class="p1">– Неплохо ты придумала с троллями, – сказал Крюк вместо ответа. – Возможно, ты в самом деле полезна.
Кима летела рядом с ним, не отставая:
– Первый комплимент, который ты мне сделал. Пусть и довольно сомнительный.
– Летаешь ты тоже неплохо, хотя ты маленькая, как фея. Ты и сама по себе, наверное, левитировать могла.
– Почему ты чувствуешь во мне такую угрозу, Джеймс?
– Это не личное, принцесса. Девчонки только отвлекают.
– Почему? Потому что я спасла тебя от опасности? Потому что отмахиваюсь от той чуши, которую ты несешь? Потому что в отличие от вас, мальчишек, которые обязательно сбиваются в команды или банды, мне вполне хорошо и одной?
Крюк повернулся к ней:
– Потому что ты красивая.
Он резко снизился и исчез в облаке.
Кима от удивления даже затормозила в воздухе. А потом покачала головой, криво улыбнувшись. Он просто насмехается над ней…
Аладдин врезался в Киму сзади.
– Ай! – крикнула она.
– П-п-прости, не могу себя контролировать! – крикнул он, резко свернув в сторону. – Слушай, я тут подумал – нам нельзя расставаться. Мы же идеальная пара. Во-первых, ты моя принцесса. Во-вторых, ты единственная девочка, с которой мне когда-либо хотелось быть. В-третьих, благодаря тебе я стал относиться к себе так хорошо, как никогда раньше. Без тебя я как перекати-поле, которое носит ветром. Но посмотри на меня сейчас. Даже просто говоря с тобой, я уже успокаиваюсь, – заявил Аладдин. Он действительно летел уже довольно ровно.
Но Кима смотрела на него еще более ровным взглядом.
– Ты перечислил причины, по которым нам нужно остаться вместе. Только вот ты рассказываешь, как хорошо тебе. А не нам.
Аладдин снова закружился на ветру, как сорвавшийся с веревки воздушный змей. Остальная команда пролетела мимо. Кима подхватила его в воздухе:
– Давай поговорим об этом, когда под ногами будет твердая земля.
Аладдин покачал головой:
– Но…
– Мы уже близко! – крикнул Крюк.
Аладдин и Кима посмотрели вниз через дырку в облаке и увидели, что Джеймс в окружении команды действительно уже нагоняет «Веселого Роджера».
– Мы спикируем по твоей команде! – крикнул Гефест.
Крюк задумался, затем посмотрел на Капитана Пиратов.
– Пока рано. Кима, Аладдин, за мной!
Потом он увидел Аладдина, которого действительно носило ветром, как перекати-поле.
– Хотя нет, я передумал. Только Кима. Остальные ждите моего сигнала!
Джеймс спикировал к своему фамильному кораблю, и Кима, не колеблясь, последовала за ним, отпустив Аладдина. Тот с криком влетел в облако.
С высоты птичьего полета Крюк видел, что палуба «Веселого Роджера» совершенно пуста, не считая лампы, висевшей на носу, – внутри, словно мухи, носились крохотные тени. На страже никто не стоял, так что Джеймс сумел приземлиться в тени за кучей веревок. Через мгновение рядом с ним уже сидела Кима.
– Что мы тут делаем? – прошептала она.
– Нам нужно узнать, куда Пэн летит, – ответил Крюк. – Давай разделимся и поищем его.
– Разделимся? Это твой корабль, Джеймс. Я вообще не представляю, куда тут идти…
Открылась дверь камбуза, и на палубу вышли трое Потерянных мальчишек, на шее которых блестели серебряные звезды. Ребята жевали подгоревшие куриные ножки.
– Пока нам так и не сказали, куда мы плывем. Просто «на юг», – проворчал один из них, на спине которого было вытатуировано имя «Стилтон».
– Видел хоть чего-нибудь? – спросил другой, с татуировкой «Римпи».
– Только карту Бескрайних лесов, разложенную на столе, и тех двух странных мальчиков. Они точно не из Нетландии. Питер сказал, что корабль теряет скорость. Приказал добыть еще пыльцы фей.
– Феи не дают нам никакой пыльцы после того, как эти пираты с «Буканьера» украли их подружку, которую Пэн послал на разведку, – сказал третий по имени Авель. – Мелкие гадины заявили, что не дадут больше никакой пыльцы, пока мы или не вернем обратно их подружку, или не освободим их из лампы, или Питер их всех не перецелует.
– Первое правило переговоров с феями, – ответил Стилтон. – Никаких переговоров с феями.
Они направились к лампе, висящей на носу. Едва они исчезли из виду, Джеймс схватил Киму за руку:
– Идем.
Он протащил ее по палубе и провел на камбуз.
– Если на столе лежала карта, это значит, они собрались в капитанской каюте, – прошептал Крюк, хмурясь. – В каюте моего отца.
Кима спустилась вслед за Джеймсом по узкой спиральной лестнице; на деревянных перилах какой-то вандал вырезал ножом многочисленные буквы «П. П». Крюк провел пальцами по инициалам, недобро скривив губы. Вскоре они услышали голоса из комнаты в конце зала. Крюк снял ботинки, Кима – туфли, и они босиком сошли с лестницы, присели возле двойных дверей и заглянули в щелочку между ними.
Питер Пэн сидел, откинувшись в темном кожаном кресле, закинув ноги на стол. Он курил сигару и выдувал дым в форме буквы «П». Его тень на стене зашлась жутким кашлем.
– И что, все проклятые Крюки вот так делают? Сидят здесь, дышат этой гадкой мерзостью и планируют мою смерть?
Он положил сигару на стол, рядом с коробкой богато украшенных кинжалов. Взгляд его маленьких зеленых глазок устремился к двум мальчикам, которые сидели перед ним, одетые в оранжевые саронги. Пэн откинулся назад, заложив тонкие жилистые руки за голову.
– Еще один день на юг, и мы доберемся до замков. Ваше видение не изменилось? Вы по-прежнему видите то же, что и раньше? Что это буду я?
– Мое видение становится лишь все яснее и яснее, – ответил старший из мальчиков, со светлыми волосами и большими карими глазами. – Лука видит то же самое, верно, Лука?
– Да, Матиас, – ответил его худенький младший брат и посмотрел на Пэна. – Это будешь ты.
Питер достал из коробки кинжал.
– Вы утверждаете, что Садеры – великие провидцы из Бескрайних лесов. Именно поэтому я впустил вас в Нетландию и поставил выше своих Пропавших мальчишек. Но если вы говорите, что это на самом деле будущее… вы разве не должны постареть на десять лет за то, что сказали правду? Это разве не правило, общее для всех ясновидящих?
Матиас и Лука Садеры переглянулись.
– Есть исключения… – сказал Матиас.
– …для Пэнов, – закончил Лука.
Матиас, прищурившись, посмотрел на брата, потом повернулся к Пэну:
– Именно.
В глазах Пэна сверкнули красные огоньки. Он перепрыгнул через стол и направил на них кинжал.
– Тогда поклянитесь! Поклянитесь жизнью, что вы сказали мне правду. Что я стану Единственным. Что через несколько дней я стану Директором школы в Бескрайних лесах. Я сменю братьев Райана и Рафаля как защитник Сториана, как хранитель сказок, и стану бессмертным и неуязвимым не на сто лет, что живут Пэны… а на всю вечность.
Кима пошатнулась от изумления
