с Гаем их быстро догнали. Контрабандистов было пятеро, но как выяснилось позже, это была только часть группировки. Найдя воров в лесу, мы сразу связались с Ланом. Только после того, как все были в сборе, мы решили напасть. Нас не удивило, что у контрабандистов было огнестрельное оружие. Помимо ствола Лана у них имелось еще несколько пистолетов с глушителями, а у нас только мое служебное. Мы не смогли отбить сворованное, но нам удалось их напугать. Бандиты стали отступать в сторону Речного. И тут мне в голову пришла гениальная мысль…
– Ой, да брось, любому школьнику пришла бы в голову эта мысль, – перебил Лан.
– Завидуй молча, – отсек друга Ким и продолжил. – Я подумал, что контрабандисты, скорее всего, не знают, о том, что мост в лесу сгорел, а значит, у нас есть шанс загнать их в тупик. Так мы и поступили. Гнали их до Речного, и в итоге они уперлись в сгоревший мост. Но все равно с ними пришлось повозиться.
– Будь они без оружия, мы бы легко с ними справились, – дополнил рассказ Гай. – А так пришлось побегать, пока они не потратили на нас все пули.
– Ну, а потом было несложно, только Гаю в драке сломали ногу. А бедолаге Рему, достался медведь, который и подрал ему ребра, – сочувственно сказал Лан.
– Нам удалось напасть в самый подходящий момент. Бандиты разговаривали по коннектору с остальными членами группировки. Мы не дали им закончить разговор и сообщить о том, что мост сгорел. Поэтому когда подоспела подмога, им пришлось бессильно наблюдать, как мы выбиваем награбленное из их коллег и уносим ноги. Чтобы сбить со следа, пришлось сделать вид, будто возвращаемся во Вратный, а затем, сделав петлю, вернуться в Речной и перейти мост. Но контрабандисты подстраховались. На выходе из города нас ждал снайпер. Он – то и подстрелил Рема. Я выстрелил в ответ, но не достал. Снайпер по коннектору быстро оповестил друзей, и на нас началась охота. Кое-как нам удалось дотащить Рема до следующего крупного населенного пункта, и там неподалеку в лесу мы затаились. Долго там оставаться было нельзя, Рему становилось хуже. Я оказал ему первую помощь, но нужно было что-то посущественнее. Тогда у нас созрел план. Лан должен был незаметно пройти мимо контрабандистов и позвать Рида. Его контрабандисты не знали в лицо, поэтому, арендовав телегу с двойным дном и лошадь, он вполне мог сойти за торговца. Ну а дальше ты все знаешь. Лан добрался до вас, но снова напоролся на снайпера, который прострелил ему плечо. Объяснил Риду ситуацию, и они поехали в Степной. Там отец купил лошадей и телегу и, спрятав там Лана, приехал за нами. Мы встретили его на дороге и залезли в потайной отсек. А завершилась вся эта фееричная история невероятной тряской в старой скрипучей телеге.
– А куда делся Лан? – спросила Мия.
– Лан отвлекал контрабандистов от нас. Он уводил их подальше от места загрузки, – ответил Ким.
– Рид купил две лошади, поэтому я верхом повел контрабандистов в сторону Речного, затем сделал крюк и, убедившись, что за мной не следят, приехал сюда, – дополнил Лан.
– За тобой точно не следили? – спросил Гай.
– Точнее некуда, – серьезно ответил Лан.
– Да кого ты слушаешь, ему несколько дней назад по голове дали, – посмеялся Ким.
– Ударили меня, а с головой плохо у тебя, – отозвался друг.
– С кем поведешься, от того… – начал было Ким
– И рога вместо мозгов, – закончил фразу Лан.
– Вы молодцы, – перебила сияющая Мия. – Насчет Рема не волнуйтесь, я поставлю его на ноги. Янгу тоже уже гораздо лучше. Спасибо вам огромное!
Пораженная всем услышанным, Уза тихо сидела и плакала. Девушка и представить не могла, что ради спасения ее семьи кто-то так рисковал. Она была настолько благодарна друзьям, что, даже не будучи немой, вряд ли смогла найти подходящие слова. Лан заметил, что красавица плачет и забеспокоился.
– Все в порядке?
Уза с улыбкой кивнула и вытерла слезы.
Немного помолчав, молодые люди продолжили обсуждать подробности недавних приключений. Мия начала собирать завтрак для Рема. Приготовив новый кувшин с отваром и положив на поднос тарелку с омлетом, девушка направилась к больному. Следуя примеру подруги, Уза собрала еду для родителей, но вся посуда на поднос не поместилась. Тогда Лан вызвался помочь, и молодые люди ушли на второй этаж.
– Как нога? – спросил Ким у Гая.
– Лучше, чем у Рема, – ответил тот.
– Ничего, Мия вылечит, – заверил Хранитель.
– Да уж, удивительно, как все изменилось со школы. И Мия стала такой красавицей. Кто бы мог подумать, что из странной щуплой девчонки получится…
– Гай, я бы на твоем месте приглядывался к другим барышням. Ты же, насколько я помню, строил планы на Лею, – перебил Ким.
– Да, но ее продали, – коротко объяснил друг.
– В каком смысле? – удивился Ким.
– В прямом, выдали за какого – то богача.
– Как бы там ни было, очень не рекомендую ухаживать за Мией. Было бы очень неприятно, после всего пережитого сломать тебе вторую ногу, – с ухмылкой сказал Ким.
– Не утруждайся, все и так в курсе, за кого она выйдет. Со школы было видно, что тебя, если и интересуют девушки, то только одна. Поэтому к ней никто и не сватался. Но ты не затягивай, а то ведь она тут, а ты там… – многозначительно проговорил Гай.
Ким понимал, что друг прав. Он не хотел оставлять сестру в Себаре. Молодой человек мечтал увезти девушку в свой дом за стеной, но не знал, как уговорить сестру. От всех этих мыслей настроение у Кима испортилось. Он решил освежиться и вышел на улицу.
– А где Ким? – спросила Мия, вернувшаяся от Рема.
– На улице, – ответил Гай.
Девушка быстро разгрузила поднос с грязной посудой и вышла с кухни. Оставаться наедине с Гаем ей совершенно не хотелось. Не зная куда деться, девушка решила посидеть на крыльце. Каково же было ее удивление, когда на своей любимой ступеньке она обнаружила Кима. Молодой человек сидел с закрытыми глазами и полной грудью вдыхал влажный лесной воздух.
– Мы так похожи, – сказала Мия и присела рядом.
– Неудивительно, мы же прожили практически одну жизнь, – ответил брат.
– Нет, мы жили рядом, но проживали совершенно разные жизни, – ответила сестра и положила голову на плечо Кима.
Молодой человек приобнял сестру за плечи.
– Да уж, я помню, как ты переживала за разные там несправедливости жизни. Мне тогда и в голову не приходили вещи, о которых ты говорила. Помню, как защищала Гуна. Я чуть
