Читаем без скачивания Агент Тартара - Борис Иванов

Все горы распечаток, заполнивших тесноватый офис Кима, не давали ни малейшего намека на то, каков может быть ответ на этот вопрос. Лорд Иерихонский косо посматривал на них и временами замечал Киму: «Хламец убир-р-рать! Убир-р-рать!» Но Киму было не до того.

Ощущение бега наперегонки с локомотивом не оставляло его.

Через пару недель такой жизни Ким отправился на личную встречу с диковинным клиентом, назначив ее в ресторанчике университетского кампуса. Не бог весть какая конспирация, но все ж таки... Насчет конспирации у Кима были свои соображения: тот поток информации, что шел сейчас на адрес рядового абонента Сети, просто не мог остаться незамеченным. И если кто-то разыскивал Гильде по этому признаку, то Клаус уже давно был под соответствующим колпаком. А вместе с ним и он — Ким Яснов, агент на контракте.

Ким ожидал увидеть перед собой изможденного неврастеника, только и помышляющего поскорее вернуться назад — к нейротерминалу Сети. Но Клаус Гильде, усевшийся за столик напротив него, был тем же самым Клаусом Гильде, которого так успешно опознал Джерико полмесяца назад.

— Рад видеть вас живым и здоровым, — приветствовал Клаус своего детектива.

— А у вас были на этот счет опасения? — осведомился Ким. — Кстати, что заказать вам? Пиццу?

— Нет, только кофе. Что до опасений, то я вам их уже высказал в прошлый раз. Если за это время вы еще ничего не заметили, то это вовсе не означает, что с нами обоими так ничего и не произойдет. Не с такими людьми мы связались. Не расслабляйтесь, агент. Да, впрочем, вы и не выглядите расслабленным. Скорее усталым немного. Я, кажется, доставляю вам большие хлопоты...

Он помолчал немного, наблюдая за приближающимся к ним сервировочным автоматом, на подносе которого дымилась пара чашечек с кофе. Потом как-то отрешенно бросил:

— Знаете, если вам покажется совершенно бестолковым... бесперспективным это мое поручение, то... Не бойтесь выйти из игры — не тратьте свое время. И не беспокойтесь о задатке и о тех расходах, которые...

— Я фактически не потратил еще ни пенса, — пожал плечами Ким, — И о перспективности дела рано еще судить. Что до усталого вида — это есть... И верно, это вы меня обеспечили головной болью... Я... Я, собственно, и хотел увидеть вас, чтобы оценить ваше физическое состояние после такой работенки, что вы проделали... Скажите, как вам это удается... Вы... Вам действительно удается понять всю ту кучу галиматьи, которую вы прокачиваете сквозь свой мозг?

Лицо Гильде на мгновение словно погасло. Он как-то ушел в себя. Потом пробарабанил пальцами по столу уже знакомую Киму угрюмую мелодию.

— Понимаете, агент... В то время, когда я сижу с нейротерминалом на башке, мне и не приходит в голову, что я делаю что-то необычное. Для меня вполне ясны все эти формулы, схемы, выкладки... Если я чего-то не понимаю, я делаю запрос, читаю ответ и начинаю понимать нечто новое для меня — вот и все... А когда отключаюсь от Сети, я просто перестаю думать об этом...

Он опять отбил кончиками пальцев по столику замысловатую мелодию. Недовольно поморщился, словно поймал себя на каком-то противоречии.

— По крайней мере, я перестаю думать об этом сознательно. А вот в подсознании... Там идет какая-то работа. Я каждый раз осознаю это, когда снова подключаюсь к Сети... Вам, наверное, знакома такая штука: какая-то задача совершенно непонятна для вас, кажется бестолково сформулированной... Вообще не укладывается в сознании... А потом — сутки-другие спустя — вы снова с тяжким вздохом беретесь за нее и — хлоп и готово! Оказывается, вы все это время думали о ней, ворочали в башке с боку на бок, подгоняли свои мозги под нее...

— Известный психологический феномен, — согласился Ким.

Мысль о психологии заставила его задуматься о психологах. Но он не стал отвлекаться.

— Так, значит, вы не ощущаете ничего необычного и вам не кажется, что вся эта масса информации, которую вы проглатываете, остается непереваренной? Мне очень трудно проверить это...

— Вам остается верить мне на слово, агент.

— В таком случае...

На мгновение Ким запнулся, затруднившись сформулировать элементарно простой вопрос. Ему казалось, что ответить на него Клаус должен был, не дожидаясь, пока он, агент на контракте, задаст его.

— В чем причина? Зачем вы делаете все это? Что вы ищете по всему Обитаемому Космосу? Почему вы ни словом не обмолвились со мной об этом?

И снова лампочка, подсвечивающая изнутри добродушное на первый взгляд лицо Клауса Гильде, погасла. Он глядел на Кима абсолютно пустыми глазами. Впервые с далеких детских лет — с тех пор, как как-то раз на заброшенном чердаке он заглянул в глаза Тьме, — Ким ощутил беспричинный, иррациональный страх.

Но, конечно, он подавил в себе это глупое чувство.

— Знаете...

Теперь уже Гильде не мог подобрать слов для того, чтобы выразить что-то очень простое, совершенно ясное ему, но для других...

— Знаете, агент... С вами не бывало такого, что во сне... Точнее, на грани сна и бодрствования... Вам является какая-то мысль... Мысль, которая кажется сверхценной. Гениальной. Вы прекрасно понимаете ее. Перекатываете на языке. Формулируете в прекрасном афоризме. И успокоенным засыпаете. А проснувшись — теряете ее напрочь.

Ну, как будто там — на грани — вы были богом. Всемогущим и всезнающим. А вернувшись в будни, сохранили лишь эхо... Тень того великого знания. И самое страшное состоит в том, что вы понимаете, что не можете даже сформулировать то, что осталось от этого знания в вашем земном мозгу... Потому что это чуждо всему тому, с чем тебе приходится иметь дело в этой жизни... Не знаю, поняли ли вы меня...

Ким помассировал виски:

— Давайте сформулируем это грубо... Примитивно... Вы просто не помните, с какой целью расходуете десятки тысяч баксов на э-э... какое-то странное самообразование. Ну — не можете объяснить. Так?

— Наверное, проще будет сказать, что именно так.

Гильде устало откинулся на спинку плетеного стула. Стало ясно, что понятым ему быть не суждено. В этот раз.

— Тогда...

Ким с отвращением посмотрел на чашечку с бурдой, которую в ресторанах Колонии Констанс именовали кофе. Подумал. Подумал еще раз. И снова взял быка за рога:

— Тогда я хочу предложить вам такой вариант... В общем, я предлагаю подключить к нашему расследованию еще одного человека... Специалиста.

— Бог мой, да кого угодно! — Гильде поморщился. — Главное, чтобы этот ваш специалист не узнал ничего лишнего. Что до расходов...

— Огорчу вас. Этот специалист может узнать все лишнее. Я говорю про психозондирование.

Наступила пауза.

— Это неприемлемо! — с неожиданной резкостью почти выкрикнул Гильде. И вдруг доверительно наклонился к Киму: — Вы думаете, что я жажду сохранить в тайне какой-то позор? Или, может, хочу разбогатеть на том своем секрете, которого сам не знаю? Хрена!!! — Лицо его дергалось.

Ким осторожно скосился на чашку. Нетронутая. И ведь — кофе. Не коньяк...

— Я не хочу путать в дело больше ни одного человека! — срывающимся шепотом продолжил Гильде. — Потому что за этим стоит Смерть! Мне достаточно того, что я подставил тебя, агент! Запомни: всех нас ждут смерть и забвение!

Ким молча смотрел сквозь побелевшее лицо собеседника. Он не знал, что ответить странному клиенту. Он не знал, прав ли он будет, настояв на своем. Стремное это было дело.

— Я гарантирую вам полную конфиденциальность, — наконец выдавил он из себя. — Если вам интересна моя точка зрения...

По всей видимости, Клаусу была все-таки интересна точка зрения собеседника. По крайней мере, так можно было расценить его молчание.

— Так вот, я считаю, что это может сильно сдвинуть дело с мертвой точки. Если вы в своем... э-э... обычном состоянии не можете сформулировать м-м... стоящую перед вами цель... Тогда под гипнозом... Может быть, ее будет способен сформулировать тот, кто в вас... Его сможет разговорить специалист. А специалист, которого я хотел привлечь... Я имею в виду профессора Кобольда, — уточнил Ким, — Альфреда Кобольда. Вероятно, вам попадалось это имя...

Собственно говоря, Альфред Иоганн Кобольд был единственным козырем Кима в этой игре. И вообще — единственным его «патроном» на Констансе. Так сложилось, что профессор Кобольд, проводивший на юрфаке Магаданского университета спецкурс психозондирования, и пригласил молодого и способного выпускника Кима Яснова попробовать свои силы в качестве стажера какого-нибудь агентства частных расследований на родной для него — дока Кобольда — планетке. И составил ему протекцию. Можно сказать, даже свел с не слишком удачливым Ником Стокманом. В Кобольде Ким был уверен, как в самом себе.

Как ни странно, на Гильде имя Кобольда произвело почти магическое впечатление. Должно быть, у него с ним связаны были какие-то свои воспоминания. Во всяком случае, выражение его лица слегка изменилось. Именно так, слегка, как меняется лицо человека, услышавшего что-то очень важное для себя, когда он не хочет, чтобы это заметил собеседник.