Он стоял на коленях, полностью обнаженный, и возбужденный член подрагивал, выдавая искреннее желание. Отказать сейчас — слишком жестоко. Ей давно пора переступить свой страх.
Ольга подцепила пальцами резинку трусиков и потянула их вниз. Такой жест красноречивее тысячи слов. Руслан понял все мгновенно и перехватил инициативу, сам освобождая ее от белья. Теплыми ладонями он огладил бедра и, наклонившись, поцеловал лоно, вырывая у Ольги первый сладостный всхлип.
24
Руслан не сомневался, что рано или поздно Оля сдастся, но не загадывал, как скоро это случится. В сексе нет ничего постыдного, и все же скромная девушка, скорее, плюс, чем минус. Конечно, все хорошо в меру, и он обрадовался, что Оля перестала ломаться. Обоюдное желание — это прекрасно.
Он действительно ее хотел — до дрожи в пальцах, до мурашек, до болезненных спазмов в паху. Его возбуждало все: растерянный взгляд, стыдливый румянец на щеках, пульсирующая венка на шее, круглые горошины сосков, тонкая талия и плавная линия бедер. Худоба ей не шла — острые выпирающие косточки не портили красоту, но и не добавляли шарма.
Мягкая кожа, бархатистая на ощупь, пахла любимым гелем Руслана. Ведьмочка! Надо пополнить запасы, ему льстило, что Оля разделяет его вкусы.
Он не торопился, желая доставить удовольствие сильнее, чем удовлетворить себя. Она чутко отзывалась на ласку, но Руслан чувствовал и напряжение, как будто Оля чего-то боялась. И, конечно же, добивался, чтобы она полностью расслабилась. Нежные поцелуи, настойчивые поглаживания, легкий массаж… Он облизывал сосок и дул на него, с удовольствием наблюдая, как у Оли перехватывает дыхание, как она вздрагивает — и замирает, как она сглатывает и тихо стонет, покусывая губы.
Дорожка из поцелуев обогнула пупок и спустилась к лону.
— Т-ты… чего? — ошалело выдохнула Оля, когда Руслан, разведя ее ноги, коснулся языком половых губ.
— Тебе понравится, — пообещал он. — Не переживай, малышка.
Кунилингус расслабит любую женщину. Руслан собирал губами капли влаги, терзал языком нежный бутон клитора и с удовольствием прислушивался к всхлипам и стонам мечущейся по кровати Оли.
Его сладкая куколка, белокурая ведьмочка… С раскрасневшимся лицом и расфокусированным взглядом она стала еще красивее.
Руслан потянулся за приготовленным презервативом, быстро вскрыл упаковку и раскатал латекс по твердой плоти. Но едва завис над Олей, накрывая ее своим телом, она вновь напряглась.
— Ничего, что я сверху? — уточнил он на всякий случай.
Мало ли! Может, ее коробит от того, что у него доминирующая позиция. А как иначе, когда зад все еще болит после вчерашней порки? Но если это проблема, придется терпеть…
— Все в порядке. Продолжай.
Оля вдруг осмелела: сама потянулась за поцелуем, крепко обняла его за плечи, обхватила ногами, сомкнув их чуть ниже ягодиц. Член скользнул внутрь, как по маслу — резко, сильно, полностью. Сдавленный Олин крик совпал с ощущением преграды. От внезапной догадки Руслана передернуло.
Нет, не может быть. Она сказала бы… Да и как такая роскошная девушка…
— Оль, ты… девственница? — выдавил Руслан, с трудом ворочая языком.
Навряд ли он нуждался в ответе. Взгляд, полный болезненного ужаса, выдал Олин секрет.
— Оля, твою ж… — Он подавил желание выругаться. — Разве так можно?
Ее глаза наполнились слезами.
— Я был бы аккуратнее, — поспешно пояснил он. — Мне безумно льстит, что я у тебя первый, но почему ты не сказала? Я не причинил бы тебе сильной боли.
— Мне не больно, — заверила она, едва выговаривая слова. — Совсем чуть-чуть…
И кого она пытается обмануть? Глупая девчонка… И сколько же в ней еще сюрпризов?
Руслан подался назад и, заметив кровь, встал с дивана. Немного, но ее лучше смыть.
— Лежи, не шевелись, — велел он Оле. И добавил для верности, чтобы она не сбежала: — Иначе рассержусь.
Он вернулся быстро, со смоченным горячей водой полотенцем. Зажмурившись, Оля почти не дышала. Вот тебе и ведьмочка! Такая смелая, уверенная… и невинная.
Простыня не испачкалась, поэтому Руслан не стал ее менять. Он лег рядом с Олей, прижал ее к себе и накрыл их обоих одеялом. Неудовлетворенное желание болезненным спазмом скрутило внутренности. Может, стоило задержаться в ванной комнате… Но оставить сейчас Олю одну — немыслимо. «Женись на мне». О чем она только думала, а?
— Все хорошо. — Руслан поцеловал ее в макушку. — Поплачь, если хочешь. Не держи в себе. Правда, я не понимаю, в чем трагедия, но если сильно испугалась — лучше поплачь.
Оля жалась к нему, как котенок, тихонько вздыхала — но и только.
— Прости, — прошептала она наконец. — Мне очень стыдно.
— Забудь. — Он успокаивающе поглаживал ее по спине. — О стыде забудь. Все хорошо.
— Рус… — позвала она чуть позже.
— М-м?
— Рус, давай продолжим?
— Непременно. Но позже. Пусть заживет.
— Рус, мне не больно. Совсем. Честное слово. А ты все еще… Я же чувствую.
— Блин, Оля! Лежи смирно.
Она завозилась, и слегка утихшая боль новой волной растеклась по телу.
— Рус, ну… Тебе противно, что ли?
Он чуть не ляпнул, что она дура. Вовремя прикусил язык. Не дура, просто неопытная. Интересно, Эйра знает, кого она учит? Эта девочка еще и ваниль не распробовала.
- Не пори чушь. Я о тебе забочусь.
— Не надо обо мне заботиться, я в порядке, — тут же возразила Оля. — Рус…
— Ты чего? Все же решила всплакнуть?
Он специально съязвил, услышав, как дрожит ее голос.
— Нет. Сказать хочу… Ты смеяться будешь, но я все равно скажу.
Она запрокинула голову, чтобы посмотреть ему в глаза.
«Не буду, глупая. Говори уже».
— Пусть лучше немного больно, чем сомнения. Быть девственницей в моем возрасте стыдно…
— Да с чего это? — возмутился Руслан.
— Ты сам говорил об этом… с пренебрежением, — напомнила Оля, поежившись. — «Пугливая, как целочка». Помнишь?
Блять!
— Оль, я неудачно пошутил.
— Неважно. Если тебе не противно, давай до конца… Или я уйду.
У-у-у…
— Шантажистка, — улыбнулся он. — Кто ж тебя отпустит?
Он лизнул кончик вздернутого носа, поцеловал в губы, оставил засос на шее. Пусть убивает за метку, но позже. Одним движением подмял под себя, сжал коленями бедра.
— Я остановлюсь, если будет больно.
— Ага… — кивнула она.
— Не обманешь, я почувствую.
— Рус, не тормози.
Он поменял позу: встал на колени, забросил Олины ноги на плечи. Учиться пришлось на ходу, Руслан никогда не заморачивался вопросом, как дефлорировать девственницу. Собственно, этот этап они уже миновали, и первые осторожные фрикции Оля перенесла хорошо.
— Не больно, честно, — сказала она. — Немножко дискомфортно, но это же нормально для первого раза, правда?
Руслан сдержанно кивнул, хотя не видел в этом ничего нормального. Его женщине не может быть дискомфортно! Но пришлось мириться с реальностью и верить на слово, постепенно наращивая темп.
Природа взяла верх. Иначе и быть не могло: Оля такая узкая и горячая, что кончил бы и импотент. Руслан и ее довел до оргазма, пусть и слабого, массируя клитор подушечкой большого пальца.
— Потом будет лучше, — виновато шепнул он, укладываясь рядом. — Обещаю.
— Угум… — сладко зевнула Оля.
Она не выглядела несчастной или расстроенной, и Руслан успокоился. С его «везением» все могло закончится куда хуже.
— Ой! — Оля вдруг вырвалась из его объятий и схватилась за телефон. — Блин!
— Ты чего опять?
Глядя на нее, Руслан не мог сдержать улыбку: вылитая ведьмочка с всклокоченными волосами и широко распахнутыми глазами.
— Мне позвонить надо! Срочно! Насчет работы.
— Какой работы? — насторожился он.
— Надеюсь, хорошо оплачиваемой… — пробормотала Оля, набирая номер. — Все, молчи! Илья Сергеевич? Добрый день, это Ольга Чарская. От Эйры, да.
