вывезти порядка 500 тыс. т). Так, 28 марта в порт зашёл товаро-пассажирский пароход «Валькюре» и ожидалось прибытие парохода «Сивас». Но 11 июня на первом произошла авария: поломалась станина брашпиля и был утерян якорь, вследствие чего немцы запросили причал. Как считали в местном УНКВД, по всем признакам авария на пароходе была совершена
«вполне преднамеренно, с той целью, чтоб задержать пароход от отправки в Германию». Тем не менее 2 августа «Валькюре» с грузом концентрата ушел в Гамбург.
А обеспечение немецких судов в Мурманске было возложено на общество «Инфлот» Наркомата морского флота СССР.
Учитывая высокую активность немцев в губе Западная Лица, по настоянию УНКВД в мае 1940 г. советская сторона перевела германские суда «Финиция» и «Викинг-5» на побережье Кольского полуострова, в горло Белого моря в становище Иокангу (Иоканьга), «являющуюся новостроящейся базой Северного военного флота». Характерно, что мотивы передислокации судов немцам официально не сообщались. Можно смело предположить, что поводом к этому, со слов В.М. Молотова, стали «кое-какие слухи», ходившие на Западе вокруг существования немецких баз на Севере СССР, о чём он, в частности, уведомил Ф. Шуленбурга ещё 5 марта 1940 г., заявив, что «выход германских транспортных судов из бухты Западная Лица до конца финляндских событий (войны СССР с Финляндией. — Авт.) затруднён»197.
Характерно, что, по заявке немецкой стороны, на 22 июня 1940 г. командование Северного флота обязалось обеспечить снабжение её судов в базе Иоканга в следующем объёме: 700 т. газолина и 100 т. мазута (топлива у них оставалось только до 01.07.1940 г.), 100 т. воды, 4 анодных батареи (от 60 до 100 вольт), 3 л. кислоты для аккумуляторов, а также 80 шт. шамотного кирпича и 50 кг. шамотной глины. Кроме того, в связи с тем, что моряки «Финиции» не могли собственными силами осуществить ремонт поломанного брашпиля, они потребовали для устранения неполадки перевести их судно в Мурманск.
И 29 июня «Финицию» и «Викинг-5» перевели в мурманский порт. А ровно через месяц, спустя пять дней после празднования Дня ВМФ СССР, «Викинг-5» вместе с тральщиком «Кединген» покинул Мурманск. 16 сентября 1940 г. оттуда ушла и «Фениция»198.
Известно, что в летнюю навигацию 1940 г. командование кригсмарине попросило советскую сторону разрешить ему провести в Европу Северным морским путём из нейтральных портов Юго-Восточной Азии 35 немецких торговых судов.
Первая такая просьба в отношении «германских пароходов, застрявших на Дальнем Востоке, особенно в японских портах», поступила от немецкой стороны в Паркомат морского флота СССР ещё 11 октября 1939 г. Тогда эксперт посольства Германии по делам морского транспорта имел личную беседу с наркомом морского флота С.С. Дукельским. Затем эта тема поднималась вновь 7 и 9 января 1940 г. Но всякий раз вразумительного ответа со стороны правительства СССР не было199.
И только в феврале 1940 г. в Наркомате внешней торговли СССР начались переговоры с германскими представителями по вопросу о проводке по Севморпути 26 немецких судов с востока на запад с грузом соевых бобов и 2 в балласте (без груза) с запада на восток. В числе последних подразумевался и вспомогательный крейсер «Комет».
После семи заседаний немцы получили то, чего желали, — «зелёный свет» на проход своих судов по Северному морскому пути. В дальнейшем число судов, которые должны были следовать по трассе восток—запад, немцы снизили до 10, а 3 апреля 1940 г. германское посольство получило телеграмму из Берлина об аннулировании переговоров с СССР по вопросу о переведении Северным морским путём и этих 10 пароходов. Советская сторона согласилась на проведение оставшихся 2 судов по направлению запад—восток, при этом оговорив ряд условий, одним из которых был строжайший режим секретности, поскольку шла Вторая мировая война, а СССР, фактически являвшемуся нейтральной страной, международные осложнения были ни к чему200.
Кроме того, 8 февраля того же года И.В. Сталин согласился на просьбу Германии об организации переработки рыбы в районе Мурманска201. И, видимо, не случайно в апреле туда направлялись 5 упомянутых выше немецких траулеров.
А в начале января СССР помог немцам с помощью ледокола «Ермак» вывести в открытое море зажатые льдами у ленинградского и кронштадтского портов 8 судов («Биркенфельс», «Бунсберг», «Гиннхайм», «Лаутерфельс», «Люмме», «Окенфельс». «Ротенфельс», «Фалькенфельс»)202.
Интересно, что 5 марта 1940 г. немецкая сторона через посла Ф. Шуленбурга в очередной раз безуспешно попыталась уговорить советское руководство и о налаживании нового направления военно-морского сотрудничества — об использовании «советского экспедиционного судна для передачи сведений о погоде в районе к западу от Англии». Располагая данными, что СССР не имел на то время «подходящего судна», Германия предлагала «использовать для этой цели нормальное торговое судно с соответствующим радиооборудованием, взамен которого в виде компенсации» была голова «предоставить советской стороне для перевозочных целей подходящее германское судно». На что получило от В.М. Молотова ответ, что «он консультировался по этому вопросу с моряками, и последние находят, что практически из этого дела ничего не выйдет, т.к. невозможно допустить, чтобы англичане не заметили нахождение такого судна»203.
Тем не менее в июле—сентябре 1940 г. советское руководство продолжило сотрудничество с ВМС Германии. Тогда под прикрытием экспедиции особого назначения — ЭОН-10 в составе: ледоколов «Иосиф Сталин», «Ленин», «Лазарь Каганович», «Фёдор Литке», парохода «Волга», транспорта «Анатолий Серов» и подводной лодки «Щ-423» (командир — капитан-лейтенант А.М. Быстров) при поддержке самолётов Полярной авиации ГУСМП — была осуществлена беспрецедентная проводка Северным морским путём, вдоль своего побережья в Тихий океан немецкого вспомогательного крейсера «Комет»204 («рейдер В»)205 или «Фырол» (так называли корабль по ею радиопозывным советские представители в период проводки). Со стороны Главного Морского штаба ВМФ СССР эту операцию контролировал Отдел внешних коммуникаций, начальником которою являлся военинженер 1-го ранга И.М. Сендик206. А от Главного управления Северного морского пути при СНК СССР проводкой рейдера и ЭОН-10 занимался заместитель начальника Управления, начальник морских операций Западного района Арктики, бывший начальник УПА Герой Советского Союза полковник М.И. Шевелёв.
Характерно, что по ряду версий, перед тем как отправиться в дальний поход207, «Комет» скрытно заходил в «Базис Норд»208. В пользу этого говорит официальный документ — запись беседы В.М. Молотова с Ф. Шуленбургом 9 сентября 1940 г., как раз тогда, когда рейдер благополучно вышел в Тихий океан. В ходе неё немецкий дипломат прямо заявил, что «Берлин поручил ему передать глубокую благодарность и признательность Советскому правительству за предоставленные опорные пункты на Мурманском побережье. От этих баз (выделено авт.) Германия получила громадную пользу. В настоящее время базы больше не нужны,
