Читаем без скачивания Техасская резня бензопилой - Стивен Хэнд

— Чье оружие? — спросил он.

— Револьвер был у нее с собой, — ответил Энди, прежде чем остальные успели сориентироваться. Энди считал, что он тут остался за старшего и, пока Кемпер не вернулся, вся ответственность за происходящее лежит на нем.

Хойт кивнул, поднес дуло револьвера к своему носу и принюхался. Затем опустил оружие, взвел курок, открыл барабан и проверил находящиеся там патроны.

Все.

Он положил револьвер на место и совершенно неожиданно спросил:

— А вы в этом уверены?

— Кемпер! Где ты, Кемпер! КЕМПЕР!

Когда Эрин выскочила на крыльцо, то обнаружила, что Кемпера там нет. Она уже подозревала, что так оно и будет, но все равно испугалась больше прежнего.

Старик Монти, который к тому времени тоже успел выехать на крыльцо, разрешил девушке поискать своего друга. И вот теперь она бродила вокруг этого проклятого дома, выкрикивая имя Кемпера.

— Может быть, он направился обратно, на старую фабрику Кроуфорда? — предположил старик, который неотступно следовал за Эрин, по-прежнему держа на коленях свою собачонку.

Эрин покачала головой, но в этом движении было больше отчаянья, чем уверенности в том, что Монти неправ. Если Кемпер так пошутил или если — хуже того — ему просто надоело ждать и он пошел обратно к фургону, то парень может забыть и о свадьбе, о и ребенке. Она даже смотреть на этого идиота больше не будет.

Ветер развевал ее длинные волосы. Эрин остановилась, чтобы заправить их зауши, а заодно и немного собраться с мыслями. Может быть, старик все-таки прав. Вдруг, Кемпер действительно ушел? Да и ей пора бы уже возвращаться, ведь шериф уже, наверняка, на фабрике.

— Кемпер! Черт бы его побрал! — выругалась раздосадованная Эрин.

Даже не попрощавшись со Стариком Монти, она принялась спускаться вниз по заросшему травой склону, пока не добралась до тропки, ведущей обратно на заброшенную фабрику, где ее с нетерпением дожидались друзья.

Эрин не заметила движения в одном из окон дома Хьюитта. Кто-то смотрел сквозь портьеры, кто-то следил за ней. Тяжелая ткань была отодвинута, и в щель можно было разглядеть два совершенно безумных глаза, которые с жадностью вглядывались в черты ее красивого, молодого лица.

Тем временем шериф достал из багажника своего автомобиля рулон клейкой ленты и принялся, вместе с двумя парнями, за не самую приятную работу — им нужно было вынуть мертвую девушку из фургона.

Пеппер даже смотреть на это была не в состоянии. Как страшно и странно видеть своих друзей, в гробовом молчании вытаскивающих из машины труп. Но имелся и еще один свидетель этой сцены, никем, даже шерифом не замеченный, но видевший все, что происходило за пробитым пулей и испачканным кровью стеклом. Это был Иедидиа.

Осторожно, затаившись, стараясь не привлечь к себе внимания, Иедидиа следил, как трое мужчин поднимают девушку с заднего сиденья и аккуратно выносят ее из машины. Мальчик не мог отвести взгляд от трупа.

Эрин быстро шла, почти бежала по заросшей травой тропинке.

До вечера оставалось еще несколько часов, но солнце уже начало опускаться к горизонту, а предметы — отбрасывать длинные тени. Казалось, что скелеты мертвых деревьев склонились над тропой еще ниже, чем в прошлый раз, когда Эрин шла здесь вместе с Кемпером.

— Кемпер! — крикнула она. Девушка выкрикивала его имя все то время, пока шла через лес от фермы.

— Кемпер! — еще одна попытка. И тут у себя за спиной она услышала шум, напоминающий хруст ветки под чьей-то ногой. Эрин остановилась.

— Кемпер! Это ты?

Тишина.

Сердце билось как сумасшедшее. Девушка оглянулась назад и постаралась что-нибудь разглядеть в гуще деревьев и кустов. Она смотрела по сторонам, вглядываясь в каждое растение, в каждый листик, в каждую травинку.

Ничего.

Эрин бросилась прочь и весь остаток пути до старой фабрики пробежала бегом.

Когда Энди увидел в руках шерифа клейкую ленту, то решил, что Хойт хочет опечатать фургон или оцепить место происшествия. Он не ожидал, что шериф попросит его и Моргана помочь ему спустить девушку на пол, а потом завернуть ее в липкую ленту, словно какое-то огромное насекомое в кокон. Но именно об этом полицейский их и попросил.

Шериф нашел конец ленты и приклеил его к ногам трупа, после чего стал обматывать тело лентой — снова и снова, пока то не оказалось хорошенько спрятано в липкую упаковку.

Хойт попросил юношей помочь ему — они должны были поднимать ноги трупа, придерживать его за спину и за голову. Наконец, тело стало похоже на целлофановую мумию. Упаковано оно было великолепно: из-под липкой ленты умудрилось выползти всего несколько капелек крови.

Когда все было сделано, шериф попросил помочь ему перенести труп на заднее сиденье полицейской машины.

Хойт придерживал дверь, а двое перепуганных парней старались засунуть труп внутрь. Это было непросто, так как труп уже окоченел.

— Как-то это неправильно! — сказала Пеппер, не в силах поверить собственным глазам: ее друзья возились с завернутым в целлофан трупом, как… как с мешком мяса.

Господи!

Пеппер отогнала от себя эту мысль. Просто безумие какое-то. Кажется, от ужасов сегодняшнего дня у нее уже потихоньку поехала крыша.

— Юная леди, — ответил на это шериф. — Я с большим уважением отношусь к мертвым. Но если я немедленно не увезу отсюда эту девушку, то скоро она просто сгниет.

Энди заметил, что Пеппер намеревается что-то ответить, и перебил ее:

— Спасибо вам огромное, шериф. Правда, мы вам очень благодарны.

Затем он повернулся к Пеппер и сделал ей знак замолчать. Скоро всё закончится. Всё уже почти сделано. Зачем злить шерифа?

Наконец с помощью Хойта Энди и Моргану удалось пристроить мертвое тело на заднем сиденье, где оно и осталось лежать, продолжая вонять и кровоточить.

Шериф потер верхнюю губу.

— Я хотел бы дождаться ваших друзей, — сказал он. — Но если я буду медлить…

Шериф кивнул в сторону трупа и захлопнул дверь машины.

— Мы понимаем, — ответил Морган. — Я уверен, что они скоро вернутся.

— Я тоже так думаю, — сказал шериф, направляясь к водительской двери. — Старик Монти не из тех, с кем приятно поболтать за чашечкой кофе.

Он задумался на секунду и добавил:

— Вы уверены, что знаете, как отсюда выбраться?

— Абсолютно, — улыбнулся Морган. — Еще раз спасибо, шериф.

Хойт задержал свой взгляд на Моргане, который продолжал улыбаться, — парню очень хотелось, чтобы шериф поскорее отсюда убрался. Наконец шериф снял шляпу и забрался в машину, завел мотор, развернулся и поехал обратно по дороге, ведущей к шоссе.

Когда полицейская машина скрылась из виду, Морган перевел взгляд на свои руки: чего бы он сейчас не отдал за кусок мыла и немного горячей воды!

Последуем теперь за металлическую раздвижную дверь, минуем маленькую квадратную комнату, освещенную тусклым зеленым светом, откроем еще одну дверь, спустимся вниз по узкой, деревянной лестнице — и мы окажемся в подвале.

Кемпер открыл глаза.

И тут же пожалел об этом.

Подвал оказался настоящей комнатой ужасов. Куда бы Кемпер ни посмотрел, везде ему на глаза попадались свидетельства того, что здесь хозяйничает какой-то кровавый безумец.

Полки, забитые инструментами; испачканными кровью ножами; банками (там были целые ряды стеклянных банок, наполненных Бог знает чем); блоки; куски сломанных костей, связанные вместе кусочками лошадиной кожи; цепи; ботинки; старое, изрезанное колесо, свисающее на веревке с потолка; крюки; веревки; черепа; деревянные палки; сломанная мебель.

По потолку и по стенам извивались трубы, прекрасно вписываясь в общий колорит этого чудовищного, почти фантастического места. На полу, перед блестящим, богато украшенным железным котлом стояла ванна.

Тут были силки для животных, сельскохозяйственные орудия, бутылки, чемоданы, полки, и снова полки и корзины, наполненные какой-то зловонной жижей. Сломанное пианино. Куча мусора.

А еще — топор для разделки туш.

Пол на целых два дюйма был залит черной, отвратительной водой, грязью и еще какой-то дрянью. Совершенно очевидно, что в этом месте регулярно творились какие-то мерзости.

В подвале было темно. Светил слабым желтоватым светом раскаленный котел, и из какой-то дыры в одной из стен пробивался пучок солнечных лучей.

В подвале имелось несколько керосиновых ламп, но ни одна из них не была зажжена. Кемпер лежал, смотрел на щель, сквозь которую проникал дневной свет, и думал, что еще совсем недавно он был свободен, мог наслаждаться жизнью, светом, природой и совершенно не ценил этого, так как жизнь досталась ему даром.

Кемпер задыхался от стоявшего в подвале смрада. С этим запахом ничто не могло сравниться. Ничто — даже вонь на скотобойне, мимо которой сегодня утром они проехали.