VI. Многие придворные и чиновники Дофина были убеждены, что союз Англии и Бургундии распадется, как только на трон взойдет истинный наследник. Люди, несомненно, увидят, что договор в Труа уже не является тем путем к миру и национальному единству, которым он казался раньше. Министры Дофина заявили Генеральным Штатам собравшимся в Сель-сюр-Шер в августе 1423 г., что для изгнания англичан из Франции, трех лет будет более чем достаточно[85]. Они не учитывали упорства англичан и стойкости их военной организации в Нормандии, а также молчаливой поддержки, которой они могли пользоваться в подконтрольных им регионах.
Стратегические возможности обеих сторон определялись географией. Луара обеспечивала Буржскому королевству практически непреодолимый рубеж от вторжения с севера. В эпоху позднего средневековья река была более полноводной и имела более быстрое течение, чем сейчас. До укрепления берегов она была подвержена внезапным наводнениям, которые быстро затапливали обширные территории по обоим берегам, создавая негостеприимный ландшафт, состоящий из чередующихся лесов, кустарников и болот. Бродов было мало. Все мосты были защищены укреплениями, за исключением Пон-де-Се к югу от Анжера, где череда укрепленных мостов с гарнизонами создавала дорогу через протоки между островками реки в одном из ее самых широких мест. За исключением Нанта, проезд через который зависел от переменчивых симпатий герцога Бретонского, все эти переправы контролировались сторонниками Дофина. Они могли беспрепятственно переправляться через реку, в то время как англичанам редко удавалось пробиться на южный берег. Генрих V в сентябре 1421 г. попытался переправиться через Луару вброд у Сен-Дье, но понес большие потери и был практически отрезан от своих баз. Кроме короткого и неудачного набега на Бурж в 1423 г., англичане не предпринимали новых попыток вплоть до провальной осады Орлеана в 1428–29 гг. При других обстоятельствах Гиень могла бы послужить им базой для нападения на Буржское королевство с тыла. Но англичане не располагали достаточными силами для того, чтобы вести масштабное наступление с юго-запада и одновременно защищать Нормандию и Париж[86].
Если смотреть со стороны Буржа, то здесь существовало три основных фронта боевых действий.
Северный фронт протянулся широким поясом от Ла-Манша до Шампани. В 1422 г. все крупные города этого региона признали власть ланкастерского правительства в Париже, за исключением Турне, изолированного анклава Буржского королевства на фландрском направлении. Сражения на северном фронте велись иррегулярными силами, которые захватывали небольшие населенные пункты и превращали их в базы для набегов на главные центры английской и бургундской администрации. Налетчики наносили удары внезапно, часто значительно удаляясь от своих баз, уводили скот и людей, наносили бессмысленные разрушения неукрепленным поселениям. Несмотря на нерегулярный и непоследовательный характер своих действий, они представляли серьезную угрозу для ланкастерского режима, так как подрывали его авторитет, нарушали способность взимать налоги и грозили перекрыть поступление грузов в столицу. В последние пятнадцать месяцев своей жизни Генрих V вплотную подошел к их ликвидации. Английские и бургундские войска установили контроль над всем течением Сены и Марны от Парижа до Шалона, тем самым отрезав северные области от любой помощи из дофинистских очагов на юге.
В конце 1422 г. верные Дофину отряды рутьеров все еще удерживали три крупные базы к северу от Сены и Марны: Ле-Кротуа в устье Соммы, Гиз в верхней долине Уазы и Витри-ан-Пертуа на Марне в восточной Шампани. Каждый из этих городов служил центром для группы гарнизонов-сателлитов. Несмотря на то, что гарнизоны были разбросаны на расстоянии около 200 миль, они могли координировать свои действия, сея хаос и разрушения по всему северному пограничью французского королевства Генриха VI.
Ле-Кротуа удерживал предприимчивый Жак д'Аркур, бывший бургундский капитан, который в 1421 г. рассорился с англичанами и перешел на сторону Дофина. Карл назначил его своим лейтенантом в долине Соммы и на северной границе Нормандии. Но вскоре деятельность Аркура была ограничена из-за размещения большого английского гарнизона в Сен-Валери на противоположном берегу устья Соммы, что приковало его отряды к своей базе и затруднило их снабжение. Однако Аркур по-прежнему был способен на впечатляющие рейды, такие как разграбление богатого города Домар, расположенного к востоку от Абвиля, в марте 1423 г., которое навело ужас на большую часть западной Пикардии.
1. Северные гарнизоны дофинистов, 1422–1428 гг.
В Гизе находилась штаб-квартира гасконского капитана Жана Потона де Сентрая, бывшего лейтенанта графа Арманьяка, пришедшего с ним на север в 1416 г. и сделавшего город своей базой в 1418 г. после падения арманьякского режима в Париже. Сентрай был одним из самых эффективных партизанских командиров эпохи. В Гизе он контролировал крупнейший дофинистский гарнизон на севере Франции, состоявший, помимо его собственного отряда численностью около 300 человек, из нескольких вольных компаний.
Далее на восток, в северной Шампани, скопление замков занимал другой выдающийся гасконский капитан, Этьен де Виньоль, более известный как Ла Ир, который был побратимом Потона де Сентрая. Впервые Ла Ир обратил на себя внимание современников, когда служил в орлеанистском гарнизоне Куси. Он был активным и весьма эффективным партизаном Дофина в Пикардии и долине Уазы, затем перебрался в Лотарингию, а позже в Шампань. Ла Ир был невероятным героем. Он был человеком весьма скромного происхождения и хромым, в результат несчастного случая, когда на него рухнула труба трактира. Но он был блестящим стратегом и харизматичным лидером, привлекшим на свою сторону не только грубый мир военных профессиональных солдат, из которого обычно набирались отряды, но и многих мелких дворян, проходивших в его отрядах обучение военному делу. Он был мастером быстрым передвижений и внезапных ударов. "Бей первым, — говорил он, — чтобы не бояться". В 1422 г. Ла Ир и его лейтенанты заняли пять замков в восточной Шампани, а в конце того же года он расширил подконтрольную территорию, заняв Витри-ан-Пертуа. Старый замок графов Шампани в Витри занимал господствующее положение в долине Марны выше Шалона и обеспечивал дофинистам надежную переправу через реку. Лейтенант Ла Ира, бретонский солдат удачи Жан Рауле, сделал его штаб-квартирой важной группы гарнизонных замков, простиравшихся на запад до Вертю и большого замка Мон-Эм на дороге из Реймса в Труа, а на север — до Музона и Бомон-ан-Аргон в долине реки Мёз[87].
Восточная Франция, между Луарой и Роной, представляла собой отдельный театр военных действий, который следовал своей собственной логике. Большая излучина Луары обозначала границу между Буржским королевством и южными владениями Бургундского дома (Карта I). В 1422 году бургундские территории оказались под сильным давлением. Первой линией обороны Бургундии было графство Невер, расположенное на восточном берегу Луары. Предыдущий граф Неверский, Филипп, младший брат Иоанна Бесстрашного, был убит при Азенкуре. Графством управляла его вдова Бонна д'Артуа, регентша при малолетнем сыне. В июне 1422 г. армия под командованием Таннеги дю Шателя вторглась в Ниверне и захватила большое количество укрепленных мест, в том числе Ла Шарите с его большим каменным мостом
