Лысину ищет?
— Кира! — предупреждаю, окликая дочь.
— Аккулатно, знаю, мам.
Малышка растёт и умнеет так быстро, что страшно моргнуть лишний раз.
Отвернусь, а она уже взрослая девушка с высшим образованием.
Все основные развлечения в центральном корпусе или возле него. Но мы с Кирой отходим подальше.
Я присаживаюсь на поваленное дерево, пока Кира с интересом осматривает всё вокруг. Начинает таскать мне шишки.
— Делжи, — протягивает. — Не потеляй.
— Не потеряю.
— Я считаю!
Предупреждает серьёзно, а меня хватает лишь на то, чтобы кивнуть. Пытаюсь не засмеяться.
Даже не жаль джинсов, которые испачкаются в земле. Я с радостью наблюдаю за тем, как Кира юным следопытом изучает всё вокруг.
Нахожу под ногами еловые веточки. Растираю иголки между пальцев, наслаждаясь запахом.
Обожаю этот аромат.
Не хватает мандаринок, чтобы было идеально.
Что-то Новогоднее настроение догоняет меня заранее в этом году.
— Вот вы где, — морщусь, понимая, что муж нашёл нас быстрее. — Я включил отопление, продукты загрузил в холодильник. Победил в бою страшного монстра, который пытался сбежать.
Рома демонстрирует исцарапанную руку, бурчит под нос что-то про диких котов.
Насилие это плохо.
Но хорошо, что Снежок выбрал правильную семью при разводе.
— Наглый комок шерсти, — муж закатывает глаза. — Теперь я могу провести время с семьёй?
— Конечно, — вытягиваю ноги вперёд, не придумав аргумента против. — О, любовницу не забыл в окно выпихнуть?
— Да хватит, Юль. Ты всю жизнь будешь это припоминать?
— Ага.
— Я не знаю, как ещё тебя убедить. Специально для тебя камеры в кабинете поставлю. Будешь за мной наблюдать круглосуточно.
— Нет желания. Я не надзиратель, чтобы следить за мужем. Меня не прельщает идея, что я должна контролировать тебя. Тут либо есть доверие, либо его нет.
— Объяснишь, почему его нет?
Мне нечего ответить. Вроде идеальный момент, чтобы поговорить про любовниц и предательство.
Но я пока не готова. Как только будет свободная квартира — сразу вывалю всё на мужа.
Я почти готова к разводу.
Посмотрю я на его лицо, когда Рома поймёт всё. Как он там говорил?
«Никуда не уйдёт»?
Ну-ну.
— Пап! Вот!
Малышка вываливает кучу шишек и веток на колени Ромы. Там и трава, и земля.
Муж тут же пытается стряхнуть лишнее, но грязь сильнее въедается в ткань джинсов.
Его проблемы, что он додумался надеть светлую одежду в лес.
Раньше я бы уже волновалась как это отстирать, а теперь…
Стирка это забота мужа, пусть он и думает, как с этим быть.
— Черт, — Рома бросает бесполезное занятие. — Ладно, Юль, вернёмся к разговору?
— Какому? — невинно хлопаю ресницами.
— Вопросу доверия. Раньше ты так себя не вела.
— Раньше ты мне не врал. Точнее, я не ловила тебя на лжи.
— Ты опять с этой идиотской идеей? Я нарушил диету, но это не значит, то меня сразу во всём подозревать нужно. Погоди…
Муж напрягается, а я невольно сглатываю. В воздухе витает опасностью.
Алимбаев никогда не был дураком. И некоторые ниточки может соединить вместе.
— Тут дело не в доставке еды, — муж разворачивается ко мне. — Ты сначала любовницу искала. Потом уже нашла запрещенку. Так в чём дело? В какой момент ты начала подозревать меня не пойми в чём?
— Когда ты соврал, что ужинал с клиентами. Но я знаю, что этого не было. Так где ты был, Рома?
— Я не понимаю про что ты говоришь.
Рома тут же ощетинивается, закрывается от меня. Я понимаю, что правды не добьюсь.
Но интересно как муж будет выкручиваться. Заодно парочку паттернов словлю.
Ведь человек, по сути, существо запрограммированное на одинаковые реакции. Повторяющиеся.
Например, Кира, когда накосячит, сразу делает губки-бантиком. Всегда. А когда муж лжёт…
Раньше я никогда на это не обращала внимания. Ведь доверие было залогом наших отношений.
Но теперь я напоминаю себе дочь. С исследовательским интересом изучаю мир вокруг. Своего мужа.
— В прошлую среду, — задаю наводящий вопрос. — У тебя была встреча с клиентами.
— Да, я это помню, — Рома спокойно кивает. Вскидывает подбородок. — Она была. В чём обвинения?
— В том, что ты не был на встречи. Ты всегда встречаешься в «Гранд».
— Да. Ты перейдёшь к сути?
— Мы с тобой живём тут года два. Последний год у тебя почти каждая среда — это встречи именно там.
— И ты даже была на этих встречах.
Припоминает мне Рома. И это правда, я была, пару раз. Скучный ужин с обсуждением дел.
Муж использует это, чтобы приспать мою бдительность? Ну, поздно спохватился.
— Каждую среду ты там ужинаешь, заказываешь себе там стейк, — я выдыхаю, сдавшись. Не собираюсь играть в угадайку. — И ни разу за этот год ты не ел дома.
— Так. Предположим.
— Ром, ты уминал мои биточки так, словно весь день голодал. Поэтому ещё раз. Где ты был?
Муж молчит. Только смотрит на меня. Его взгляд бегает из стороны в сторону. Словно ищет ответы на моём лице.
Попался, милый.
Я ведь теперь знаю, как ты мне врёшь.
Рома сглатывает, его кадык дёргается. Муж на секунду задерживает дыхание перед тем, как ответить.
— В «Гранд» был банкет, все залы забронированы, — отвечает спокойно. — Юляшь, ты опять странные причины придумала? Нашла про что переживать.
— Банкет?
— Да. Пришлось ехать в другой ресторан. Кормили там отстойно. А твои биточки… Ты же знаешь, что я их обожаю.
Мелкий наглый врун!
Я аж закипаю от того, насколько уверенно он придумывает историю. На ходу, всё продумывает.
Не подслушай разговор мужа, я ведь поверила бы. Купилась на этот спектакль.
Я настолько ошарашена, что даже не могу среагировать сразу. А Рома этим пользуется. Притягивает меня к себе.
Я падаю на его грудь, муж тут же крепко меня обнимает. Так сильно, что я двинуться не могу.
— Ром, пусти.
Игнорирует меня, лишь сильнее сдавливает. Трепыхаюсь, но это бесполезно. Муж просто не слышит моих просьб.
Если укусить его до крови — я хоть ничем не заражусь?
— Алимбаев, пусти, — повторяю строже. — Кира…
— Я за ней слежу, — ничуть не успокаивает. — Всё? Мы всё решили? Ты успокоилась? Хочешь, я тебе найду фото с того банкета?
— Ага. Дождаться не могу.
Рома чуть отстраняется, чтобы увидеть мою реакцию. Я пользуюсь возможностью. Выворачиваюсь из его рук.
А после…
Собрав все силы, запускаю ладонь в волосы мужа. Провожу по мягким прядям. Они привычно ласкают кожу.
— Хм, — я поджимаю губы. — Думала паутина в волосах. Нет.
— Паутина? — муж приподнимает брови. — В каком смысле?
— Ну, показалось просто. Странный оттенок волос, вот и проверила. Нет, это твой.
— Мой оттенок? Какой?
— Серебристый.
Теперь ты лысеющий и седеющий, милый.
Неприятно, когда с твоей самооценкой играют?
А муж уже касается своих волос, будто на ощупь найдёт седой волосок.
Отлично. Пусть это займёт его на время. А я как раз усмирю желание послать мужа на три буквы.
Я запрокидываю голу, рассматриваю небо, затянутое тучами. Часто моргаю, стараясь справиться с эмоциями.
— Юль, — муж зовёт меня каким-то странным голосом. Сорванным, опустошённым. — Эй, милая. Прости. Тихо, не расстраивайся. Глупая ситуация с рестораном. Не плачь.
— Что? Нет. Я не плачу.
Прикасаюсь к щеке, чувствую влагу. Чувствую себя странно. Я явно не разрыдалась тут.
На другую щеку тоже попадает капля. Только это не я. С неба начинает капать.
Всё чаще и быстрее, за пару секунд начинает лить как из ведра.
Рома тут же бросается к Кире, которая крутится под дождём. Подхватывает малышку на руку.
Мы бросаемся в сторону домика. Но даже пары минут хватает, чтобы мы вымокли до нитки.
Влетаем в дом, я начинаю дрожать от контраста температуры. Тут тепло, комнаты успели прогреться.
