— Счастливого Рождества, дорогая, — прошептала Уэнди. — Мама с тобой.
Мака она обнаружила в гимнастическом зале. Увидев их, он замедлил движения, остановился, потом встал и потянулся за полотенцем.
— Прошу прощения за то, что вам пришлось отправиться на поиски. Я думал, что закончу к тому времени, как вы искупаете Рори. Перейдем куда-нибудь, где удобней?
— Думаю, нам нужно серьезно поговорить.
Он слегка приподнял брови.
— Тогда, если вы не возражаете, останемся тут. Здесь меньше вероятность, что нас потревожат.
Она оглядела помещение.
— Вы один пользуетесь всем этим?
— Мы все, время от времени. Зал был оборудован для мамы, но в последние несколько лет доктора рекомендуют ей лишь легкие, щадящие упражнения, поэтому она нечасто бывает здесь.
Он натянул спортивный свитер, промокнул полотенцем лицо и повесил его себе на шею.
Рори что-то невнятно пробормотала, уронила игрушку и протянула ручки к Маку.
— Сколько она весит? — спросил он, беря ее на руки.
— Около пятнадцати фунтов.
— Неплохо, и гораздо интереснее, чем поднимать штангу.
Он лег на скамью и начал медленно приподнимать Рори, пока она не оказалась на высоте его вытянутых рук, тогда он так же медленно опустил ее снова себе на грудь. Рори понравилась новая игра, и она заливалась смехом. Уэнди присела на соседней скамье.
— Я знаю, это неожиданно, Уэнди. — Мак не смотрел на нее. — Я не хотел торопить вас с решением. Но я знаю, как сильно вас беспокоит будущее Рори. Меня оно тоже беспокоит. Так что нам предстоит сделать выбор.
Уэнди прочистила горло.
— И серьезный. — Странно, это совсем не то, что она хотела сказать.
— Да, серьезный. — Мак сел и поставил одну ногу на скамейку, посадив Рори на колено. — Я не прошу о союзе на каких-нибудь несколько месяцев или даже несколько лет.
— Это навсегда. — Несмотря на все ее усилия, голос Уэнди дрожал.
— Ну, это, пожалуй, чересчур.
Уэнди не задумывалась об этом раньше, но, хотя перспектива и казалась сейчас весьма отдаленной, Рори ведь вырастет. Когда-нибудь она станет подростком, студенткой университета, а потом самостоятельной молодой женщиной, у которой будет своя работа, а в скором времени, возможно, муж и дети. И тогда уже не будет иметь значения, по-прежнему ли вместе люди, которые ее воспитали.
— Да, конечно.
— Но вы правы, это очень серьезно, — продолжал спокойным голосом Мак. — Было бы большим ударом для Рори, если бы через пару лет кто-то из нас не выдержал бы. Так что, Уэнди, если у вас есть какие-то сомнения, сейчас самое время обсудить их.
— Сомнения? — Она сделала глубокий вдох. — Ну что ж. А что будет с моей карьерой, Мак?
— Вам не придется работать.
— А если я хочу? Не сейчас, конечно, но позже. Это невероятное везение, что мне не нужно разрываться между двух огней, но, когда Рори пойдет в школу, у меня будет много свободного времени.
Он посмотрел на нее. Уэнди не могла понять, что было в этом взгляде: возмущение, гнев, раздражение? Или любопытство?
— Мак, мне нравится моя работа. У меня никогда не было намерения бросать ее, как бы ни сложилась моя жизнь.
— Если через некоторое время вы захотите работать, я совсем не против. Я нисколько не боюсь, что Рори останется без внимания, какое бы занятие вы себе ни нашли. Если вас беспокоят деньги…
— Собственно говоря, нет.
— Я и тут предлагаю вам равные условия.
Что мое — то и ваше.
Уэнди испугалась. Разумеется, она ожидала, что он предоставит ей некоторые средства на личные расходы и, возможно, на ведение хозяйства. Но на большее она не рассчитывала.
— Это очень щедро с вашей стороны.
— Что-нибудь еще? — (Она подумала, затем покачала головой.) — Но вы понимаете, что я вправе рассчитывать на вашу порядочность?
Уэнди пристально посмотрела на него.
— То есть не заводить никаких романов? Верность?
— Если хотите, так.
Она покраснела. Понятие верности подразумевает наличие сексуальных отношений, что едва ли будет в их случае. И все же он требует от нее именно верности, даже если не ради него самого, а ради Рори. Если бы Уэнди увлеклась кем-нибудь, то, как ни скрывай она свое увлечение, это несомненно отразилось бы на ребенке. Она понимала, что ей не следует сердиться на Мака за его требование. Не она ли проявляла интерес к женщинам в его жизни? И тем не менее ее голос прозвучал резко:
— Если я соглашусь на этот брак, то будьте уверены, я не буду заглядываться на окружающих мужчин в поисках развлечений. Рори слишком много значит для меня, чтобы рисковать ею. Я не брошу ее ради минутного увлечения.
— Вы очень наивны, Уэнди. А если влюбитесь?
— Я буду слишком занята. Но в свою очередь я могла бы попросить вас о том же, Мак?
На какое-то мгновение ей показалось, что он не ответит.
— В моем сердце уже есть любовь, — медленно произнес он, — и надо признать, что это не самая легкая ноша. Могу заверить вас, что со мной проблем не возникнет.
Он ничего не сказал об увлечениях, отметила она.
— А как… насчет верности?
Его голос был более глубоким, чем обычно, без тени иронии.
— Я клянусь вам, Уэнди, что это обещание выполню в первую очередь. И так будет всегда. — Его слова прозвучали как клятва — более торжественно и, несомненно, более искренно, чем обещание любить ее и заботиться о ней до самой смерти, которое он дал бы публично. Но, с другой стороны, это обещание дано Рори — как и ее собственное.
— Итак? — сказал он. — Вы выйдете за меня замуж?
Она кивнула.
— А когда?
— Как только будет возможно. Я выясню это завтра, но думаю, все будет улажено к середине следующей недели.
Ее это вполне устраивало.
— Чем скорее мы сможем создать нормальную семью для Рори…
Мак закончил ее мысль:
— …тем меньше будет вреда для ребенка. — Он слегка улыбнулся. — И тем меньше ненужных советов со стороны остальных членов семьи нам придется выслушать. Я сообщу им за обедом, если вы не возражаете.
Она покачала головой. Несмотря на то, что в комнате было тепло, ее пробирала легкая дрожь — теперь, когда было поздно идти на попятную.
Наклонившись к ней, Мак приложил свою ладонь к ее щеке. Его прикосновение вызвало у нее желание спрятать свое лицо в его тепле. На мгновение ей показалось, что он собирается поцеловать ее. Но он только провел большим пальцем по ее губам и прошептал:
— Все будет хорошо, Уэнди. Вот увидишь.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Элинор восторженно восприняла новость и тотчас принялась строить планы относительно венчания, приемов, оркестра и списка приглашенных.
Мак, который, должно быть, заметил, что от лица Уэнди отлила краска, взял ее за руку и предложил вместо этого обойтись небольшим семейным венчанием в доме Берджессов. В знак благодарности Уэнди сжала его пальцы. Признаться, она предпочла бы гражданскую церемонию в присутствии судьи и двух совершенно незнакомых людей в качестве свидетелей, но это едва ли было возможно.
