Читаем без скачивания Жизнь после Тайлы - Белла Джуэл

Он уходит, а я так и остаюсь стоять посреди квартиры растерянная и ошеломленная.

Чертов Нейт.

— Что нужно было здесь этому мальчишке? — интересуется отец, сверля меня холодным и тяжелым взглядом.

— Он мой друг.

— Не дури нам голову, он не похож на друга!

— Господи, отец, — говорю я немного громче, чем нужно, и подхожу к кухонному островку. — Это вообще не твое дело, потому что тебя никогда не бывает рядом, но он мой друг.

Он выглядит немного удивленным. Скорее всего, потому что это большая редкость, когда я позволяю себе говорить с ним в таком тоне.

— Да ты что! Не забывай, я тот, кто платит за тебя, кто оплачивает аренду твоей квартиры, твои долбаные танцы, твою машину и обеспечиваю твое будущее. И это мое дело, когда кто-то целует мою дочь.

Это что за нахрен? Это была угроза?

Мой желудок скручивает, и я грозно смотрю на него.

— Ты не в праве выбирать мне друзей. Он друг.

— Хотел бы я верить в это, — бормочет он зло. — Потому что если он больше чем друг, тебе есть что терять!

— Я с Джейкобом в отношениях более пяти лет, — отрывисто бросаю я. — Господи.

Джейкоб стоит около моего отца, скрестив руки на груди, и прожигает меня взглядом.

— Я буду надеяться, что ты не врешь!

Он что, серьезно сейчас это сказал?

— Если вы пришли, чтобы оскорблять меня, то тогда вам лучше уйти, я не в настроении выслушивать ваш бред. Мне сегодня это совершенно не нужно.

Глаза моего отца немного смягчаются, он опускает руки.

— Я хотел пригласить тебя на обед. Может быть, мы могли бы посмотреть фото твоей матери, вспомнить, как было раньше, когда она была с нами.

Я приподнимаю брови.

— Что?!

— Ну, если ты не хочешь, — продолжает он. — Мне тоже тогда это не нужно. Забудь.

Очень мило.

— Я не могу сегодня, я работаю. Но может, если ты не против, — я тяжело сглатываю ком, образовавшийся в горле. — Может, в другой день?

Он отрывисто кивает и поворачивается к Джейкобу.

— Мне нужно вернуться к работе.

— Я позвоню вам чуть позже, сэр.

Отец кивает мне, и затем уходит.

И это, черт возьми, все? Все, что он хотел сказать?

Мое сердце рассыпается на осколки.

***

Тяжелое дыхание заполняет комнату свои шумом. Рычит. Толкается в меня. Рычит. Толчок. Рычит. Толчок.

Я закрываю глаза, презирая то, что делаю. Но я продолжаю это делать, заниматься с ним сексом. Я ненавижу это. Механические движения.

Джейкоб внутри меня, вдалбливается жестко и быстро, ему совершенно наплевать, как я себя чувствую в данный момент. Вот, что представляет из себя наша сексуальная жизнь. Он просто трахает меня и все. Тут нет любви, мы не занимаемся любовью. Понимаете, это даже не тот трах, о котором мы иногда мечтаем: быстро, яростно, жестко. Это безэмоциональное, холодное механическое действие, чувствовать это — ужасно. О, нет, я не сомневаюсь, что Джейкоб может быть хорошим и умелым любовником, если он конечно будет думать о ком-то, кроме себя, когда занимается сексом. Он заботится только о своем удовольствии, а затем быстро засыпает.

— Эйвери, — рычит он, тяжело дыша. — Ты уже скоро?

Не совсем, придурок.

— Да, — лгу я

— Я… Я сейчас кончу, детка.

Его дыхание выходит толчками из груди, раздаются рваные вздохи. Он протяжно стонет и изливается внутри меня. Я закрываю глаза, пытаясь сказать сама себе, что так и нужно, так правильно. Ни у кого нет секса, как в тех романтических книжонках и романчиках. Нет такого, это вранье, ложь, сказка. Ни один мужчина не будет так заботиться о женщине.

Джекоб скатывается с меня и поднимается с кровати, чтобы снять презерватив. Когда он все сделал, переодевается в пижамные штаны и ложится на кровать рядом с мной, не обнимая меня, не поглаживая мои волосы. Он не говорит, насколько любит меня.

Потому что он не любит меня.

Я просто часть его большого плана.

Глава 12

Эйвери

Я беру с полки готовый обед, смотрю на него и затем возвращаю его на место. Джейкоб опять уехал по работе, и я одна дома, мне очень одиноко. Но я решила не отчаиваться и приготовить для себя вкусный обед, может, посмотреть парочку фильмов, но я не могу думать о еде. Вздыхая, я нахожу на прилавке шоколад и кладу его в свою тележку.

— А я думал, что танцовщицы не едят шоколад, — раздается голос у меня за спиной, и я чувствую, что он произносит эти слова с улыбкой.

Я поворачиваюсь и вижу Нейта и Мейси. Нейт улыбается мне, своей, черт бы ее побрал, сексуальной улыбкой.

— Нет, я ем шоколад, но, когда никто не видит! — говорю я, ухмыляясь.

— Мы с папочкой тоже пришли покупать шоколад, Эви, — улыбаясь, говорит Мейси.

— Это хорошо, малышка, — отвечаю ей, ласково потрепав ее по волосам.

— Так как, ты сходила к отцу на обед? — интересуется Нейт, слегка облокачиваясь на свою тележку, и смотрит мне в глаза.

Я безразлично пожимаю плечами.

— Ничего интересного, он отчитал меня, и я пошла домой. Всё как всегда.

Нейт хмурится.

— О, да, он просто само обаяние.

— Можно и так сказать, — слегка улыбаясь, говорю я.

— Так теперь, ты покупаешь шоколад, потому что…

Я опять безразлично пожимаю плечами.

— Джейкоб уехал по делам из города, и я одна, мне скучно.

— Ты можешь пойти и посмотреть «Холодное сердце» с нами, Лены тоже нет в городе, и у нас ночь фильмов.

— О, я думаю, это не совсем удачная идея прийти к вам, — отзываюсь я.

Он внимательно смотрит на меня.

— Ну, что ж, тогда мы придем к тебе.

Я резко поднимаю голову и смотрю на него.

— Смотреть фильмы?

— Ну, да.

— Со мной?

— Нет, с твоей собакой! Не смеши меня.

Я издаю нервный смешок.

— Хорошо, конечно, то есть я имею в виду, это звучит просто отлично!

Он слегка улыбается и смотрит на Мейси.

— Как тебе эта идея, крошка? Хочешь пойти к Эви?

— Да! — радостно пищит она, подпрыгивая.

— Тогда, давайте купим настоящий вкусный шоколад, — Нейт поддразнивает меня своей улыбкой, смотря в мою тележку.

— Эй, а что не так с моим шоколадом? — я продолжаю катить тележку за ним, шутливо хмурясь.

— Ох, он ужасный на вкус и дешевый!

— Он не дешевый, — я изображаю недовольство. — Смотри за тем, что говоришь.

Он громко смеется, и мы продолжаем идти дальше. Мы покупаем шоколад, конфеты и направляемся на выход.

— Оу, смотри! — говорит мне Нейт, когда мы проходим мимо отдела с женским бельем и одеждой. — Бабушкины пантолончики!

Я поворачиваюсь к нему и закатываю глаза. Чертов шутник! Он берет с полки пару и говорит мне, смеясь.