явно жалея, что при нём не имеется увеличительного стекла.
Ничего он там не найдёт. Его физиономию я при печати заретушировал. Незачем козыри «светить» раньше времени.
— Прошу прощения, — сообщаю присутствующим, — мне пора, иначе на электричку опоздаю.
— На посошок! — требует Грищук.
Он уже изрядно подшофе.
— Не спаивайте мальчика, — становится на мою защиту Нюся.
Благодаря её вмешательству, «посошка» удаётся избежать.
Фотографии я хочу «забыть», но заботливая Мария Дмитриевна собирает их для меня. Словно не хочет, чтобы что то моё задерживалось в их доме.
— Тебя проводить? — спрашивает Кэт.
— Если ты пойдёшь меня провожать, я точно опоздаю, — отшучиваюсь.
— Спасибо, — она вдруг целует меня в щеку.
Дружески, но с благодарностью.
— За что?
— Впервые не я была главным клоуном на семейной арене, — говорит она.
— Обращайся, — отвечаю, — я с радостью позлю твоих родителей ещё разок.
Выйдя из подъезда, я перехожу через двор с недостроенной хоккейной коробкой, мимо песочницы и плохо покрашенных качелей и становлюсь под козырьком балкона возле дома напротив.
Ждать приходится долго. Прохожие бросают на меня недоверчивые взгляды. Приходится отлучиться до ближайшего пустыря и нарвать чахлый букет ромашек.
Из потенциального взломщика я становлюсь похож на несчастного влюблённого. Для полноты образа вздыхаю и поглядываю на часы. Теперь мне сочувствуют. Одна бабуля бурчит проходя про «нынешних шалав».
Игнатов и Молчанова выходят через полтора часа. Едва увидев в дверях светлый пиджак, я отступаю в темноту подъезда.
Товарищ Игнатов выглядит хмурым и напряжённым. Его спутница, наоборот, ведёт себя легкомысленно. Рассказывает ему что-то, заливаясь то и дело звонким смехом.
Они идут по улице, поддерживая беседу. Я, стараясь не приближаться, следую за ними. Шпион из меня так себе. Весьма любительского уровня. Но и объекты для слежки мне соответствуют.
Эти двое никак не скрываются. Она не пытается взять его под руку. Он не предлагает накинуть пиджак ей на плечи. Со стороны — просто хорошие знакомые.
Но всё-таки идут вместе. Игнатов проявляет благородство? Провожает прекрасную даму? Вдруг, хулиганы нападут, к примеру. А он — тут как тут.
Понимаю, как мне повезло, что они не вызвали такси. Сели бы в машину, и поминай как звали.
Почему мне не пришёл в голову такой вариант? Привычка, что вся номенклатура живёт в центре. В шаговой доступности от горкома и обкома, парков, фонтанов, ЦУМа и прочих благ.
Куда им ехать на такси? В спальные районы, которые только начинают в это время строиться? Коттеджные посёлки за городом придумают только лет через тридцать. До этого все стараются селиться плотно.
Так и есть, пройдя прогулочным шагом минут пятнадцать, пара сворачивает во двор четырёхэтажного дома, чья крыша, с парой странных полукруглых башенок, заметно выше окрестных пятиэтажек.
Сталинка, потолки в ней метра под четыре. Без стремянки лампочку не вкрутишь. В то время архитекторы ещё верили, что трудящиеся должны жить во дворцах.
Позже стало понятно, что дворцов на всех не хватит. Просто надо где-то жить.
Пара замирает у подъезда. Они о чём-то спорят, женщина повышает голос, жестикулирует. В тихом и пустом дворе я буду как клоп на потолке, так что не решаю приблизиться и ничего не слышу.
Издалека делаю несколько снимков, понимая, что это «ниочом». Два человека рядом. Ругаются. Не компромат, а так… Тфу, и растереть.
С чего я вообще взял, что между ними что-то есть? Игнатов мог на яхте с кем угодно встречаться. С секретаршей, например. А у Грищука они оказались благодаря Силантьевой. И тот и другая имели отношение к Берёзову, вот она и постаралась посадить меня в лужу.
Всё имеет объяснение, простое и логичное. А не то, что я сам себе надумал.
В этот момент женщина разворачивается и растворяется в темноте подъезда. Игнатов, украдкой оглянувшись, делает шаг и пропадает следом за ней.
Прижав к груди фотоаппарат, я бегу что есть сил, но всё равно едва не опаздываю. Зайдя в прохладное нутро парадной, я слышу: «ну всё, иди», сказанное всё тем же волнующим голосом, отчётливый звук поцелуя и щелчок дверного замка.
А после чечётку шагов, быстро спускающихся вниз по ступеням. Эхо гулко разносит их по пустому подъезду.
Быстро назад, на улицу и бегом до угла. Игнатов выходит задумчивым, с мечтательной улыбкой. Разве что под нос себе не напевает.
Тоже мне, Ромео. Или Дон Жуан, или кто он там в классической традиции? Сюжет и правда мелодраматичный до оскомины.
Наблюдать за ним дальше нет никакого смысла. И так на вокзал опаздываю. Прибегаю на перрон перед самым отправлением. А вот в вагоне появляется время, чтобы всё осмыслить.
Фактов на меня свалилось — вагон и маленькая тележка.
То, что Игнатов спит с женой своего друга Молчанова, для меня теперь очевидно. Говоря интеллигентным языком, совершают адюльтер.
О том, когда и по каким причинам возник этот любовный треугольник, я могу только гадать. Советская мораль вообще интересная штука. «Друг ответил преданный, друг ответил искренний. Была тебе любимая, а стала мне женой».
На моральный облик этой компании мне наплевать. Хотя из всего происшедшего напрашивается довольно интересный вывод. Молчанова из областного центра отправили в ебеня под названием Берёзов.
Жена за ним не последовала. Оттуда и злая шутка Силантьевой про декабриста. Их жёны отличались в такой ситуации большей преданностью, следовали за мужьями в ссылку. Нюся не поехала.
Самое логичное объяснение такой опалы — какая-нибудь карьерная возня. Возможно, Молчанов так и думает. Надеется, победить в каком-нибудь соцсоревновании, выделиться, выслужиться и вернуться в областной центр на волне своих успехов.
Его единственный близкий друг, Владлен Игнатов, служит главным источником информации о том, что творится на областном уровне. Утешает, поддерживает, даёт советы.
Только отсутствие Молчанова в Белоколодецке в первую очередь играет на руку самому Владлену. Можно сказать, что тот устранил конкурента в делах сердечных.
Напрашивается вопрос. Не Владлен ли стал причиной немилости, в которую попал Молчанов у областной номенклатуры? Не Игнатов ли старается, чтобы Молчановская ссылка, никогда не закончилась?
И потому я уверен Игнатов, трясётся из-за этой информации ещё более серьёзно. Ведь здесь не только супружеская измена. Там можно сослаться на чувства, на «с глаз долой, из сердца вон», да и вообще история банальная до неприличия.
Это ещё и предательство в делах карьерных. Такое не прощается.
Другое дело, что фактических доказательств у меня нет.
Профиль за окном на яхте? Даже я сам не сразу сопоставил его с Игнатовым. А уж определить, что за женщина была там с ним, по силуэту и вовсе невозможно.
Снимки не годятся даже для того, чтобы немного припугнуть. Игнатов не дурак, он просто разозлится. А после этого предпримет что-нибудь в ответ. Как будто мне сейчас мало проблем.
Фотографии
