь, к завтрашнему дню я смогу подняться…
С этими словами мы расстались. Я забрал свой мешок и посох и отправился в Арнсайд один, не взяв с собой серебряную цепь учителя, которая навряд ли бы подействовала на нелюдя: такие, как он, могли сопротивляться не только серебру, но и соли с железом, так что клинок казался мне лучшим способом избавиться от подобного чудовища.
В Арнсайде я обошел несколько небольших ферм, чтобы собрать как можно больше информации о моем новом враге — например, где я смогу его найти и как он выглядит, — но то, что я услышал, не очень-то меня и обрадовало.
Существо оказалось очень сильным. Оно напало на местного фермера всего неделю назад и легко разорвало его на части, отлучив голову от тела, на глазах у бедной испуганной до ужаса доярки, спрятавшейся в сарае, а когда тот мгновенно погиб, то выпило из него всю кровь, а затем сорвало с костей все мясо.
Как я выяснил, чудище укрылось в большой наблюдательной башне недалеко от деревни и обычно отправлялось на охоту за добычей вскоре после наступления полуночи, из-за чего все люди на многие мили вокруг жили в страхе: даже в их собственных домах не было безопасно.
В сумерках я отправился в лес — опавшие листья кучами лежали на промерзшей земле, медленно гния и приобретая характерный коричневатый оттенок.
Передо мной медленно вырастала башня — она мрачной тенью возвышалась над высокими облезлыми деревьями, уходя далеко вверх и черным пиком пронзая темно-синее ночное небо с россыпью серебряных звезд.
Именно тогда я заметил в маленьком темном кругляшке окна зовущую на помощь молодую девушку, отчаянно размахивающую руками в попытке привлечь мое внимание. Я понял, что существо схватило ее и утащило в свое логово, и теперь использовало как собственную игрушку, заключив в тюрьму этих сырых каменных стен.
Прежде чем отправиться вперед, я развел огонь и сел, внимательно наблюдая за пламенем. Я пытался набраться мужества для битвы, и хоть я понимал, что лучше остановиться и дождаться Генри — у двоих больше шансов взять над ним верх, — но не был уверен, что он скоро присоединиться ко мне. Его состояние неуклонно ухудшалось, и пока я буду отсиживаться здесь, существо снова выйдет этой ночью на охоту и снова отнимет не одну жизнь — мой долг, как ведьмака Графства, остановить его.
Достав из своей сумки точильный камень, я стал водить им по лезвию своего клинка до тех пор, пока при одном прикосновении к нему у меня на пальце не проступила кровь, и, наконец, незадолго до полуночи я незаметно подобрался ко входу в башню и громко стукнул концом своего посоха в массивную деревянную дверь, бросая нелюдю вызов.
Существо тут же выскочило наружу, размахивая огромной дубинкой, и в гневе оглушительно зарычало. Оно было одето в сшитые вместе шкуры мертвых животных, на которых ясно виднелись алые кровавые разводы. Почти семь футов высотой с широкой колоссальной грудью, походящей на настоящую бочку, он представлял собой действительно грозного и опасного противника. Я пять лет учился бороться с тьмой и легко мог расправиться с призраком или любым другим темным существом, но тут моя смелость меня подвела.
Я отступил, но все же смог выпустить из посоха скрытый в нем клинок и стал ждать первого же шанса для успешной атаки.
Отгоняя от себя зверя взмахами серебряного лезвия, я резко повернул налево и повел его к деревьям.
Тяжелая деревянная дубинка, которой он орудовал с такой легкостью, будто она весила меньше гусиного пера, раз за разом взмывала вверх и мерно опускалась вниз, сшибая с его дороги целые деревья — один такой удар играючи раскрошит мой череп как яичную скорлупу.
Развернувшись, я размахнулся и сильно ударил его тупым концом посоха в голову, но тот даже не пошатнулся. Тогда я глубоко засадил клинок в его правое плечо, и струйки крови побежали вниз по моим руками и стали заливать голову, капая на траву.
Мы на миг остановились и с опаской переглянулись.
Нелюдь громогласно взревел и снова ринулся в атаку, уже замахиваясь палицей для смертельного удара, но я перекинул посох в левую руку и резко выбросил ее вперед. Лезвие с хрустом вошло ему прямо в лоб, а затем раздался ужасный стон, и чудовище рухнуло замертво у моих ног, истекая кровью.
Я остановился, чтобы отдышаться, и взглянул на труп. Я не чувствовал никакого сожаления об отнятой мною жизни. Наоборот, если бы мне снова представился шанс, я бы убивал его вновь и вновь.
Я вздрогнул. Девушка, все еще запертая в башне, звала меня. Ее голос, будто глас сирены, вел меня вверх по каменным ступеням. Там, в самой верхней комнате, я нашел ее босиком лежащей на кровати из пучков свежей соломы, связанной по рукам и ногам широкой серебряной цепью.
С кожей белой, будто молоко, и длинными светлыми волосами, она была самой красивой женщиной, которую я когда-либо видел в своей жизни. Она сказала, что ее зовут Мэг, и умоляла освободить ее от цепей, и ее голос звучал настолько убедительно, что я просто не смел противиться.
Казалось, мой мир перевернулся.
Не успел я снять с нее цепи, как она прильнула ко мне и прикоснулась своими губами к моим.
Ее поцелуи были так сладки и восхитительны, что я почти лишился чувств на ее руках… Это была ночь, изменившая мою жизнь. Моя первая ночь с Мэг…
Я проснулся только на рассвете.
Солнечный свет уныло пробивался сквозь маленькое круглое окошко, его утренние яркие лучи мерно освещали стоящий в дальнем углу комнаты высокий деревянный стул, под которым виднелись темные остроносые туфли Мэг.
Мое сердце было разбито. Хозяин много раз предупреждал меня, что остроносые туфли являются признаком того, что передо мной стоит ведьма, но еще большее потрясение ожидало меня впереди, когда я впервые при дневном свете взглянул на Мэг.
Вдоль ее спины, прямо по позвоночнику шла длинная цепочка зеленых и желтых чешуек — знак змеи, признак того, что она является не просто ведьмой, но настоящей ламией.
— Ведьма! — закричал я и потянулся за серебряной цепью, лежащей поодаль. — Ты ведьма!
— Я никому не причиняла зла! — воскликнула она в ответ. — Только тем, кто сам пытался меня убить!
— Ложь и обман у тебя в крови, — сердито прошипел я. — Ведьма есть ведьма — ты даже не человек…
Я молниеносно набросил на нее цепь, и та идеальной спиралью обвила тело Мэг, крепко связав ее в руках и ногах, так что та не могла даже двинуться — моя многочасовая практика в саду окупилась сполна.
Переполненный гневом из-за ее обмана, я понес ее в Чипенден, даже не представляя, что меня ждет впереди.
Глава 2. Укрывание ведьмы
Генри Хоррокса я нашел погибшим в своей постели.
Он был хорошим учителем и за последние несколько лет стал мне настоящим другом, и мою душу обуревала тоска по старому ведьмаку.
