– Еще одно слово…
– Все, все замолкаю.
На удивление, Демьян реально замолкает до самого санатория. Не знаю откуда у меня хватило сил поблагодарить злобного старика и не сбежать как истеричка из машины. До своего номера я, к счастью, добралась без происшествий.
Живая, накормленная и напоенная Офелия в миг вернула мне задел на хорошее настроение.
– Прости меня, моя хорошая. Мама тебя никогда не бросит. Скоро пойдем на улицу и там будем есть снег. Нет, будем его кушать. Кушать, кушать и снова кушать, – громко повторяю я, как будто здесь находится мама, которую так раздражает это слово. – И сосульки будем лизать!
Быстро принимаю душ, надеваю теплые вещи и подаренные мне валенки, одеваю Фелю в теплый костюм и выхожу на улицу.
Отхожу как можно дальше от здания и резвлюсь как ребенок, зачерпывая рукой снег. Чуть не подавилась, когда увидела недалеко от себя женщину в белой шубке, активно разговаривающую по телефону. Возможно, у меня паранойя, но мне снова привиделась моя шуба! В этот раз я буду умнее.
Как только женщина доходит до меня, я не задумываясь делаю ей подножку.
– Ой, извините, пожалуйста, – расшаркиваюсь в извинениях, подавая ей руку. И как бы невзначай, смотрю на… свои булавки. Ну, выхухоль!
– Славик, ну наконец-то, – громко произносит женщина. Поворачиваюсь к этому самому Славику. О, Господи. Бой будет неравным. Эта махина покрупнее амбала из клуба.
– Извините, что так вышло. Как мне загладить свою вину? Вы из санатория? Может, я вам пришлю презент? В какой номер?
– Из санатория, – нехотя, отвечает выхухоль, хватаясь за руку своего Славика. – Не нужен нам презент.
Ну, не нужен, так не нужен. А шубу я свою заберу! Резко разворачиваюсь и впечатываюсь в грудь мужчины. Не удерживаюсь и теперь уже я падаю на попу на снег.
– Да, блин! – ну что за невезуха?!
– Прошу прощения, но я не блин, – улыбаясь, произносит мужчина, протягивая мне руку. – Владимир. Мы вас не заметили.
– Мы?
– Да, я и моя собака, – указывает взглядом на рядом стоящего спаниэля. Перевожу взгляд на мужчину. Владимир, собака и… россыпь родинок на правой щеке. Не может быть!
– То есть вы Вова?
– Лучше Владимир, – вновь улыбаясь, произносит мужчина.
М-да… неожиданное окончание дня.
Глава 13
Видимо, со мной все же реально что-то не в порядке, иначе я не знаю, как объяснить тот факт, что думаю не о мужчине, вот уже двадцать минут находящемся рядом со мной, а о своей шубе. Если бы не Владимир, упорно смахивающий на моего суженого, судя по словам экстрасенса, я бы совершенно точно пошла за парочкой, укравшей мою шубу, и хотя бы знала на каком этаже они заселились. Теперь же снова придется просить помощи у Демьяна. Воровать шубу дважды с одним и тем же человеком как-то… неловко.
– И все-таки очень приятно встретить здесь красивую девушку, да еще из моего родного города.
– Да, здорово, что мы из одного города, – тихо проговариваю я, мельком поднимая взгляд на лицо мужчины.
Он еще что-то говорит про свою работу, но я не слушаю его. Сейчас я впервые оцениваю его внешность. Он высокий, даже слишком. Выше Демьяна. На вид лет тридцати пяти, возможно, чуть больше. Светло-русые волосы, зачесанные назад, не совсем по моему вкусу, все же мне импонируют больше брюнеты. Одет несколько… старомодно, что ли, но надо признать, он определенно симпатичный. Даже очень. И вежлив, что сразу бросается в глаза. Учтив и явно хорошо воспитан, в отличие от того же грубияна Демьяна. Да и профессия – не какой-нибудь там сантехник, активно ругающийся матом, а владелец строительной компании. Проблема в том, что, как бы сказал сам любитель матов, грубиян и просто тролль по имени Демьян, меня совершенно не торкает этот мужчина. Так, стоп! Царев вообще при мне никогда так не выражался. Откуда это во мне?!
– Елена, а какие у вас планы на завтрашний праздник?
– Я как-то не думала об этом. Я здесь… со своим хорошим другом и, наверное, мы будем здесь, в санатории. Если не ошибаюсь, нас ждет какая-то новогодняя программа.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Сама не поняла, как из меня вырвался этот «хороший друг», но я вдруг четко поняла, что проводить новый год наедине с этим мужчиной, пусть он триста тысяч раз Вова с собакой и черными точками на лице, пока не хочу. Демьян, при всей своей грубости и хамстве, определенно роднее.
– Хороший друг – это потенциальный муж в будущем? – с усмешкой интересуется Владимир.
– Нет, что вы, просто друг.
– Елена, извините меня за прямолинейность, но я не верю в дружбу между мужчиной и женщиной. Кто-то определенно из двоих питает какие-то чувства к другому. По крайней мере, мне это видится так. Я – давно уже не мальчик, поэтому мне будет достаточно сказать, что вы не свободны или не хотите продолжать наше с вами общение. Я не обижусь, – не знала бы, что он тот самый, прямо сейчас сказала бы, что Демьян – мне не друг, а любовник. Да и вообще погналась бы за своей шубкой. Однако, у меня нет повода не верить экстрасенсу. В ее рассказе было слишком много всего того, что является правдой. А я хочу дочку. Очень хочу. И как теперь быть, чтобы не спугнуть пристально рассматривающего меня мужчину, другом и по совместительству потенциальным любовником?
– Все не так, как видится. Демьян – представитель сексуальных меньшинств, – гореть мне в аду! Сама не поняла, как это из меня вырвалось.
– Очень интересно. Вы не производите впечатление девушки, дружащей с такими людьми.
– Ну вот, так вышло.
– Ну что я могу сказать, я впервые рад потенциальному знакомству с гомосексуалистом, – улыбаясь, произносит Владимир. – Лена, а можно перейти на «ты»?
– Да, я не против.
– Прогуляемся еще немного?
– Вообще мы и так далековато от санатория, да и поздно уже.
– И тем не менее, это все еще его территория. Еще минут десять. Здесь безопасно. Собакам такое раздолье, – вот что делает с человеком поход к экстрасенсу.
– Давай.
Не сказать, что мужчина слишком много говорит, но чуть больше, чем мне бы хотелось.
– Красивая здесь природа. А какие узоры на снегу после собак. Ничего не напоминает? – зачерпывает горсть снега. Был бы здесь Демьян, определенно, сказал бы что-то некрасивое и грубое. Что-то в духе «Обычные узоры после того, как снег обоссали собаки. Вовчик, ты главное этот снег не жри, он так-то желтый». О, Боже! Что со мной происходит?!
– У меня не слишком богатая фантазия.
– Ну как же, это ведь чайный сервиз, – «Ну если это чайный сервиз, Вован, то я в реале гомик».
– Да хватит! – зло вскрикнула вслух, смотря при этом на Владимира. Да что же это такое?! – Это я не тебе, Офелия ест снег, а она после этого простужается, вот и злюсь.
– Да, есть снег – нежелательно. Это небезопасно, – главное не есть желтый. – Если все же присмотреться, то можно увидеть здесь сервиз. Точно не видишь?
– Да, возможно.
– Не подумай, что я зануда, просто я коллекционирую чайные сервизы и, возможно, поэтому они мне всюду мерещатся.
– Коллекционируешь?
– Да. Изначально – это было увлечением моей матери. Она их собирала с детства, я же перенял ее хобби уже в возрасте тридцати лет, когда перевез ее к себе в дом. И вот уже шесть лет я на них буквально помешан, – ой-ой-ой, что-то экстрасенс мне напророчила сомнительное счастье в виде мужчины, живущего с мамой. – Нехорошо, когда тридцатишестилетний мужчина живет с мамой, да? Ты об этом подумала, Елена?
– Нет, нет.
– Я – не маменькин сынок, если тебе так показалось. Просто после смерти отца мама стала болеть. Она не привыкла быть одна. Мне ее жаль, да и, мне кажется, это мой долг.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Ты прав, – вполне серьезно соглашаюсь я. Не все мамы такие как моя. Уважать родителей – это нормально. Оглядываюсь вокруг – красота. Но еще больше меня покорила не природа вокруг, а большое дерево, которое буквально украшено сосульками.
