Читаем без скачивания Демон-Хранитель (СИ) - Хохлова Жанна

— Я могу навредить ей… — начал было он и придвинулся ко мне.

В свою очередь тоже приблизился к нему и проговорил угрожающе холодным тоном, так чтобы Сатану пробрало:

— Ты этого не сделаешь по двум причинам: во-первых, на земле Джен, как человеческая душа, всегда под защитой Творца, а во-вторых, я тебе нужен. Навреди ей, и я не помогу тебе.

Сатана усмехнулся, окинув меня заинтересованным взглядом. Наш с ним разговор разжёг в нем азарт. Хозяин ада широко улыбнулся.

— Говори условия, — быстро произнёс он, как будто боялся передумать.

— Я помогу тебе, а ты забудешь, что я существую, отпустишь меня на все четыре стороны.

Он в изумлении посмотрел на меня, но ничего не сказав, кивнул.

— Если у тебя получится вызволить меня отсюда, — добавил я.

— Я всё для этого сделаю, — проговорил он загадочно и встал, направившись к выходу, закрывая за собой дверь темницы, как будто отделяя меня от всего существующего.

Когда Сатана скрылся из виду, меня сложило пополам от боли в голове и звона в ушах. Я простонал от безысходности, в порыве дёрнув наручники, испытав сильную тревогу. Джен, моей девочке, срочно требовалась помощь её демона-хранителя.

Орфея и Эвридик. Часть первая

Я проснулась только утром. Как-то слишком быстро и резко приподнялась на кровати, ощутив дискомфорт внизу. Воспоминание о страстной ночи с любимым накануне заставило мои щёки покрыться лёгким румянцем. Я улыбнулась и игриво обвела глазами комнату в поисках хранителя. Но Сола тут не оказалось.

Я разочарованно вздохнула и снова повалилась на подушки, широко раскрыв руки и глупо расхохотавшись. Притронулась к своим опухшим от горячих поцелуев губам, и воспоминание о жаркой ночи подтолкнуло желание тонкой струйкой горячего молока с мёдом опуститься, слегка задев грудь, напрячь, сделав острыми навершия, и лёгкими щекочущими движениями пробежаться по животу вниз, в предвкушении запульсировать. Я безумно скучала и хотела, чтобы он появился прямо сейчас. Где его могло носить? Мне было неприятно оттого, что утро не встретило меня его близким, таким желанным присутствием, его медленными, сводящими с ума поцелуями, дрожью на пределе терпения и нежности, приятной тяжестью и глубокими проникновениями. Было стыдно за всё то, что я вытворяла раньше: все эти споры, препирательства, обидные слова, так несдержанно слетевшие с моих уст в адрес моего хранителя, а также мои злые поступки. Теперь-то я понимала, что они больно ранили его.

Уныло вздохнув, всё ещё ожидая его возвращения, я легко выскользнула из-под одеяла и прошла в душ. Во мне начало копиться смутное беспокойство. Солидафиэль никогда так надолго не отлучался от меня. Тем более после того, что было вчера ночью: он чувствовал то же, что и я, ему было так же хорошо, как и мне.

Тёплые капли ударялись о нежную кожу, частично впитываясь, остальные же отталкивались и катились вниз, выписывая хаотичные узоры, щекоча, вызывая мурашки, даря расслабление и отдавая в обманчивый плен горячего потока.

Мои мысли стали мрачными, а тело снова напряглось. Душ стал совершенно бесполезен и даже немного раздражал. Наскоро вытершись, я быстро оделась и начала сушить волосы. Беспокойство тёмными волнами накатывало на мою душу, и временами даже становилось больно дышать. Демона-хранителя не было, и я уже не просто чувствовала, а догадывалась, что случилось нечто ужасное. Сол всегда находился при мне, это его едва ли не самое долгое отсутствие за всё время, что я себя помню. Еле дождавшись, пока мои длинные волосы хоть немного обсохнут, я как ошпаренная выскочила из комнаты уютного мотеля, оттуда, где наши чувства облеклись в форму и где мы с Солидафиэлем стали единым целым.

Я шла по заполненным людьми улицам, обняв себя за талию, потерявшаяся, не знавшая, куда податься: возвращаться в общежитие было опасно, мотель — не вариант: что я там могла ожидать и кого? Попробовала призвать Сола, ментально максимально напрягшись, и ничего… Тишина… Тишина мне стала ответом. Я кусала от досады и беспокойства губы.

Зашла в какое-то кафе, пытаясь собраться с мыслями. А они были полны мрачного ужаса, только теперь волнение достигло апогея. Но и там мне не усиделось. Я кружила по городу, только чтобы не бездействовать, не надеясь его найти. Если бы Сол был на земле, он бы сам нашёл меня.

На город тихо, как тёмный шёлковый платок на усталые плечи, опускался вечер. Витрины магазинов манили пестротой и огнями, но только не меня, не сейчас. Я всматривалась в лица прохожих: усталые, довольные, грустные и счастливые. Но все со смыслом. Из меня же как будто выкачали весь воздух, лишив самого главного.

Ноги сами принесли меня к демоническому бару. Не знаю, что я желала здесь увидеть. Я бы могла умереть на месте, если это то, что я сейчас себе представила. В голове пронеслась нелепая мысль, что я пришлась моему демону не по вкусу. Но я её быстро отбросила. Я видела его глаза — они не могли врать. То, что отражалось в них, чётко давало мне понять: я настолько желанна, что мои сомнения разбивались об это знание, как режущие волны о высокий неприступный утёс.

Я попросилась в приют падших условным стуком и была допущена, ставшим при виде меня любезным бугаем-привратником. Спустившись по винтовой лестнице в шумный зал, огляделась. Алкоголь здесь лился рекой. Кто-то шумно спорил, кто-то уже дремал, громко посапывая, кто-то приставал к девицам, кто-то пытался поговорить по душам, и я ощутила то, что чувствовал здесь Сол — свободу. Горько улыбнулась.

Мой взор метнулся к барной стойке, я вдруг заметила на себе заинтересованный взгляд. Демон-бармен. Он так внимательно и тепло рассматривал меня, что на моих глазах выступили слезы. Товарищ Сола сделал знак рукой, и я решительным шагом направилась к нему. Присев за барную стойку, тяжело вздохнула и заметила рядом своего никудышного ангела Джека, который должен исполнять роль хранителя, но был лишь тенью, изредка появлявшейся в моей жизни. От ангела слегка несло алкогольным амбре, а его глаза с печалью, виной и страхом смотрели на меня.

— Что будет юная дама? — спросил бармен, услужливо улыбаясь, но я уловила в его взоре тень беспокойства.

Я отрицательно мотнула головой, коротко спросила и опустила голову так, чтобы не заплакать:

— Сол заходил?

Он вновь окинул меня взглядом и отрицательно мотнул головой:

— Вы в последний раз вместе забредали, с тех пор его не видел.

Я не знала, что мне делать: рыдать или радоваться. Радоваться — его не было в этом вертепе. Рыдать, ведь ответ не прояснил вопрос: а где же мог быть Сол?

— Демона нигде нет, — наконец произнесла я, взглянув сначала на него, а затем на ангела.

— Этого не может быть, ты же понимаешь, что хранитель навсегда привязан к душе: он либо убит… — бармен заметил, как я вздрогнула и прикусила до крови нижнюю губу, чтобы не разразиться рыданиями прямо посреди царящего здесь хмельного веселья, — …либо в аду.

И тут уже с надеждой воззрилась на него, и демон, я видела по выражению его лица, уже пожалел, что сказал мне об этом.

— Помоги мне туда попасть, — не спросила, утвердила я, подавшись вперёд, и с горячностью посмотрела в его мигом ставшие рубиновыми радужки глаз.

Он усмехнулся моей самонадеянности и с лёгким сарказмом произнёс:

— Ты так торопишься на тот свет?

— Нет, нисколько не спешу, но ты мне сейчас говоришь про белый вход в потусторонний мир, однако думаю, что есть и чёрный, куда можно попасть безнаказанно, — помолчав, добавила, — без последствий для души, — договорила и замолкла, увидев, какой эффект произвела на него.

Бармен широко улыбнулся и хмыкнул, задумчиво подперев подбородок рукой:

— Я понимаю выбор Сола: ты не только красива, но и умна.

В нетерпении воззрилась на него, и он, устало потерев лицо, сделал знак рукой, чтобы я зашла в дверь рядом со стойкой. Я сделала, как он велел, прихватив с собой за рукав ангела Джека, так и не успевшего выпить штоф спиртного, расплескав его на поверхности стойки. Мы оказались в довольно обширной кладовой с вином и незамысловатыми закусками, аккуратно стоявшими в ящиках и расставленными по полкам. В голове вдруг возникла мысль: «А могу ли я доверять старому демону?», но вспомнила, что Сол довольно-таки тепло к нему относился.