Слышишь? – истошно крикнул старший из сыновей.
Тот самый, который когда-то и привел мою Луну. За это я буду ему благодарен всегда. Но сейчас ярость затуманила разум, и я готов был на все, лишь бы быть рядом.
– Если дети останутся живы, то будут жить здесь, – вмешался Мартин, – но, Александр, сейчас пропусти его. Только его. Представь себя на его месте.
Волна ужаса прокатилась, по-моему, не только по Инейному вожаку, но и по каждому из присутствующих.
– Он от нее отказался, поэтому не вижу в этом смысла, – он попытался отстоять свое мнение, но Верховный был непреклонен.
– Если ты не сделаешь этого, то он заберет детей после рождения, а дочь с разбитым сердцем останется с тобой.
После этих слов он дал мне возможность пройти, при этом в спину мне были посланы предупреждающие рыки. Все это сейчас пустое. Главное, чтобы она выжила. Это ведь самое ценное. Я шел на запах своей девочки. Он был таким слабым, что кровь в венах стыла от ужаса предстоящей потери. Нет, пожалуйста, Луна, лучше меня забери. Перед нужной дверью на стульчике сидела молодая волчица, Луна этой стаи. Лицо было бледным, почти безжизненным.
Могу ее понять, ведь там за дверью борются за жизнь ее дочери.
Сел около двери прямо напротив Марии. Она молчала, даже не смотрела на меня. А мне это и не нужно. Главное, слышать, что ее сердце все еще бьется. Я обещаю, я выполню, что должен, уберегу ее. Только бы выжила моя маленькая храбрая девочка.
Сколько прошло времени – непонятно. Мне кажется, что целая вечность. Вечность в ожидании, подгоняемая ужасной тишиной. Все это время были слышны четкие команды этой Полины. Она переживает за нее не меньше всех остальных. Это приятно, когда кроме тебя кто-то с такой же силой переживает за Луну моей стаи.
– Может адреналин? – сквозь вату услышал чей-то голос, когда аппаратура начала издавать протяжное «пи-и-и-и», оповещая, что сердце престало биться.
Мне кажется, в тот момент мое сердце тоже остановилось.
– Нет, пока так.
Спустя какое-то время снова послышался нужный звук: «пик, пик, пик». В тот же момент начало биться и мое сердце, от облегчения.
– Скажи мне, что она мучится не напрасно, – обратилась ко мне Мария. – Скажи мне, просто скажи.
А что я мог ей ответить? Что все равно уеду, как только пойму, что с ней все в норме и здоровью ничего не угрожает? Я могу ответить только так.
– Нет, не напрасно.
Больше я не сказал ни слова. Даже когда вышла Полина и сообщила, что все хорошо, я молча вздохнул и пошел на улицу. Когда открыл дверь, все взгляды были устремлены на меня. Все так и стояли в напряженном молчании. И без слов все было понятно, они ждали новостей. А у меня… у меня ком в горле встал и не могу издать и звука.
– Ну… – рыча, нарушили тишину родственники. Это привело в чувство.
– Все в порядке. Состояние нормализовали. Но она очень слаба. Сердце остановилось на три минуты. Однако сейчас все хорошо.
Первым к ней ломанулся Максим, за ним и остальные братья. Александр как можно спокойнее подошел ко мне и утробно прорычал:
– Я не желаю видеть ни тебя, ни кого бы то ни было из твоей стаи на моей территории. Пока она не попросит об обратном, ты будешь держаться как можно дальше от моей семьи. Иначе, клянусь Луной, я брошу тебе вызов и перегрызу твою глотку во время поединка.
Его слова слышали все. Многие, наверное, даже поддержали, но в глаза никто и ничего не сказал. Сейчас все были рады новостям. Виктор был в первых рядах и, поняв мое состоянии, решил вмешаться.
– И причинишь тем самым ей боль?
– Сейчас он – главный источник ее боли, – оскалился волк.
Не оборачиваясь, он прошел в дом. За ним Верховный и его бета, предварительно объявив, что собрание переносится на завтра. Все сразу разошлись переосмысливать произошедшее. Я же еще долго бродил вокруг дома, надеясь почувствовать ее запах, если кто-то откроет окно.
Аня
«Где я?» – было первой мыслью, когда я увидела красивое небо над головой, открыв глаза. Приподнявшись на локтях, смогла разглядеть чудесную поляну. Полевые цветы, вокруг густо растут деревья. А воздух просто потрясающий.
Последнее, что я помню, как накричала на Егора, за все те обидные слова, которые он сказал при всех. Я почувствовала себя самой падшей девушкой во вселенной. Как можно сожалеть об истинной? Слезы самопроизвольно покатились из глаз, и я поспешно прикрыла лицо руками. Как же горько на душе от осознания своей ненужности тому, с кем вы созданы единым целым.
Вспомнив про малышей, перестала плакать и обняла живот руками. Надо куда-то идти. Не знаю куда, просто двигаться, пока не сошла с ума. Интересно, я умерла? Или в коме? Почему я все помню, но при этом нахожусь в странном месте или же мире?.. Папа о таком мне никогда не рассказывал.
На краю поляны я заметила красивую золотую волчицу и поспешила к ней. Она словно звала меня к себе. Увидев мое приближение, красавица медленно пошла навстречу. На середине пути мы встретились и посмотрели друг другу в глаза. Только сейчас я заметила, что мордочка у нее была белой и вокруг шеи белый полукруг, который немного не соединялся на груди. Изумрудные глазки были очень живыми и словно сияли изнутри. Но она была не такой крупной как оборотни и слишком большой для обычного лесного волка. Так кто же ты?
Мне очень сильно захотелось ее погладить, что я и сделала. Вытянув руку перед собой, почесала золотую волчицу по макушке. Та довольна заурчала и лизнула мою ладошку. Я невольно рассмеялась.
– Ты просто потрясающая, в курсе? – с улыбкой на лице говорю ей.
– Теперь да, – я обернулась, чтобы посмотреть, кто это сказал. – Не вертись, это я сказала, – продолжила волчица, когда я снова посмотрела ей в глаза. – Ты правильно поняла, – подтвердила она мою догадку о том, кому принадлежали слова.
Только сейчас пазл в голове начал складываться. Вспомнились все слова Баяны про золотую волчицу. Неужели это правда? Но ведь я человек? Как такое возможно? Или… это и есть тот дар, про который она говорила? Сколько вопросов и ни одного ответа.
Еще раз огляделась вокруг, мы одни. Солнце уже практически село за горизонт и даже видны первые звезды. Мы гуляли с золотой по поляне, бегали, играли. Это оказалось очень приятным занятием. Все мои тревоги ушли на задний
