не использовал технику солнца? — спросил меня Серапис в академии. Мы пили крепкий кофе с харисой, манным пирогом на сливочном масле с йогуртом, и обсуждали охоту. — Твои шакалы, конечно, круты, но огненный удар или бич света нам не помешали бы. В чём дело?
Я решил, что всё равно не смогу вечно скрывать, что понятия не имею, как пользоваться родовым Даром.
— Честно говоря, просто не помню, как это делать.
— В каком смысле?! — удивился Тутмос. — Что значит «не помню»?!
— Да, как это? — поддержала его Исея.
Остальные тоже уставились на меня, не скрывая ошеломления. И их было легко понять. Аристократов с детства растили как магов со всеми вытекающими.
Я пожал плечами.
— Ну, вот так получилось. У меня… была травма. Головой приложился во время очередной охоты, — принялся я сочинять на ходу. — Частичная амнезия. Врач сказал, со временем воспоминания могут вернуться. Но когда, неизвестно. Поэтому родители и перевели меня сюда, чтобы был поближе к ним.
— Что за чушь?! — нахмурился Серапис. — Почему кто-нибудь из твоих сородичей не объяснил тебе, как пользоваться Даром?
Чёрт, действительно, почему? Надо это как-то объяснить, но сочинять на ходу не так просто.
— Они пытались. Но утратились какие-то навыки. Нейронные сети. Не помню подробностей. В общем, нужно восстановить память организма или что-то в этом роде, — врал я вдохновенно, хоть и чувствовал, что несу полный бред.
Однако студенты, кажется, поверили. Наверное, потому что и сами ни черта не поняли.
— Блин, это фигово, — сочувственно сказал Рет. — Без своей техники маг всё равно, что голый. Или простолюдин. Конечно, у тебя есть шакалы. Но всё равно это не то.
— Повезло, что ты и ими не разучился пользоваться, — заметил Серапис.
Кажется, из всех он единственный не до конца мне поверил.
Я развёл руками.
— Ну, вот такие дела. Сказал же: амнезия частичная. Тут помню — там не помню. Может, в какой-то момент интуитивно пойму, как использовать свет.
— Не, так не пойдёт! — решительно сказал Серапис. Когда все посмотрели на него, добавил: — Мы должны знать, что ты способен в любой момент нас прикрыть. Шакалов недостаточно. Ты должен вспомнить свою технику!
— Рад бы, да не от меня зависит.
— Есть способ вернуть воспоминания. Наверняка ты о нём слышал.
— Поясни, — сказал я осторожно.
— Нет, это слишком опасно! — качнула головой Исея. — Хочешь, чтобы он стал овощем?
— Не знаю никого, кто стал бы, — возразил Серапис.
— Как и никого, кто вернул бы таким образом воспоминания.
— Так, стоп! — прервал я их перепалку. — О чём речь? Скажите, а я подумаю, стоит ли оно риска.
— Справедливо, — кивнул Серапис. — Я говорю о Кресле Ампика. Слышал о таком?
— Похоже, нет.
— Да ладно! — искренне поразился Серапис. — Не может быть!
— Некоторые считают эти устройства сказкой, — проговорил Тутмос, — но они существуют. Верно, народ?
— Да, — нехотя сказала Исея. — Но я бы, например, не рискнула им воспользоваться. Так можно не только не вернуть память, но и вообще мозги поджарить.
— Ерунда! — решительно махнул рукой Серапис. — Обычные страхи. Всё работает.
— Но на себе ты не проверял, — заметила девушка.
— Не было нужды.
— Где можно раздобыть такое кресло? — вмешался я.
— Нигде. Его собирают те, кто умеют, — сказал Тутмос. — Неофициально. Я бы даже сказал, подпольно.
— И мы знаем одного такого гения, — добавил Серапис. — Можем вас познакомить. Только трепаться об этом нельзя.
— Не собираюсь. Вы хорошо с ним знакомы? Кресло действительно работает?
— Сами не пробовали, — сказал Рет. — Но, вроде, да.
— Вроде! — фыркнула Исея. — Моё мнение ты слышал, — обратилась она ко мне. — Я не рискнула бы.
— Трусиха! — усмехнулся Серапис.
— А ты сам стал бы им пользоваться?
— Если бы забыл, как пользоваться Даром? Побежал бы, не задумываясь. И плевать на риски. Оно того стоит.
— Хочу встретиться с владельцем кресла, — сказал я. — Мне нужна моя техника.
На самом деле, наверняка Серапис прав, и я действительно могу узнать, как пользоваться светом, у любого представителя своего клана. Но меня интересовало видение, в котором Анубис напоминал о том, что я ему обещал. Видимо, сын фараона, чьё тело я занял, заключил с богом мёртвых какое-то соглашение, благодаря чему жрецы и сумели его воскресить. Ну, не совсем его, но это уже детали. Я хотел знать, что именно может потребовать у меня Анубис. А иного способа, кроме как вернуть воспоминания Ахенатона, не видел. Главное, чтобы они хранились в мозгу, а не в душе. На этот счёт наука, кажется, до сих пор не определилась. Так что оставалось только надеяться.
— Если действительно готов, я тебя отведу, — предложил Серапис. — Но процедура не бесплатная. У тебя деньги есть?
— Нет.
— Что, совсем? — удивился Серапис.
— Боюсь, что да. Они были вместе с багажом, а его…
— Потеряли, ага. Мы помним. Очень глупо класть бабки с вещами. Ладно, проехали. Достать сможешь? У родителей взять хотя бы.
— Сколько нужно-то? — спросил я осторожно.
— Пять тысяч.
Я понятия не имел, много это или мало. Но у жрецов Дома Аменти наверняка есть, и едва ли они мне откажут.
— Постараюсь раздобыть.
— Постарайся. Потому что без техники ты почти никто. Во всяком случае, в академии.
На этом разговор о кресле временно закончился. Правда, спустя некоторое время Исея попыталась убедить меня, что лучше не рисковать, но я уже решил, что попробую. Вот только деньги мне могли дать только жрецы. А ни Кенриса, ни Менеса в академии до сих пор не было. Обращаться к другим менторам я опасался, так как не знал, кто из них в курсе, кто я такой. Вряд ли посвящённых было много. Разве что к ректору сходить? Через него ведь меня оформляли в академию. Но опять же, мало ли. Вдруг он ничего не знает. Верховный жрец наверняка был максимально осторожен и не трепал о том, кто я такой, направо и
