– Если бы я последовал вашему совету, прелестная Кэролайн, и не принял вызов Мэндервилла, вы не были бы здесь, не так ли? Наверное, мне надо чаще заключать с ним пари. – Он обвил рукой ее талию и начал целовать шею, слегка покусывая и с наслаждением вдыхая запах нежной кожи, пока она не отклонилась от него. Он увидел, как вздымаются ее упругие груди под кружевами сорочки и как выступают торчащие соски под тонкой материей. – Вы чувствуете, как я хочу вас? – Он был уверен, что она ощущает его восставшую плоть, хотя не слишком прижимал ее к себе. – Вы представляете, какую власть имеет женщина над мужчиной, когда она столь желанна?
– Нет, не представляю, – прошептала она.
К сожалению, он был уверен, что она сказала правду. Ее признание не уменьшило его пыла, однако изменило характер поведения.
– Вы завладели всеми моими чувствами, поверьте мне, – сказал Николас. – Постараюсь доказать вам это.
Он осторожно поднял ее, словно она была из хрусталя, и отнес на кровать с балдахином. На этот раз он снял с нее все, включая сорочку, так что Кэролайн полулежала, совершенно обнаженная, в свете ламп.
Кэролайн наблюдала, как Николас намеренно медленно раздевается, снимая сюртук, галстук, рубашку и сапоги.
Когда он расстегнул брюки и стянул с бедер, ее прелестные серые глаза расширились, и она откровенно устремила взгляд на его восставшую мужскую плоть, слегка приоткрыв рот от изумления.
То, что она никогда не видела возбужденного мужчину, вызвало беспокойство у Николаса. Нетрудно было догадаться, что ее муж приходил к ней только ночью, в темноте, и грубо пользовался своим супружеским правом. По общему мнению, невозможно, чтобы мужчина насиловал свою жену, даже если она, по существу, является его собственностью, однако Николас вполне допускал, что покойный Уинн именно так поступал со своей женой. Если женщина не готова и не хочет заниматься сексом, принуждать ее – это преступление.
Он лег в постель рядом с Кэролайн и слегка дотронулся кончиком пальца до ее нижней губы, обведя очаровательный изгиб. Николас страстно желал прильнуть к теплым зовущим губам Кэролайн, обнять ее чувственное тело и овладеть ею, но усилием воли заставил себя не спешить.
– Поцелуйте меня, – попросил он хриплым голосом.
«Пусть она проявит активность». Так будет лучше.
На мгновение она заколебалась, затем наклонила голову и коснулась губами его губ. Ему потребовалось все самообладание, чтобы не притянуть ее к себе и не поглотить ее с невероятной жадностью, однако он продолжал лежать, не двигаясь, когда она застенчиво прижалась губами к его губам, а потом сразу отстранилась.
Это было обнадеживающее начало.
– Разве это поцелуй? – сказал Николас, насмешливо приподняв бровь. – Вы помните, как я целовал вас сегодня днем? Я хочу, чтобы вы проявили большее старание, леди Уинн.
Какое-то мгновение она пристально смотрела на него; ее трепещущие волосы ниспадали на хрупкие плечи, а глаза выражали протест. Затем она снова наклонилась, теперь положив руки ему на плечи и приоткрыв губы. Николас слегка приподнял голову, усилив поцелуй, и почувствовал, как ее робкий язык проник в его рот.
Несмотря на ее прошлое, он не сомневайся, что она окажется способной ученицей.
Обнаженные упругие груди коснулись его груди, и Николас едва сдержал стон. Он нежно провел ладонью по ее спине, потом погрузил пальцы в ее волосы, и из его горла вырвался глухой звук одобрения, в то время как она продолжала целовать его с нарастающей смелостью.
Они оба тяжело дышали, когда она, наконец, оторвалась от него.
– Так лучше?
– Намного лучше. – Его затвердевшая плоть пульсировала с каждым ударом сердца, и Николас с трудом сдерживал себя. Он невольно улыбнулся, увидев, что взгляд Кэролайн прикован к его торчащему набухшему члену. Она выглядела настороженной, но его радовало то, что в ее глазах читалось любопытство.
Он медленным движением взял ее руку и положил на свое мужское естество.
– Я не хочу ничего скрывать от вас.
Ее тонкие пальцы осторожно обхватили его древко, и Кэролайн закусила нижнюю губу.
– Меня угнетает мое невежество.
Николас резко втянул воздух, когда она слегка сжала пальцы.
– Вы можете спрашивать меня о чем угодно, и я отвечу, если смогу. Я никогда не понимал, почему общество считает, что женщин надо держать в неведении относительно интимных отношений. В отличие от них мужчины могут свободно обсуждать эту тему.
– Если вы заметили, мужчины вообще имеют больше прав, чем женщины.
Она, конечно, здраво мыслит, однако трудно говорить, когда ее пальцы продолжают исследовать его готовый к подвигу член.
– Но следует помнить, – с трудом произнес Николас, подавив стон, – что это отчасти объясняется собственническим инстинктом мужчин. Если мы хотим, чтобы наши дочери хранили целомудрие, а жены принадлежали только своим мужьям, то, по-моему, чем меньше вы знаете об удовольствии, которое мужчины и женщины доставляют друг другу, тем лучше.
– Мы будем дискутировать на эту тему? Я не думаю, что вам понравится моя точка зрения. – Кэролайн продолжала ласкать его член, затем, заглянув между ног, обхватила ладонью яички. – Они такие тяжелые.
Несмотря на отсутствие у нее сексуального опыта, она, тем не менее, сумела возбудить его до предела. Он готов был взорваться от ее невинных прикосновений, и это испугало его. Он хотел потянуть время, пока она не познает всей прелести любовных игр.
– Мне доставляет удовольствие ваше любопытство, – сказал Николас, стараясь расслабиться, в то время как его яички все еще оставались в ее руке, – но не лучше ли, если я, в свою очередь, займусь вами?
Кэролайн немного смутилась.
– Я тоже хочу ласкать вас. – Он обнял ее и подвинул так, чтобы она легла на спину, а сам навис над ней, опираясь на локти. Следует начать с простого, решил Николас, погладив сначала ее бок, затем внутреннюю сторону бедра и, наконец, добравшись до теплого гнездышка. Его пальцы раздвинули мягкие складки, и в этот момент Кэролайн резко отвернула голову и напряглась. – Я не причиню вам боли, – прошептал он, касаясь губами ее подбородка. – Лишь хочу доставить вам удовольствие, прелестная Кэролайн. Вы порадуете меня, если возбудитесь в полной мере. Вы уже немного влажная, а это значит, что ваше тело откликается на мои ласки, в отличие от вашего разума. Расслабьтесь, и я докажу вам это.
Он продолжал ласкать ее повсюду, сопровождая каждое движение нежными поцелуями и страстным шепотом. Его язык скользнул от ключицы к локтю, а затем к запястью. Он взял в рот ее маленький пальчик с возбуждающей нежностью, затем перенес ласки на обнаженное плечо, крепко прижимая к себе ее тело. Они лежали голые, касаясь, друг друга горячей кожей, и Николас ласкал ее – пока без проникновения внутрь.
