Я хмуро посмотрел на Морли. Он и бровью не шевельнул.
– Он им не нужен, Гаррет. И тебе теперь нет нужды о нем вспоминать.
Морли не мог простить, что этот парень устроил сцену в «Домике Радости».
Я не стал спорить. Мы спорили уже много раз. Морли не знает ни жалости, ни раскаяния, для него существует лишь здравый смысл. Именно поэтому – не устает напоминать он мне – я так часто и обращаюсь к нему.
Возможно. Но мне кажется, я обращаюсь к нему, потому что доверяю ему меня подстраховывать.
Я схватил фонарь старика. Фитиль потух. Я отставил фонарь, втащил Шрама в каретный сарай, закрыл дверь и в сопровождении несущего другой фонарь Морли направился к большому дому. По дороге я наткнулся на погасший фонарь.
Дом был не заперт. Нам потребовалось всего несколько минут, чтобы проникнуть внутрь и кое-что найти.
Мм вошли в пыльную кухню. Дальше идти уже не понадобилось. Через пару секунд Морли сказал:
– Взгляни на это, Гаррет.
«Это» была десятилитровая бадья. Ее облюбовала колония мух. Их удивленное жужжание и запах, идущий от ведра, говорили о том, что в нем была не вода. К стенкам прилипли рыжие комочки засохшей крови.
– Им нужно было во что-то собирать кровь.
Я осветил кухню фонарем и обнаружил на сушилке набор ножей. Это были не обычные кухонные ножи. Их украшали причудливые значки. И засохшая кровь.
Морли заметил:
– Плохо они чистят свои инструменты.
– Ты не видел, как они передвигались. После встречи с Плоскомордым им, наверно, было не очень легко возиться на кухне.
– Теперь ты доволен?
Я должен был быть доволен.
– Да. Совершенно нет смысла болтаться здесь дальше, а то нас еще повесят со всеми этими уликами.
Морли усмехнулся:
– Ты, правда, кое-чему научился, Гаррет. Я думаю, еще лет сто, и ты сможешь обойтись без няньки.
Мне показалось, что он слишком оптимистичен.
Мудрый Морли пошел своей дорогой. Я нашел капитана Тупа там, где меньше всего ожидал: в казармах, где он живет в общежитии для холостых офицеров; эту казарму Стража делит с местным армейским гарнизоном. Войска используются гораздо реже Стражи, выходят только на парады и для охраны королевских резиденций.
Как обычно, прежде чем провести к Тупу, меня гоняли туда-сюда, но без всякой злобы. Возможно, он предупредил, что иногда его будет навещать некий бывалый, старый моряк.
Он одевался, когда я вошел и капли дождя потекли с меня на его ковер.
– Надо полагать, у вас новости, Гаррет.
Хоть убей, не пойму, почему его не взволновало мое появление, – ведь было уже за полночь.
– Я нашел вашего человека.
– А?
Вот что значит онеметь от удивления.
– Вы хотели, чтобы я нашел злодея? Типа, который забавлялся тем, что кромсал хорошеньких девушек? Если он вам нужен, я его нашел.
– Угу… да?
Он все еще не верил.
– Наденьте макинтош, капитан. У меня был долгий, трудный день, и я хочу домой.
– Вы нашли его?
Да-а! Никак не возьмет в толк.
– Ага. Но вы пошевеливайтесь, если хотите поспеть.
– Угу. Конечно.
Он был ошеломлен. Не мог поверить. Внезапная мысль омрачила мне радость победы. Они не слишком-то сопротивлялись.
– Но как? Я задействовал сотни людей. Они не нашли и следа.
– Они не знали, где смотреть. Чутье развивается лишь тогда, когда становится средством пропитания.
– Похоже, вам просто довезло.
– Удача мне помогла.
– Мне взять с собой людей?
– Не надо. Они не причинят вам неприятностей.
Должно быть, я произнес это с особым выражением. Он неодобрительно посмотрел на меня, но был слишком потрясен, чтобы начать расспросы. Он влез в армейский плащ и напялил непромокаемую шляпу.
– Вы не представляете себе, как мы ценим ваши услуги, Гаррет.
– Слегка представляю. Я увижу, как вы цените мои услуги, если вы не забудете выдать мне гонорар.
– Что? – Ему удалось принять обиженный вид. Кто-то имеет наглость подвергать сомнению честность Стражи? – Вы думаете, мы поскупимся?
– Боже сохрани! Я? Как я могу подумать такое о нашей славной Страже? Вы шутите, капитан.
Он почувствовал насмешку, и ему это не понравилось, но он слишком разволновался, чтобы оскорбиться. Черт возьми, он помчался, как летучая мышь из детского стишка, храбро бросившись прямо в дождливую ночь, и тут сообразил, что не знает, куда бежит.
– Быстрее я не смогу, капитан, у меня не хватает сил, – сказал я ему. И это правда. Я хотел поскорее вернуться домой. Надеялся поспать. – Я сегодня набегался, пока накрыл этих чудовищ.
– Чудовищ? Их что, больше одного?
Он меня не слушал. Я покачал головой. Он зашагал со мной в ногу, резвый, как пятилетний ребенок.
– Был? – Теперь он занервничал, даже насторожился. – Вы все время говорите «был».
– Вы увидите.
Глава 20
Он увидел. Зрелище не слишком его тронуло.
– Вам пришлось их убить?
Он таращился на старика, будто надеясь, что этот безумный ублюдок восстанет из мертвых.
– Нет. Я мог позволить им убить меня. Но тогда вы бы все еще их разыскивали, правда?
Я тоже уставился на старика, и мне стало страшно. Туп этого не заметил.
Во-первых, прежде, чем откинуть копыта, дедок подполз к двери, ведущей в сад. Потом он разделся. Он настолько ссохся, как будто кто-то высосал из него все соки. Кожа была мертвенно-бледной. Я засомневался, что он восстанет из мертвых. Хотя, похоже, он уже несколько раз это делал. Я поборол приступ суеверного страха и сосредоточился на вопросе, который в данную минуту встал ребром.
Кто-то побывал в каретном сарае в мое отсутствие. Этот кто-то раздел покойника и стащил всякую всячину с полок и подставок для инструментов. Это выглядело, как случайное преступление, совершенное обнищавшим и отчаявшимся дилетантом. Кто-то заметил, что дверь открыта, бросился внутрь и, окинув сарай быстрым взглядом, взял то, что может пригодиться, да еще и прихватил все, что мог унести и продать за бутылку дешевого красного вина. Если бы мне пришлось выслеживать этого вора, я бы искал низкорослого тощего пьяницу, который с ног до головы разоделся в старомодное тряпье и нахлобучил дурацкую охотничью шляпу.
Туп пожаловался:
– Было бы гораздо эффектнее, если бы я смог отдать их под суд.
– Не сомневаюсь. Это был бы цирк. Лучшее представление года. С удовольствием посмотрел бы. Но старик отрыгивал бабочек, метал из глаз зеленые молнии и собирался опутать меня какими-то сильными чарами. Я не мог уговорить его этого не делать. Пойдемте. Я покажу вам улики.
Я провел его на кухню и показал ведро. Я хотел показать ему ножи, но их не оказалось на месте. Этот проклятый Морли со своими сувенирами. Теперь в присутствии представителя закона, который может объясниться с местными охранниками, я чувствовал себя в доме более спокойно. Я смог внимательно все осмотреть. И не обнаружил ничего нового.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
