итоге так и не получил. Жалко, он не рассказал почему. Квартира-то двухкомнатная.
— А когда это было?
— В апреле прошлого года еще.
Само собой я промолчал — причина, по которой Петров не получил квартиру, была очевидной.
Вообще, украденная мной папка с документами осталась на Янове. Я тогда спрятал ее в палатке дембелей, под тумбочкой. Когда меня переводили в учебный центр, я настолько торопился и был взволнован, что благополучно про нее забыл. На руках тогда остался только пропуск на имя Андрея Нагорного. Ввиду того, что расквартированного рядом со станцией батальона больше не существовало, судьба папки была неизвестной.
Мы вошли внутрь. Сразу же ощутил, что внутри натоплено. Ощущался легкий запах дымка. Видимо, на улице газ еще проведен не был, потому обязанности обогрева исполняла традиционная русская печь. А вообще, их существует столько разновидностей, что не возьмусь утверждать, русская была печь или нет.
Обстановка обычная, мебели немного. Почти все из неубиваемой советской фанеры. Либо из прессованных опилок.
— Чаю? — спросил Григорий.
— Не откажусь.
— Сейчас сооружу, — он ушел на кухню и принялся чем-то греметь. — Будь как дома, не стесняйся.
Мне на глаза попался стационарный дисковый телефон, цвета слоновьей кости.
— Я могу позвонить Андрею? — громко поинтересовался я.
— В принципе да, — отозвался журналист. — Но его может не быть на месте. Я трижды попадал то на Каткова, то вообще на какую-то Свету.
Отсюда я сделал вывод, что отец курсанта был не в курсе служебного романа сына со Светланой Валерьевной. А вообще, меня это никаким боком не касалось… Я вообще никогда не имел привычки обсуждать чьи-то отношения.
Набрал ранее записанный номер, принялся ждать. Пошли гудки.
— Капитан Погодин, слушаю! — раздался чуть приглушенный, но уже знакомый голос капитана. Кажется, он что-то жевал.
— Привет, Федор! Приятного аппетита.
— Это кто? — насторожился тот.
— А кого ты в Припяти в багажнике своей «Волги» возил? — ответил я вопросом на вопрос.
— А-а, Савельев. Алексей? — в голосе появились позитивные нотки, — Так машина-то была не моя, а служебная. Ты откуда звонишь, из Припяти?
— Можно и так сказать. Андрей оставил этот номер, если вдруг он мне понадобится. Как с ним связаться?
— Ну, ты правильно попал, — отозвался Погодин, судя по звукам, снова жующий что-то вкусное. — Только его сейчас нет. Если ты помнишь Светлану Валерьевну…
Разумеется, я ее помнил. Такую яркую мадам попробуй забудь.
— Ясно! — отозвался я, сообразив, что раз он с психологиней, то в данный момент с ним поговорить вряд ли получится. — Ну это, как появится, передай, что мне срочно нужно с ним связаться. Есть важная информация.
— Хорошо. — пообещал Погодин. — Ну, как там у вас обстановка? В городе спокойно? Новых маньяков не завелось?
Я помнил, что по легенде — я скорее всего, все ещё законспирированный сотрудник местного отделения милиции. Вроде как лейтенант. Поэтому старался соответствовать.
— Не завелось. Вы ж всех преступников выявили, — пошутил я.
Оба рассмеялись.
— О, а вот и Андрей пришел! — далее голос Федора стал куда тише. — Андрюх, тут тебе этот, лейтенант Савельев из Припяти звонит.
В трубке послышался треск, шум. Эхом расслышал, как Андрей просит Погодина выйти из кабинета.
— Слушаю, Петров!
— Здорова, земляк! — отозвался я.
— Привет. Рад тебя слышать. Как жизнь?
— Ну вот и все, теперь я свободная птица. Служба закончилась, дембель наступил.
— Знаю. Отец рассказал. Какие ещё новости?
— Новостей много. Нам многое обсудить надо. Время идет, а мы толком ничего не решили еще. Ты в Москву надолго уехал?
— Сложно сказать, — вздохнул Петров. — У нас тут очередное дело созрело, без меня никак. Придется нам с тобой решать все вопросы дистанционно. По крайней мере, недели на три точно. А ты откуда звонишь?
— Из Копачей.
— А! Так ты с отцом сейчас?
— Ну да.
— Отлично, это хорошая новость. Он тебе еще не рассказывал про расследование личности Клыкова?
— Да. Уже в курсе. По сути, неизвестно, Клык это или нет. Но это и не важно. Сейчас нам нужно сосредоточиться на организации нашего плана. И еще… Андрей, вдвоем мы не управимся!
— Так мы и не вдвоем.
— Имеешь в виду Григория? Это хорошо, но нужны еще помощники!
Тот рассмеялся.
— Где ты их возьмешь? Будешь искать других попаданцев? Дашь объявление в газету?
— Есть у меня кое-какие мысли. К тебе тоже есть дело, как раз по твоей части. Оружие достать сможешь?
Я прям почувствовал, что этого вопроса курсант от меня не ожидал. Повисла напряженная пауза.
— Смогу, но это будет очень непросто, — наконец ответил он. — Какое?
— Три «Макарова». Думаю, больше не нужно.
— Насчет «Макаровых» не получится… Но с другим огнестрелом могу помочь. Оружие со времен ВОВ подойдет? Полностью исправное, даже в смазке заводской.
— Что за оружие?
— Вальтеры, парабеллумы. Только потом, скорее всего, вернуть придется.
— И где ж такое добро взять? В музее?
— Нет, не в музее. Короче, недавно мы расследовали дело в Цыпинске, это в Белгородской области… Так вот, там я столкнулся с так называемыми черными копателями. Слышал про таких?
— Конечно. Те, кто откапывает оружие со времен войны и продает его?
— Именно. У них это дело на конвейер поставлено. Копатели ищут, чистят, тащат скупщикам, ну а те толкают дальше. Все это незаконно и преследуется по закону, но самих копателей от этого меньше не становится.
Я почесал затылок.
— Андрюх, я не эксперт, но мне кажется, что так просто на них не выйти. Если где-нибудь в районе Припяти и есть копатели, на контакт с неизвестным они уж точно не пойдут. Как ты себе это представляешь?
— Верно, не пойдут.
— А не проще у местных гастролеров попробовать отжать? Ты же мент, что у вас конфиската нет?
— Нет. Гиблое дело.
— Ну а на месте нам как его достать?
— Думаю, что никак. После того, как мы в городе нашумели, нелегального оружия быстро вы не найдете. Город молодой, все друг друга знают и к чужим доверия не будет. Ладно, есть у меня одна идея, как помочь тебе в этом вопросе. Только сейчас мне бежать надо, Горохов на совещание собирает. Давай, будь на связи.
— Добро!
Я положил трубку. Сел на диван — тот сразу же скрипнул несколькими пружинами сразу. Пахло молью и пылью.
Григорий уже во второй раз вошел в комнату и поставил на столик две керамических кружки. Рядом уже стояли заварник, сахарница, а на блюдце лежали блины и плошка с каким-то зеленоватым вареньем.
— Обалдеть! — не сдержался я. — Блинов не пробовал уже сотню лет.
— Вот и угощайся, сам испек, — смутился Гриша. — За качество не ручаюсь, но вроде съедобно.
Повар
