Галлапун вскочил со своего места, чтобы кинуться за Свистуновым, но Чин-гак-хук удержал его за руку.
— Постой, — сказал Чин-гак-хук, — когда учитель отвернётся к доске, ты незаметно под партой подползи к двери и беги за Свистуновым.
Учитель же, как нарочно, стоял лицом к классу и говорил о неправильных глаголах.
— Товарищ учитель, разрешите мне выйти, — закричал Галлапун, не вытерпев ожидания.
— Да вы что? — удивился учитель, — один за другим. Сейчас будет звонок и тогда иди, а пока сиди себе на месте.
— Не могу ждать. Пустите, товарищ учитель, — умоляющим голосом сказал Галлапун.
— Ну ладно, иди, но смотри: завтра я спрошу тебя урок и чтоб ты знал!
Галлапун не слушал, что говорит ему учитель. Он кинулся к двери и выскочил в залу. Тут он бегом пустился к Ущелью Бобра. У шкапов с физическими приборами стоял Свистунов. Галлапун, увидев Свистунова, остановился и тяжело дыша от быстрого бега, уставился в лицо бледнолицего врага. Оба молчали, смотря друг на друга с грозным видом. Свистунов был выше Галлапуна и шире его в плечах. Но Галлапун славился своей ловкостью и цепкими пальцами, а Свистунов знал это и молча стоял, сжав свои кулачища.
— Ущелье Бобра принадлежит нам, — сказал Галлапун, трясясь от напряжения.
— Кому это вам? — спросил Свистунов, хмуря брови.
— Нам индейцам, — сказал Галлапун.
— А мне плевать на индейцев, — сказал Свистунов и хихикнул.
— Если ты сейчас же не уйдешь отсюда, то я…
Галлапун не знал, что сказать, и замолчал.
— Ты не треплись, — сказал Свистунов, боком подходя к Галлапуну, — и ступай-ка обратно в класс.
Свистунов совсем близко подошёл к Галлапуну и даже касался его своим плечом. Галлапун не пошевелился и только не спускал глаз с правой руки Свистунова.
— Я отсюдова никуда не уйду, — сказал Галлапун.
— Нет уйдёшь, — проревел Свистунов, толкая плечом Галлапуна.
— Пожалуйста не толкайся, — сказал Галлапун и оттолкнул Свистунова.
Свистунов подался плечом назад, но ноги его остались на месте.
— Ты ещё сам толкаться вздумал! — крикнул Свистунов и так толкнул Галлапуна, что тот на два шага отскочил в сторону. Галлапун взмахнул руками, чтобы не потерять равновесия, и кинулся к Свистунову.
— Пусти меня в ущелье! — крикнул он, хватая Свистунова за плечо. Но Свистунов резким движением вырвался из рук Галлапуна и прыгнул к входу в ущелье.
— Пошёл вон! — сказал он и встал в позу боксёра.
Но недаром Галлапуна звали именно Галлапуном, Звериным прыжком! Не успел Свистунов и глазом моргнуть, как Галлапун уже обхватил руками его шею и гнул её книзу. Руки Свистунова болтались по воздуху, стараясь поймать Галлапуна, но все усилия были напрасны. Галлапун извивался всем телом и с каждой секундой всё ниже и ниже пригибал Свистунова. И вдруг оба повалились на пол! Падая, Галлапун разжал свои руки и в тот же момент был сдавлен как тисками. Теперь он был во власти бледнолицего силача. Никакая ловкость не могла освободить его от этого железного объятия. Галлапун чувствовал, что ему не хватает воздуха, но всё ещё крепился, не желая сдаться перед Свистуновым. Свистунов сопел, как медведь над самым ухом Галлапуна, и Галлапун слышал, как это сопение перешло в какой-то рокот, будто со всех сторон хлопали дверями и топали ногами. Шум всё рос, но в глазах Галлапуна пошли чёрные круги. Он напряг последние силы и вдруг совершенно неожиданно почувствовал облегчение.
Кругом, куда ни глянешь, виднелись ноги и руки, всё быстро двигалось и толкалось. Галлапун ещё не успел придти в себя и смотрел с удивлением вокруг. Кто-то помог Галлапуну встать на ноги и подойти к шкапу.
— Стой здесь, а я пойду нашим на помощь, — сказал ему голос Чин-гак-хука.
Только тут Галлапун догадался, что наступила перемена и подоспевшие индейцы стащили с него ошалевшего Свистунова. Теперь шёл бой за овладение Ущельем Бобра. Индейцы оттеснили бледнолицых и Ущелье на этот раз осталось в руках у индейцев. Галлапун увидал среди противников Свистунова и, стыдясь своей слабости, кинулся в самую гущу сражения. Первым в ущелье вошёл Чин-гак-хук.
— Ой-го-ге! — крикнул он оттуда.
— Вперёд, ребятки! — крикнул ему в ответ Гришка Тулонов.
— Ура! — поддержал Тулонова Свистунов и бледнолицые с новыми силами полезли к входу в ущелье.
Этого индейцы не ожидали, и неизвестно, чем бы всё кончилось, но над всем этим шумом раздался крик часовых:
— Сова летит! Сова летит!
Это значило, что приближалась опасность со стороны преподавателей или заведующего школой.
В одно мгновение бой утих. Свирепые лица воинов превратились в самые невинные рожицы. Свистунов из грозного силача бледнолицых превратился в обыкновенного пятнашку и краснокожие индейцы рассыпались в разные стороны, вдруг испугавшись Свистунова.
По коридору прошёл Петр Иванович, учитель арифметики, и, посмотрев на весёлую игру мальчишек, улыбнулся.
Примечания
1
Собраны фрагменты текста про Трубочкина из журнала «Чиж» и из черновиков (номера со звездочками).
2
Все указанные изобретения действительно были поданы в Комитет по делам изобретений при ВСНХ. N заявки на «Солнцетермос» 2767 (прим. авт.).
3
Первый лист автографа публикуемого текста (до слов: «Когда Пушкин был маленький, у него») перечеркнут и сопровожден пометой: «Плохо», но мы его публикуем, поскольку дальнейший текст, непосредственно его продолжающий, оставлен автором в неприкосновенности.
4
Текст в квадратных скобках перечеркнут, но имеет помету «восстановить», поэтому мы его и воспроизводим.
5
Один из вариантов, записанный на пронумерованных подряд четырех листах.
6
Вместе с тем сохранился существенно отличающийся от публикуемого автографический вариант части текста (без начала и окончания) — скорее всего, первая редакция пьесы, которую мы ниже приводим.
7
Дополнительным свидетельством об общем замысле пьесы может служить следующий фрагмент текста (автограф), имеющий авторское заглавие.
8
Вариант с фрагментом, зачеркнутым красным карандашом.
9
Далее то, что было зачеркнуто.
