— Нет, Вик! Я сделал так, что ты остался самим собой, таким же, как раньше. Почему я сделал это? Во Вселенной я знаю только один вид разумных существ, способных сознательно пожертвовать своей жизнью ради спасения других — это мои создатели. Теперь я знаю, что таких видов два. Я долго пытался понять, что случилось с моими хозяевами, и пришёл к выводу, что в определённый момент они пожертвовали собой ради спасения нашей галактики. Они пожертвовали собой, чтобы жил ты, Вик, и чтобы жили триллионы разумных видов во всём обитаемом космосе. Возможно, когда-то и перед людьми встанет подобный выбор. А теперь прощай, Вик! Путь в мой сектор теперь закрыт для всех и исключений больше не будет.
— Страж, постой! А почему я не сгорел?
— Я просто включил охлаждение двигателя. Прощай, Вик!
Через секунду шар исчез. Шуршала вода за бортом, а я долго думал, почему Страж ещё раз подарил мне жизнь. Затем в душе взметнулась тревога: Алина, как ты там? Тебе ведь нельзя волноваться? Я представил, как она два часа назад вскрыла конверт и прочитала:
— Алина, любимая, я не смог жить без тебя. Вспомни о Страже, и ты всё поймёшь, только мой путь не пытайся повторить. Я запрещаю тебе это делать ради нашего сына! Я хочу, чтобы наш сын вырос смелым, сильным и добрым, честным и способным постоять за себя.
Навсегда твой, Вик.
Я посмотрел на коммутатор и стал быстро набирать номер Алины.
Сергей Криворотов
Полёт ещё возможен
3-е место в номинации «Через тернии к звёздам»
Ветер, непрошеным гостем врываясь в распахнутое окно, бесцеремонно трепал старые занавески и метался в полумраке комнаты. Запахи степной травы смешивались с горячим дыханием близкого космодрома. Старик, полулёжа в кресле у окна, жадно смотрел сквозь ночь на далёкий блеск стартующих ракет, которые взмывали вверх с небольшими интервалами. Величественное зрелище на фоне настоящей космической симфонии с аккордами от грохота двигателей, доносившимися с некоторым опозданием. Багровые отсветы на стенах комнаты отплясывали дикарский разухабистый танец, и их буйное веселье передавалось старику.
А тот, не отрываясь, смотрел на взлетающие огненные стрелы и испытывал смешанные чувства. Грусть от сознания, что никогда уже не взлететь ему в чёрную бездну неба, но и радость за тех, других — юных, смелых и энергичных. По сравнению с тем, что происходит сегодня, в его время мало кто предполагал такой подъём космонавтики. Человечество делало лишь робкие неуверенные шаги в космос…
Стоп. Внезапно старик ощутил непонятное беспокойство, что-то было не так. Ну да, ракетные двигатели давно не используются, а для старта с поверхности применяются более продвинутые технологии. Да и что это за показушный фейерверк в виде ракетного марафона, да ещё и с одной и той же площадки? Старик не на шутку заволновался, потому что происходящего просто не могло быть!..
– Пульс участился, давление поднимается, слабые подёргивания скелетной мускулатуры… С ракетами вы переборщили, не забывайте: он профессионал, с ним такое не пройдёт. Строже придерживайтесь реальности, в конце концов! Исправляйте и срочно переключайте на воспоминания…
Старик по-прежнему не отрывал взгляда от далёкого космодрома, над которым, перечёркивая наискосок чёрное небо, возносилась серебристая стрела ракетоплана. На высоте нескольких десятков километров отстыкуется орбитальный модуль и включится ракетный двигатель, который доставит модуль на нужную орбиту. Но старику виделось уже совсем другое… Вот он сам в новеньком космическом скафандре на фоне корабля-колосса, собранного в Приземелье… Время неумолимо, поэтому ему на смену пришли десятки и сотни других, а вскоре последуют и тысячи. И всё это не противоречит диалектике, которую никто не отменял, несмотря на изменения в стране. А диалектику-то он знал очень хорошо и был с ней на «ты». Студенчество… личный опыт… количество и качество… бытие и сознание… Да и вся жизнь прожита согласно всё тем же законам диалектики… Всё развивается по спирали… Ему посчастливилось участвовать в экспедиции ООН на Марс. Это было грандиозное общечеловеческое мероприятие. Три корабля с экипажами и автоматическая межпланетная станция с грузовым кораблём сопровождения…
– Вот уже нормально. Так и держите…
Старик почувствовал гордость. Да, другие могли ему позавидовать. Свершённого им хватило бы на троих! Нет, всё было не зря. Но вот теперь сидеть под опекой в четырёх стенах и беспомощно наблюдать за происходящим! Это просто невыносимо! Он не на шутку рассердился. Вот что значит старость — становишься таким раздражительным, даже собственные мысли уже выводят из себя. А раньше бывало… Ничто и никто не могло заставить его утратить контроль над собой и своими эмоциями. Например, во время того полёта на борту «Юрия Гагарина» он и учёный из Оксфорда часто спорили над доской с магнитными шахматами в часы отдыха. Космонавт Евросоюза был хороший парень, но слишком упёртый и пессимистичный. Он не верил даже в то, что сотрудничество в космосе под эгидой ООН придаст толчок развитию земных технологий. Может быть, его фамилия Дарк — по-русски «тёмный» или «мрачный» — и предопределяла его взгляды.
Как часто бывает у людей его возраста, старик весь ушёл в воспоминания, начисто забыв о недавних сомнениях по поводу виденного. Окружающее перестало для него существовать. Он по-прежнему смотрел в открытое окно, но не видел больше ни стартующих ракетопланов, ни космодрома. На какое-то время он ощутил себя опять молодым космонавтом Петром Буровым, спорящим с микробиологом Джонатаном Дарком.
— Все эти исследования, включая нашу экспедицию, ценны только с познавательной стороны, — говорил англичанин, переставляя фигуру на шахматной доске. — Какая от них реальная отдача, по большому счёту? У человечества нет перспектив. Наша планетка в любой момент может полететь в тартарары. Не исключены угроза войны, столкновение с метеоритом, истощение ресурсов, загрязнение среды и даже смертельная пандемия. Да мало ли что такого, о чём мы ещё и понятия не имеем!
— А для чего нам дан разум? Я думаю, человечество найдёт выход, преодолеет эти проблемы и расселится среди звёзд, — запальчиво возражал Пётр…
— Да ему просто не хватит времени. Пусть даже войны, метеорита и прочего не будет, но ведь жизнь каждой популяции изначально ограничена…
— Если ты имеешь в виду человечество, то этого никак нельзя утверждать. То, что мы до сих пор не нашли следов инопланетного разума, ничего не доказывает. Мы не знаем о сроках жизни таких цивилизаций, как наша.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
