«Заговоры против Кастро и Лумумбы, — говорится далее в отчете, — представляют собой примеры тех заговоров, которые были подготовлены государственными служащими Соединенных Штатов с целью устранения руководителей иностранных держав. В «деле Трухильо», несмотря на то что правительство США боролось против его режима, нет оснований утверждать, что инициатива заговора исходила от США. Служащие государственных учреждений США лишь оказали помощь, о которой просили местные элементы, находящиеся в оппозиции к Трухильо. Предоставление такой помощи не может рассматриваться как соучастие».
«Дело Шнейдера» имеет ряд отличительных особенностей. Правительство Соединенных Штатов, прекрасно осведомленное о том, что чилийские оппозиционеры рассматривали генерала как помеху на своем пути, содействовало государственному перевороту и оказывало заговорщикам помощь. Хотя эта помощь предоставлялась в виде оружия, нет доказательств того, что оппозиционеры или американские служащие намеревались уничтожить генерала Шнейдера, а не похитить его. Точно так же обстоит дело и с убийством Нго Динь Дьема. Стремясь устранить этого деятеля, некоторые американские служащие поддержали организованный с этой целью государственный переворот, однако ничто не доказывает, что в их планы когда-либо входила физическая ликвидация Нго Динь Дьема.
Комиссия Чёрча подчеркнула, что «для правильной квалификации всех дел о заговорах против иностранных деятелей необходимо иметь в виду следующее: правительство США совершенно открыто выступало против всех деятелей, ставших жертвами заговоров; свое «несогласие» с режимами Кастро и Трухильо выражали политические деятели высшего ранга, им же принадлежит и «мнение» о том, что избрание Сальвадора Альенде на пост президента Чили нанесет ущерб интересам Соединенных Штатов и что Лумумба представляет собой опасную силу в самом центре Африки. Таким образом, все факты, связанные с разработкой и осуществлением заговоров, следует рассматривать в свете более широких действий, направленных против упомянутых государственных деятелей. Следует также иметь в виду, что, коль скоро принимается решение об использовании методов принуждения и насилия, создание опасности для человеческой жизни не может не приниматься во внимание. Тем не менее между преднамеренным, заранее подготовленным и хладнокровно совершенным убийством государственного деятеля иностранной державы и иными формами вмешательства в дела этого государства существуют принципиальные различия».
Комиссия Чёрча пришла к следующему заключению:
1. Не представляется возможным сделать вывод о том, что президент или другое должностное лицо, воспользовавшись предоставленной им властью, дали ЦРУ санкцию на организацию этих заговоров.
2. Комиссия считает, что «некоторые служащие Соединенных Штатов, исходя из собственных убеждений и опыта, могли рассматривать убийство в качестве приемлемого средства».
3. В ряде случаев некоторые служащие Соединенных Штатов пренебрегли своими должностными обязанностями, не поставив в известность вышестоящие инстанции о своих намерениях или же — что равносильно — сообщив разрозненные и неточные сведения.
4. И наконец, комиссия выносит порицание некоторым высшим должностным лицам американской администрации, которые, «хотя и не отдавали конкретных распоряжений о совершении убийства, в ряде случаев были осведомлены о его подготовке или формировании сил, призванных осуществить убийство»…
Признавая известную противоречивость своих выводов, комиссия объясняла это тем, что информация по поводу тех или иных фактов по-разному излагалась лицами, «причастными к секретной деятельности», с одной стороны, и теми, кто к ней никакого отношения не имеет, — с другой. Так, последние считают «убийством» то, что первые рассматривают как «устранение», являющееся лишь этапом определенного плана…
Комиссия Чёрча также считает, что «Соединенные Штаты, скорее всего, не прибегают к убийству как средству достижения внешнеполитических целей». По этому поводу комиссия изложила следующие соображения:
«Мы осуждаем убийство как инструмент внешней политики. Помимо тех практических соображений, которые были выдвинуты против применения убийства сотрудниками секретных служб, представшими перед комиссией, мы считаем, что этот метод идет вразрез с нравственными принципами, на которых покоится наша цивилизация.
Кроме этих моральных факторов, действительное применение метода убийства иностранных государственных деятелей требует разъяснений, исходя из реальных условий:
А. Существует различие между конкретными примерами применения убийства, инспирированного Соединенными Штатами, и оказанием поддержки оппозиционерам, стремящимся свергнуть местные правительства.
В двух из пяти случаев, рассмотренных комиссией, речь идет о заговорах, действительно организованных американскими служащими для устранения иностранных государственных деятелей (П. Лумумбы и Ф. Кастро). В трех остальных (Р. Трухильо, Нго Динь Дьем, Р. Шнейдер) имело место убийство в связи с попыткой государственного переворота, предпринятого местными оппозиционными силами. Во всех трех случаях прослеживаются значительные различия как по степени преднамеренности убийств, совершенных заговорщиками, так и по степени причастности служащих Соединенных Штатов к инспирированию этих государственных переворотов.
Комиссия считает, что Соединенным Штатам надлежит прекратить практику подстрекательства к убийству тех или иных деятелей.
Каждый государственный переворот в той или иной степени несет с собой вероятность убийства. Эта вероятность является одним из тех факторов, которые Соединенные Штаты должны учитывать, рассматривая целесообразность своего участия в предполагаемом государственном перевороте, в особенности когда существует серьезный риск убийства иностранного государственного деятеля.
Наше государство возникло в результате насильственного восстания против тиранического режима, и наши предки, основавшие наше государство (которых в то время рассматривали как оппозиционную силу), воспользовались поддержкой иностранных государств. Учитывая эти аспекты нашей истории, мы не можем отказывать в помощи оппозиционным группам, стремящимся свергнуть тиранов. Однако при этом следует принимать во внимание такие важнейшие соображения, как: действительно ли речь идет о защите национальных интересов Соединенных Штатов; какой тактики следует придерживаться в случае оказания открытой помощи; какому ведомству будет поручен контроль и координация этих действий.
Комиссия исходит из того, что свои принципиальные рекомендации о применении секретных акций в поддержку государственных переворотов она сформулирует в окончательном тексте своего отчета[61].
Б. Следует исходить из того, что обстоятельства организации заговоров, во время которых были совершены убийства, могут служить лишь их объяснением, но не оправданием.
Обстановка «холодной войны», в условиях которой были подготовлены и осуществлены, заговоры с применением убийства, не может повлиять на наше мнение о том, что применение убийства в нашем обществе недопустимо. Помимо отмеченных выше нравственных и политических факторов, комиссия, считая глубоко ошибочным широко распространившееся мнение о том, что применение заговоров связано со спецификой современной эпохи, констатирует:
во-первых, необходимость в заговорах, чреватых убийством, не вызывалась непосредственной угрозой для Соединенных Штатов. Единственное исключение составлял Кастро, который действительно воплощал в себе конкретную реальную угрозу для Соединенных Штатов, возникшую во время кризиса, связанного с размещением на Кубе ракет. Попытки покушения на жизнь Кастро предпринимались задолго до этого кризиса, а в момент, когда он имел место, лица, ответственные за принятие политических решений, осуществление подобного варианта не предусматривали;
во-вторых, следует считать абсолютно неприемлемым, чтобы США для оправдания своих действий ссылались на практику, осуществляемую тоталитарными режимами. Наши нравственные критерии выше, и именно это их отличие составляет смысл нашей борьбы. Мы должны отстаивать нашу демократию, однако в этой борьбе мы не должны нарушать принципы, которые отстаиваем;
и наконец, в-третьих, подобная практика неизбежно получает огласку. Совершенно очевидна невозможность сколько-нибудь эффективного учета проистекающего при этом ущерба для американской внешней политики, для репутации и престижа Соединенных Штатов, для доверия и поддержки американцами своего правительства и его внешней политики. Последнее обстоятельство — подрыв доверия американцев к их правительству— среди изложенных выше соображений является самым серьезным».
