— А почему Аня дублировала каждое действие?
Я пожал плечами и поставил рядом с его креслом угольно-черный кейс:
— С недавних пор меня начала терзать паранойя. Я пошел ей навстречу и с помощью Элизабет Форд приобрел два полных комплекта спецсредств. Этот — вам. На всякий случай.
— Толковый подарок! — без тени улыбки заключил Алексей Алексеевич, поблагодарил за заботу и признался, что паранойя не оставляет в покое и его: — Вокруг моего бизнеса тоже начались какие-то нездоровые шевеления. А про их первые результаты — наезд на букмекерскую контору, в которой мы с вами делали ставки — бесит до невозможности!
Я невольно подобрался и задал напрашивающийся вопрос:
— Государство?
Горин утвердительно кивнул. После чего изрядно удивил:
— Выигрыши мы, конечно же, получим. По первому требованию. Но я практически уверен, что столь высокие заработки «на пустом месте» кому-то не дают покоя, и что дальше будет только хуже. Поэтому решил выяснить, что у вас с налогами, чтобы, в случае необходимости, предложить помощь своих юристов.
— С этой стороны к нам не подкопаться! — уверенно заявила Голикова. — Мы платим абсолютно всё и делаем это вовремя.
В этот момент Лера перетащила на стол две последние полулитровые кружки с чаем, а Аня торжественно открыла крышку пищевого контейнера с пирогами. Нам сразу же стало не до проблем, поэтому следующие минут сорок мы получали гастрономическое удовольствие и не портили его разговорами о нарисовавшихся проблемах. Зато потом, перебравшись в гостиную, вернулись к прерванному разговору.
В этот раз беседу начал я. Сначала рассказал Горину о лже-журналистах, вручил ему флешку, полученную от Куклы, и предупредил, что Аня попробует идентифицировать эту парочку по своим каналам. А сразу после того, как он высказал все, что думает, о заказчиках начавшихся телодвижений, показал фотографии нашей виллы.
Реакция Алексея Алексеевича не разочаровала:
— Подарок великолепен. С одной стороны, более чем адекватно воздает за спасение «балласта», с другой убивает на корню любые планы Вяземского воспользоваться этим моральным долгом в своих интересах и, в-третьих, дарит вам возможность в случае чего свалить из России.
Я усмехнулся и сходил за «подарочным комплектом» из коммерческих предложений для ССО и документов для получения виз.
Ознакомившись с бумагами, «партнер» задумчиво хмыкнул:
— Толково выкупают, однако! Но есть нюансы. Скажем, будь я на месте Татьяны и Валерии, согласился бы на это предложение, не глядя. А тебе и Ане лучше повременить, даже если Вяземский пообещает прикрытие экстракласса — с двадцать первого года в России запрещено иметь второе гражданство госслужащим, военнослужащим и гражданам, у которых есть доступ к гостайне.
— Ну да, вручать ему удочку и демонстративно заглатывать крючок несколько нерационально! — согласился я, собрался с мыслями и озвучил еще одну новость: — Что самое грустное, подобных «рыбаков» хватает и в Штатах — в четверг утром к нам на виллу приехал очень интересный гость. Вроде как познакомиться…
…Горин, загруженный последними новостями, уехал домой в третьем часу ночи, а мы разобрали вещи, наскоро ополоснулись, затарились соками, завалились на мою кровать и продолжили обсуждение. А что еще оставалось делать, если практически весь перелет мы благополучно продрыхли, спать не хотелось от слова «совсем», а ряд серьезных вопросов в присутствии Алексея Алексеевича вообще не поднимался?
Основную работу по анализу наиболее вероятных действий одного или нескольких условных врагов, действующих независимо друг от друга, мы сделали еще на «даче», поэтому открыли соответствующие файлы, добавили к аналитическим моделям новые переменные и включили фантазию. При этом не отметали даже самые безумные идеи. А когда полностью исчерпали себя и проглядели результаты мозгового штурма, пришли к выводу, что почти во всех расписанных вариантах имеются хоть какие-то возможности для маневра.
Мне, Голиковой и Рыжовой слегка полегчало. А Росянка, читавшая и перечитывавшая одну и ту же страничку, расстроилась еще сильнее:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Если против нас играет Вяземский и в его планах есть провокации, с помощью которых тебя можно будет заляпать грязью и посадить на крючок, то меня под каким-нибудь «очень серьезным предлогом» отзовут на базу.
— Тут даже придумывать ничего не придется! — поддакнула Танька. — Ты уже целую вечность занимаешься одной физухой, что не лезет ни в какие ворота.
— Наиболее вероятной заменой будет Мадонна. Баба она правильная, ни за что не подставит, так что можете ей доверять… — пропустив мимо ушей комментарий Голиковой, вздохнула она и, чуточку поколебавшись, добавила еще несколько очень интересных предложений: — И дело не только в характере. В конце декабря ее восьмилетнюю племяшку сбил какой-то урод. Прямо на пешеходном переходе. Накоплений Мадонны и того, что собрали «Яровиты», хватило только на серию сложнейших операций, которые поставили девочку на ноги. А пластику оплатила я, передав кредитку с нужной суммой через Афину. Но для того, чтобы не светить нынешнее материальное положение, заявила, что большую часть средств дали вы. В общем, когда Людка начнет вас благодарить, не удивляйтесь.
— Помогло? — хмуро спросил я.
Росянка кивнула:
— Период восстановления продлится еще месяца четыре, но результат, вроде бы, отличный.
— Замечательно. Мы в доле. Причем по-настоящему.
— Денис…
— Не спорь! Ты ведь понимаешь, что я все равно выясню, в какую сумму обошлась пластика, и перечислю тебе три наши доли?
Напарница поиграла желваками и сдалась:
— Сто тридцать восемь с половиной тысячи евро…
В этот момент в нашу перепалку включилась Голикова — выяснила все технические вопросы, включила планшет, протянутый Леркой, влезла в банк-клиент и провела все три платежа. А потом повернулась к Аньке и довольно ухмыльнулась:
— Вот и все. А ты боялась…
— Я боялась не этого. Если меня отправят на базу, то там я изведусь от беспокойства!
— Ничего, большую часть дня тебя будут отвлекать ухажеры… — грустно улыбнулся я.
Росянка презрительно фыркнула:
— Ага, щаззз!!! Я пошлю их к этой самой матери сразу после прилета. А самым тупым вобью в голову три коротеньких слова «Я — женщина Чумы». Даже в разлуке.
— Серьезное заявление, однако! — восхитилась Лерка и пошутила. На мой взгляд, как-то уж очень жестко: — Может, уступить тебе Дениса на эту ночь, чтобы было, о чем вспоминать и чем хвастаться?
Как ни странно, моя напарница увидела в этой фразе второе дно. Вне всякого сомнения, приятное. Поэтому перебралась к Рыжовой, поцеловала ее в щечку, затем обняла и грустно улыбнулась:
— Приятных воспоминаний, связанных с вами, хватит до самой смерти, а хвастаться я не люблю. Впрочем, об этом предложении не забуду ни за что на свете. И, вполне возможно, когда-нибудь решусь им воспользоваться.
Горечи, которую она вложила в слово «решусь», оказалось так много, что проснулась «Система». И, «добив» процентов до девяноста не зеленую, а алую сферу, разбудила мою фантазию, заставив представить сразу несколько вариантов того прошлого, которое до сих пор травило душу этой девушки.
Картинки, возникающие перед внутренним взором, были настолько реальными, что меня начало подташнивать. Слава богу, в этот момент свое мнение высказала Танька и помогла мне вернуться в реальность:
— Ань, в данный момент Вяземскому не выгодно вступать с нами в открытый конфликт, поэтому страдать о неминуемой разлуке бессмысленно. Тем не менее, если сыграет именно этот вариант будущего, и генерал решит тебя кем-нибудь заменить, то ты изобразишь радость, вернешься на базу и будешь связываться с нами через личку моего блога.
— Как гласит закон Мерфи, «если что-то может пойти не так, оно пойдет не так… — мрачно пошутила Росянка и… попала в точку. Впрочем, в тот момент мы об этом еще не догадывались. Поэтому, закончив обсуждать 'нереальный вариант будущего» с ее заменой, переключились на финансовые вопросы. А минут через сорок пять, основательно одурев от планирования, нашли в Интернете свежий боевичок и на протяжении двух с половиной часов сопереживали невезучему дрифтеру, волею судьбы попавшему в жернова разборок Токийской якудзы и группы американских спецагентов.
