Читаем без скачивания Возвышение Меркурия. Книга 8 - Александр Кронос

Уловивший мои мысли спутник, разочарованно рыкнул и через мгновение остановился напротив картины. Там был изображён белоснежный дракон, на котором восседала фигурка наездника. А внизу виднелись корабли, к которым тот и пикировал. Судя по общей композиции, собираясь уничтожить.

— Крр-р-расиво. Надо бы забрр-р-рать.

Если с первой частью его послания я был полностью согласен, то вот на вторую пришлось наложить вето. А через мгновение, зал снова наполнил густой и мощный бас Симеона.

— Отряд скоро выступит. Олег освободит всех, кто отыщется. И приволочёт сюда изменников.

Я чуть качнул головой. Интересно, как он передал информацию? Дарфоном смертный точно не пользовался. Применения силы я тоже не уловил. Разве что совсем в небольшом объёме — такое с учётом мощного энергетического фона, можно было и не заметить.

— Не изменники они, князь. Попавшие под удар и скорее всего уже мёртвые, но никак не изменники. Внутри их тел совсем иные души.

Тот снова свёл вместе брови и откинувшись на спинку огромного дивана, с мрачным видом махнул рукой.

— Рассказывай, Василий. Кто это учинил да зачем?

Изложение всех фактов заняло у меня около получаса. Когда повествование дошло до цесаревича и его роли, глаза старого князя сверкнули неподдельной яростью. А после того, как я закончил, ненадолго задумался и огладив свою бороду, тяжело вздохнул.

— Всё, как всегда. Рюриковичи делят трон — кровь льётся наша.

Помолчал, сверля меня тяжелым взглядом. И поинтересовался.

— Ты же не просто так ко мне со всем этим заявился? Чего ты хочешь? Этого на престол поставить?

Кивком указал на изрядно ошарашенного царевича Алексея, который расположился на диване напротив. В процессе рассказа, я отслеживал его реакцию и судя по ней, Рюрикович слышал обо всём впервые. И о перевозках живого товара через Петербург, и об интригах цесаревича Дмитрия, и о манипуляциях с человеческими душами.

Хотя, ничего удивительного тут пожалуй не было. Пусть он и член императорского рода, но по объективным причинам был исключён из большинства тайных коалиций и схем. Кому нужна поддержка искалеченного и умирающего царевича, у которого нет личных вассалов среди знати, отсутствуют собственные доходы, да ещё и недоступен родовой Дар.

И если до этого он старался сдерживаться, то после вопроса Шуйского, на лице проступило полнейшее изумление. А я неопределённо хмыкнул, постаравшись, чтобы это прозвучало максимально нейтрально.

— Для начала я хочу не допустить войны между князьями. А потом встретиться с теми, кто может изменить ход истории. Князьями Голициным, Оболенским, Трубецким и Мстиславским. С вами во главе, естественно.

Когда я не упомянул в перечне Шуйских, Симеон на момент нахмурился. Но последняя фраза быстро заставила его оттаять. Впрочем, согласия он своего не дал. Вместо этого снова посмотрел на Рюриковича.

— Но на трон то ты хочешь поставить этого отрока? Или ещё кто есть на примете?

Алексей чуть нервно кашлянул. Для него всё происходящее было непривычно. А вот князь Шуйский чувствовал себя, как сатир на оргии — он точно не в первый раз обсуждал кандидатов на престол. И то ли проверял меня, то ли каким-то образом понял, что для меня подобное тоже не в новинку. Уж к чему, а к игре с правителями смертных, боги Рима были привычны всегда.

— Возможно. Многое будет зависеть от развития событий. К тому же, есть вещи, которые важнее конкретных людей на престоле.

Симеон приподнял кустистые брови и я усмехнулся.

— Целостность этого мира, например. Я бы хотел встретиться с названными князьями и не против присутствовать на ваших переговорах с Волконскими. А что касается Вашего Сиятельства, то мне пригодились бы имена тех, кто главенствует над Чернокровыми. И обещание поддержать на Земском Соборе того Рюриковича, на которого я укажу.

Смертный вперил в меня пристальный взгляд.

— Ты же не думаешь, что Шуйские станут выполнять чьи-то приказы и делать всё по чужой указке?

Я отрицательно качнул головой.

— Нет. Но надеюсь, они смогут оценить верность сделанного выбора и согласиться с ним. Как и другие князья империи.

Тот усмехнулся. А в зал вошла дева, что до этого одевалась в своей комнате. Князь повернул головой, окидывая её взглядом.

— Василина. Правнучка моя. Та, что заняла наше исконное место среди Хранителей и смогла остаться Шуйской.

Смертная поджала губы, недовольно глянув на деда. Кивнула Рюриковичу — судя по отсутствию удивления, о присутствии одного из Великих князей её предупредили заранее. Потом перевела взгляд на меня.

— Победитель Абэ, носитель силы Древних и человек-загадка. Вы заставили общество говорить о себе, Василий. Все гадают, откуда вы такой взялись и где отыскали источник своей мощи.

Расположившись по левую руку от прадеда, сложила руки на коленях, с интересом рассматривая меня. Прохор, что до этого изумлённо пялился на деву, наконец осознал, что он делает и смущённо отвёл глаза в сторону. Олег, который завис за диваном, что стоял напротив княжьего, задумчиво хмыкнул. Вот Асука только тихо вздохнула.

Реакция была разной. А вот причина, скорее всего, одна. Вошедшая напоминала красотой древних царей, что нередко оказывались потомками богов. Резные черты лица, выразительные глаза, прямой нос, идеальные скулы. Чёрные, до полной темноты, волосы. Длинные тонкие пальцы лежали на коленях, что были частью стройных ног, а под платьем легко угадывалась подтянутая фигура. Ещё она была Великим Мастером, а голову венчал обруч, усыпанный крупными рубинами. Металл служил накопителем, тогда как внутри каждого камня имелась своя ударная комбинация.

К счастью, я не чувствовал энергии мёртвых душ — иначе вести дела с Шуйским сразу бы стало сложнее. Тем не менее, князь сам не отрицал, что его правнучка входит в число Хранителей. Хотя и прозрачно указал на низкий уровень лояльности к ордену. К тому же не стоило забывать про три уничтоженных, по его приказу, группы наблюдения.

— Я умею привлекать внимание, не спорю. Хотя, к Хранителям у меня тоже имеется пара вопросов, на которые было бы неплохо получить ответы.

Симеон, покосившись на девушку, снова усмехнулся.

— Пока речь о Чернокровых. Да о союзе княжеском. Если верно я тебя понял, Василий.

Смертная с интересом прищурилась, глянув на прадеда, а тот внимательно изучал меня. Наконец чуть подался вперёд.

— Скажи мне Василий, зачем тебе Чернокровые? Имена тех, кто в Круге известны, пусть и не все. Но тронешь их и может начаться война. Пострашнее любой княжеской усобицы.

Мгновение я подумал, сидя на диване под тяжелым взглядом князя.

— Если не трону, может статься и так, что воевать потом будет уже некому.

Тот сжал губы, смотря на меня, как сатир, которому сообщили, что у Вакха может закончиться амброзия. Приблизительно с такой же степенью задумчивости и временами полыхающей в глазах яростью. А вот Василина, чуть двинула пальцами и уточнила.

— Веришь в теорию о том, что Пробои могут разрушить наш мир?

Я сместил взгляд на деву и пожал плечами.

— А чем, на твой взгляд, являются Пробои?

Возможно она и собиралась ответить, но сидящий сбоку князь, не позволил — принялся веско ронять слова первым.

— Ты получишь имена тех, кто тебе нужен. Что до встречи с Волконскими — тебя я там тоже видеть желаю. Беседу с другими князьями, о которых ты говорил, надо обдумать. То, что мы стары, не значит, что мы все дружны. Прожитые года объединяют. Но и крови за это время пролилось немало. Те пятеро Сиятельств, которых ты хочешь собрать за одним столом, не друзья, Василий. Просто осколки минувшей эпохи, которым чужда новая.

Шумно вздохнув, откинулся на спинку дивана и прошёлся взглядом по нашей компании, из-за чего Асука горделиво выпрямила спину, а Прохор попытался нервно улыбнуться. Сам же князь продолжил.

— Что до Вече и Собора, цесаревича я поддерживать не собираюсь. Но и отдавать свой голос незнамо за кого, тоже не хочу. Слово Шуйских дорогого стоит. Им просто так не разбрасываются.

Я медленно кивнул.

— Понимаю. Думаю, к моменту, когда начнётся Собор, у вас окажутся резоны для поддержки нужного Рюриковича. Не того, кто захочет втянуть империю в очередную войну на границе, а человека, что приведёт её к процветанию.

Тот неожиданно расплылся в усмешке.

— Так это они все обещают. Процветание, мир, безопасность. Кто-то и о возврате привилегий говорит. Мол, не хочу ли я, чтобы мой флаг снова развевался над Красноярском, а княжество обрело настоящие границы? Потому, посмотрим Василий. Поглядим на происходящее, а потом уже примем решение. Даже если разговор и будет, немедленного решения не жди.

Когда он замолчал, в разговор