Читаем без скачивания Демонстрация силы - Михаил Нестеров

Водолаз почувствовал усталость, резкую боль в плечах… а до цели не больше двухсот метров. Именно близость острова, окончание этой чертовски сложной работы, проходившей под американскими военными кораблями, налило тело Фини свинцом. Но он переборол себя, сравнил свою утомленную плоть, заключенную в черный неопрен, с ящиком, некогда находившимся в такой же тяжелой упаковке.

Еще немного. Наверху его ждут премиальные за ювелирную работу. А что, нет?

Вот и берег. Подводная ноздреватая скала, похожая на заплесневелый треугольник сыра. Пятнадцатиметровый обрыв. Фини слабеющими руками в последний раз открыл вентиль на газовом баллоне. Минута – и плот подставил свои оранжевые бока под лунное сияние.

Ассистентом Фини был его «крестный отец» Лахман; это он заинтересовался анкетой француза, подыскивающего сезонную работу. Сегодня они прибыли на остров на катере с низким бортом. К подъему груза все было готово. С берега на катер была переброшена широкая доска; пока водолаз буксировал «РА-115», Лахман смазал сходню маслом.

– Погоди, отдышусь! – Это были первые слова Фини, сорвавшего с себя резиновый шлем. Он дышал тяжело и часто, обратив счастливое лицо к звездам. И шутливо сетовал на своего нерадивого помощника: разве так встречают водолаза после долгой и изнурительной работы?.. Был бы на месте этого Лахмана человек сведущий, он бы тотчас сунул в рот уставшему товарищу прикуренную сигарету. А лучше – трубку. Глотнуть вначале чистого воздуха, а потом затянуться горьким дымом самого крепкого табака.

Один! – упивался счастьем Фини. Он один выполнил эту работу. И как ему не хватало под многометровой толщей воды напарника…

Лахман поторопил Пьера, постучав по наручным часам.

Пятидесятилетний француз кивнул и начал разоблачаться. Освободил себя от десятикилограммового дыхательного аппарата, снял гидрокостюм. Отнес снаряжение в лодку. Вернулся к Лахману, поплевал на руки и взялся за стропу. Вдвоем с напарником они подтянули груз и вытащили его на берег. Взялись с обеих сторон за деревянные перекладины и поднесли к сходне.

– Раз, два… – тихо отсчитывал араб, – три!

– Опа! – подхватил Фини, подталкивая груз по доске и следуя за ним. Ящик буквально скользнул на борт. А Пьер оказался в воде по горло. Он выбрался на берег и оглянулся: ничего ли не забыли? Вроде бы нет. Его взгляд простерся дальше, до опознавательных огней военных судов.

Лахман снова поторопил его. Он пододвинул ящик на середину палубы и стал за штурвал. Фини запрыгнул в лодку и вскрикнул от боли. Глянув вниз – рассмотреть, обо что он ударился ногой, – он увидел камень.

Его глаза встретились с глазами Лахмана. В одних стоял вопрос, в других – ответ.

– Это для тебя, – ответил араб. Он неторопливым движением вынул из-за пояса «беретту» и выстрелил во француза. Глядя на умирающего Фини, Лахман усмехнулся: – Спасибо, что сам погрузился в катер.

Он заглушил мотор в полумиле от острова, где глубина достигала двухсот метров. Привязав к ногам водолаза камень, перевалил его через борт. Тело Пьера Фини быстро опустилось на дно Красного моря.

Глава 6

Шипы и розы

Абрамов чертыхнулся, когда узнал, что разрабатываемая Сергеем Волковым группа молодых людей во главе с Евгением Блинковым вылетела на очередной отдых. Этот вопрос, как оказалось, он отпустил на тормозах. «Как же мне не повезло», – бормотал под нос разведчик, срочно налаживая телефонную связь с Волковым, уже находящимся в Египте. Слава богу, связь стандарта GSM работала безукоризненно.

– Привет, – поздоровался Абрамов с чекистом, не ожидавшим звонка. Но сориентировался Волков быстро, ибо думал сейчас в одной плоскости.

– Вспомнил, да? – с надеждой спросил он, поздоровавшись, и запоздало поинтересовался, где находится абонент.

– Вспомнил. Я на Лубянской площади, к тебе в гости заходил. Я обалдел, когда мне сказали, что ты в очередном отпуске. Больше того: ты на пути в Шарм-эль-Шейх! Что, действительно так?

– На пути, на пути, – непринужденно соврал Волков. В данное время он находился в районе Синайского автовокзала и прокладывал путь к автобусу локтями: до отправления оставалось меньше десяти минут. За ним шли четыре оперативника, которых Волков взял в долю, поскольку одному с тяжелой работой было не справиться. – Я работаю в контакте с туристической полицией, – продолжал дезинформировать Волков, напрягая голосовые связки.

– Это полицейские орут вокруг тебя?

– Они, проклятые!

– А взрослые, казалось бы, люди.

– Египтяне. Через их отделение на железнодорожном вокзале выбили билеты. Так что пилить до Шарм-эль-Шейха придется девять часов.

– Не позавидуешь тебе.

– Да уж… Здесь температура двадцать пять, а там – за тридцать, – сообщил Волков, думая совсем о другом, о настоящем базаре, куда он попал несколько часов назад. Действуй он официально, получил бы четкое взаимодействие с властями страны и, естественно, помощь со стороны российского консульства и местного отделения Интерпола. Прикинул, что в Ираке сейчас спокойней. – Так что у тебя нового, Саша? Подтвердилась моя информация об июньских гастролях моих клиентов?

– Могу сообщить тебе об этом только на месте. Я встречу тебя в Шарм-эль-Шейхе.

– Где?!

– В «Очарованном шейхе». Мне, в отличие от тебя, пилить всего три с половиной часа. Все, отбой.

Абрамов действовал строго по плану. Накладка с группой Блинкова, убывшей на относительно легкий отдых, не повиляла на ход операции, даже добавила оборотов, внесла свои неповторимые нюансы. Капитан набрал на сотовой трубке номер турагентства, запоминающийся с ходу, и спросил, есть ли чартерный рейс до Шарм-эль-Шейха, – женский голос ответил ему, что через три дня будет возможность вылететь. И в Каир – пожалуйста. Но только через те же три дня.

Путь Абрамова лежал как раз через Большую Дмитровку. Он подъехал к турагентству, на ходу поставил машину на автосигнализацию, предложил миловидной девушке в приемной срочно проводить его к директору.

Оперативно ознакомившись с напором военного разведчика и его удостоверением, импозантный начальник бюро лет тридцати по имени Виталий Сергеевич спросил:

– А вы успеете за полтора часа добраться до «Внукова»?

– В этом месте я должен спросить: «А что?»

– А там как раз стоят два чартера – один авиакомпании «Египт Эйр», – в тон разведчику пояснил директор, – он садится в новом аэропорту Каира, но оттуда придется добираться пятьсот километров до Шарм-эль-Шейха. Второй – наш… Вам побыстрее или побезопаснее? – пошутил он.

– Мне бы побыстрее, – ответил Абрамов, который лишь в крайних случаях давил на начальство и все дела привык решать самостоятельно и с поразительной скоростью. Сейчас он стремительно высчитывал задачу с «плавающей точкой»: если его самолет вылетит через пару часов и проведет в полете до «царского залива» четыре, то он опередит группу Волкова часа на два, а то и на три. Большего и не требовалось.

– Я позвоню в аэропорт, – предупредил директор турбюро. – Но, думаю, проблем у вас не возникнет даже на таможне, – законно предположил он.

– Это точно. Спасибо на слове.

– Я не знаю, какие документы вы предъявите пограничникам. Визу вам выдадут в аэропорте по прибытии. В банке, который находится там же, вам нужно будет купить проштемпелеванную визовую марку за пятнадцать долларов, вклеить ее в паспорт, остальное сделают пограничники.

– Но я не прощаюсь, – сказал Абрамов, выслушав инструкции. – У меня к вам пара вопросов, Виталий Сергеевич, и вы можете сэкономить мне кучу времени. Три дня назад в Египет вылетела группа туристов. Они не раз пользовались услугами вашего агентства. Старшего группы или самого делового – это на ваше усмотрение – зовут Евгением Блинковым. Мне нужно знать, в каком именно отеле остановились аквалангисты.

– Вообще-то…

– Вообще-то я могу позвонить прямо из вашего кабинета. В котором, мне кажется, душновато. Понаедут заправщики и дозаправщики кислородом, вам это надо?

Директор повернулся в кресле и пощелкал по клавиатуре, выводя на экран монитора нужную информацию. Еще один щелчок, и лазерный принтер выдал распечатку.

Ее офицер военно-морской разведки читал на ходу. Пробежав глазами знакомые имена и фамилии молодых людей, он заострил внимание на следующем: группа Блинкова остановилась в гостинице Hyatt Regency, как раз при въезде в курортный район Ньяма-Бей.

Помощник Абрамова привез в аэропорт деньги и вернулся в столицу на его «Форде». Заняв место в салоне «Ту-154», Александр Михайлович первым делом перевел часы на час назад.

«Бедуинский ручей» встречал Абрамова небывалой жарой. Больше тридцати, определил капитан, спускаясь по трапу и снимая пиджак. Хотя бортпроводница перед посадкой сообщила, что температура двадцать шесть градусов.