— Да не бойся. Она не кусается.
Разумеется, девчонка ему не поверила. Медведь же, чувствуя ее страх, зарычал. Вим поспешил убрать руку.
— Ладно, — сказал он. — В другой раз. Лучше займемся обедом.
Он нагнулся к спиртовке. Таблетка сухого горючего вспыхнула зеленоватым пламенем. Белка опять вскрикнула. Ох, намучается он с этой девчонкой… Для нее он, поди, в самом деле могущественный колдун, а то и хуже.
Один из неписаных законов Странников гласит: «Не выделяйся!» Будь тише воды, ниже травы — для твоей же собственной безопасности. Но следовать ему на практике невозможно. Как ни старайся, а все равно проколешься. Он сам прокололся в Элладе, заявившись туда в подпоясанной простыне. С каменным веком и того сложнее — как здесь можно не выделяться? Не разводить же, в самом деле, костер с помощью палочек? Как это делается, Вим знал только теоретически. Потому он придерживался другого правила, вычитанного в одной хорошей книге: «Не паникуй!» Остальное приложится.
— Ты, главное, не пугайся, — сказал Вим. — Сейчас я достану специальную палочку, подожгу ее и буду дышать дымом. Это не колдовство, я не демон, это самый обыкновенный дым…
— Собираешься курить? — спросила Белка.
Вим вздохнул. Что и требовалось доказать. Откуда девчонка из каменного века могла знать про курение? Белка сама ответила на вопрос:
— Оолф курил особые травы, когда говорил с духами. Ты будешь говорить с духами?
Тьфу на нее…
— Нет. Я просто собираюсь выкурить сигарету. Безо всяких духов.
Он закурил; сигарета весело мигнула огоньком. Девчонка напряглась.
— Духи всегда приходят на курительный дым…
Голос прозвучал настолько зловеще, что Вим поперхнулся. Белка тем временем продолжила:
— Они пробираются в тело и говорят в голове. Так рассказывал Оолф — духи говорят в голове и едят внутренности. Если в человеке сидит злой дух, его тошнит белыми червями.
Вим кое-как откашлялся.
— Что там курит твой Оолф?
— Он умер. Злой дух убил его.
— Да ну тебя. — Вим сломал сигарету в пальцах.
Вода в котелке закипела. Вим бросил туда лапшу, а спустя пару минут добавил тушенку. Жаль не нашлось томатной пасты… Вскоре блюдо было готово. Над котелком поднимался пар, от аппетитного запаха аж слюнки потекли. Девчонка принюхалась, морщась, как зверек, и удивленно посмотрела на
котелок.
— Прошу к столу. — Вим снял котелок с огня и подошел к девчонке. — Как и обещал — pasta bolognese, походный вариант. Пища богов! Стоп… Не воспринимай буквально. На самом деле — обычная еда, но есть такая метафора…
Белка заглянула в котелок. Лицо ее перекосило от отвращения.
— Белые черви! Кайя не едят червей!
Вим мысленно сосчитал до десяти. Как объяснить, что такое лапша, человеку, который не слышал даже о пшенице? Тем не менее он попробовал. В конце его путаного, но вдохновенного монолога, взгляд Белки смягчился. Она решила рискнуть, хотя, возможно, не последнюю роль сыграл запах еды.
— А это ложка, — сказал Вим. — Она нужна для того, чтобы есть и не обжигать пальцы. Держат ее… В общем, держи, как получится.
Он вытер со лба пот. Тащить девчонку на себе было куда легче, чем объяснять ей, казалось бы, элементарные вещи. Белка вертела ложку в руке, не совсем понимая, зачем она нужна и с какого конца за нее браться. Поднесла к самому носу… И, взвизгнув, отшвырнула ложку, точно змею.
— Там сидит дух! — выкрикнула девчонка.
— Нет там никакого духа. Это твое собственное отражение, как в реке. Надеюсь, ты знаешь, что такое «отражение»?
Девочка продолжала испуганно глядеть на ложку.
— Конечно, знаю, — сказала она. — По-твоему я совсем маленькая?
— Вот видишь! — обрадовался Вим.
— Это водяные духи, у которых нет собственного облика, подражают тому, что видят.
Вим закатил глаза. У девчонки духи сидели под каждым кустом и прятались за каждым камнем. Шагу нельзя ступить, чтобы не наткнуться на десяток-другой.
— Ну, хорошо, — устало сказал он. — Дух, который сидит в ложке, абсолютно безопасен. Его не надо бояться.
Решив, что личным примером он добьется бóльших результатов, Вим взял вторую ложку и зачерпнул из котелка. Белка смотрела, как он ест, — страх во взгляде смешивался с любопытством.
— А неплохо получилось, — прокомментировал Вим. — На мой вкус, маловато соли, но вполне сносно. Присоединяйся.
Он указал на валяющуюся ложку. Девчонка с опаской взяла страшный предмет. Вим ободряюще улыбнулся.
Белка рукой зачерпнула макароны и положила на ложку. Разумеется, все сразу же упало на землю. На лице у девчонки появилось обиженное выражение. Но в то же время в уголке рта возникла упрямая складка. Белка собрала макароны и снова положила на ложку. На этот раз у нее получилось донести до рта не меньше половины — приобщение к благам цивилизации шло семимильными шагами.
Медведь, привлеченный запахом еды, утробно заурчал. Вим замахал на него руками.
— Эй! Тебя я уже кормил. Хватит. Я понимаю: большой организм требует много еды, но имей же совесть!
Зверь глянул на Вима так, что тот почувствовал себя виноватым, точно отобрал конфету у ребенка.
— И не попрошайничай! Я не из «Гринпис» и не нанимался подкармливать вымирающие виды.
Лапша пришлась девчонке по вкусу. С содержимым котелка Белка справилась в два счета. Вим в жизни не видел, чтобы кто-нибудь ел так быстро.
— А теперь — отдыхай, — сказал Вим, забирая посуду. — Через несколько часов можем отправляться в путь, а пока есть время собраться с силами.
Он вернулся к плоту. Надо еще придумать, каким образом завести сюда зверя и чем его кормить в дороге. Припасов надолго не хватит. А путешествовать на одном плоту с голодным гигантским медведем — та еще перспектива.
Вим тряхнул головой. Тут еще будет время подумать. Проблемы надо решать последовательно, по мере их поступления. Не паникуй — а остальное приложится.
Он вытащил из кармана губную гармонику.
— Ты любишь музыку?
— Музыку?
— Ага. У вас в каменном веке поют песни?
— Оолф пел, когда звал духов предков и когда призывал духов охоты…
— А просто так у вас никто не поет? Безо всяких духов?
Он поднес гармонику к губам и сыграл несколько тактов. Девчонка не испугалась — и то хорошо. Впрочем, наверняка у них в каменном веке есть музыкальные инструменты: всякие бубны, флейты из тростника и костей животных. Нужно сыграть что-нибудь попроще… Но не «Michelle». Когда в Элладе он исполнил эту песню перед компанией вакханок, психованные дамы едва не разорвали его на части. Вот «Girl» будет в самый раз.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
