источая уверенность. — Не ссать! Я на КП, узнаю, что там и как, и сразу свяжусь. Проверь все, чтобы был в пятиминутной готовности.
— Так точно, товарищ майор! Есть все проверить! — Получение приказа, тут же вернуло осмысленность во взгляд капитана, впрочем, этого Василий уже не видел, со всех ног бросившись на командный пункт батальона.
Едва майор добежал до КП — благо было не далеко — дежурный тут же передал сообщение от полковника Ковалева. Собственно, ничего особо интересного в нем не было — немцы атаковали передний край занимающей первую линию 48-й стрелковой — быть готовым выдвинуться для контратаки в течение пятнадцати минут после получения приказа. Все понятно: сидим курим, ждем.
Ждать пришлось не очень долго — часа четыре. Все это время со стороны деревни Рыкалево, доносились звуки ожесточенного боя, несколько раз над позициями полка пролетали в сторону фронта самолеты, обратно, что характерно ни один из них не возвратился. Возможно, что назад они летели другим путем, но все равно мысли это навело неприятные.
Около трех часов пополудни с батальоном вновь связался Ковалев.
— Слушай сюда, майор, — даже по голосу полковника было понятно, что он изрядно на взводе, видимо дела на переднем крае шли не слишком хорошо. — Бери свой батальон и быстро выдвигайся вдоль железной дороги в сторону Рыкалево. Фрицы пустили в бой танки, в том числе тяжелые, задача — не дать им прорваться к станции «355 километр». Там как раз выгружается 89 стрелковая дивизия, не буду объяснять, что будет если, их поймают со спущенными штанами. Второй и третий батальон пойдут за тобой, но дорога там узкая, на первых парах на помощь не рассчитывай.
— Есть, выдвинутся к Рыкалево, — машинально ответил Орлов, после чего переспросил, — тащ полковник, а с воздушным прикрытием сделать что-то можно, у меня над головой два дня разведчики висели… Разбомбят же на полпути, без толку.
Полковник на той стороне телефонной линии помолчал несколько секунд, после чего ответил неопределенною.
— Прикрытие не обещаю, но сделаю все что смогу.
На этом разговор завершился, а комбат принялся поднимать уже собственных подчиненных.
Первый батальон укомплектованный по довоенным, «богатым» еще штатам насчитывал три десятка танков: две роты Т34М и роту легких Т50. Плюс командирские, плюс взвод противотанкистов, плюс ЗСУ на базе того же Т34М, всего выходило тридцать две машины, если не считать грузовики и штабной автобус. Казалось бы, все это хозяйство не так просто взять и свернув, за несколько десятков минут, передислоцироваться на новое место, однако тут в свою роль вступал «коэффициент военного времени». Все делалось на бегу и с помощью известной матери, что изрядно ускоряло процесс. Ну и, конечно, никто не заморачивался тщательными сборами — все что можно было бросить без ущерба для боеготовности бросалось без жалости.
Раздав приказания Орлов, склонился над картой-трехвестовкой. От Опухликов до Рыкалеко вдоль железнодорожной ветки — а другой дороги все равно не существовало — было около восьми километров. Если ничего не случится, полчаса хода для батальона. Василий повернулся к связисту — пункт связи располагался тут же, за шторкой.
— Дай мне комдива 48-й, — в таком деле хорошо узнавать новости из первых рук. Как минимум полезно знать, придется вступать в бой с ходу или будет время немного окопаться.
Не смотря на попытки радиста связаться с пехотой, Штаб стрелковой дивизии молчал, что наводило на неприятные мысли.
Еще через десять минут, третья рота — та которая была укомплектована Т50 — выдвинулась на юго-запад. За ней пошел взвод ЗСУ, первая рота, штаб батальона, а вторая рота замкнула колонну.
Поскольку «дорога» — как таковой дороги не собственно не было, скорее это была не слишком наезженная колея, по которой до войны иногда ездили местные колхозники — позволяла двигаться исключительно один за одним, и поломка или подбитие любого танка означала бы временную ее закупорку, майор то и дело бросал обеспокоенные взгляды в небо. Там, к счастью, было пусто.
— Товарищ майор, — в шлемофоне Орлова, высунувшегося по пояс из своего командирского танка, прорезался голос связиста, — получилось связаться с 48-ой. Их прорвали, повторяю, оборона дивизии прорвана. Остатки 48-й дерутся в полуокружении. Немецкие танки ушли строну шоссе.
— Принял, — коротко ответил майор и переключившись на связь с ротными, быстро обрисовал тем сложившуюся обстановку. — Так что в бой вступаем сходу, без развертывания. Нужно заткнуть прорыв и не дать немцам оседлать шоссе.
Еще через минут десять — ни вражеские ни свои самолеты так и не появились — батальон выскочил из леса и тут же напоролся на немцев. К счастью, для тех это оказалось еще большим сюрпризом: никакой подготовленной обороны у них тут не было, поэтому выскочившие на простор «пятидесятки» принялись совершенно беззастенчиво раскатывать фашистскую пехоту, поливая врага из пулеметов и периодически постреливая из пушек. Буквально за несколько минут скоротечного боя — собственно боя как такового не было, было избиение — третья рота уничтожила и рассеяла до роты пехоты и сожгла несколько грузовиков. Как такового сопротивления опешившие от неожиданного появления танков у себя на фланге фрицы оказать не смогли. Немцы только успели отцепить одну противотанковую 50-мм пушку, от горящего к тому времени грузовика, но сделать хоть один выстрел уже не успели: хлестнувшая по противотанкистам пулеметная очередь мгновенно избавила их от желания сопротивляться. Некоторых вместе с жизнью.
— Вперед! Забираем правее, между леском и ручьем! — Быстро оценив ситуацию скомандовал Орлов. Догонять ушедшие в сторону шоссе немецкие танки было делом неблагодарным, глядишь с ними и без него найдется кому разобраться, а вот заткнуть прорыв, отсечь пехоту, и оставить немецких танкистов без прикрытия — выглядело куда более перспективным. Судя по мотопехоте, противостояла советским танкистам такая же подвижная часть вермахта.
Развернувшись по ширине, насколько позволяла местность, танкисты двинулись почти строго на запад. Густые леса вокруг ограничивали видимость метров до восьмисот, приходилось постоянно вертеть головой в надежде первым увидеть противника.
Обогнув врезавшийся в луг «язык» леса подчиненные Орлова столкнулись с немецкими визави буквально нос к носу. Дистанция в несколько сотен метров была по танковым меркам совершенно «пистолетной».
В первой линии у немцев шло 7 танков, отдаленно напоминающих формой корпуса родные «тридцатьчетверки», дальше БТРы с пехотой, а в третей линии какие-то зализанные самоходки.
Вокруг тут же загремели выстрелы, метрах в двадцати от машины комбата в воздух поднялся здоровенный фонтан из земли и камней, заставив командира нырять под прикрытие не столь уж надежной брони.
— Всем, всем, полный вперед, огонь вести сходу не останавливаться, обходить противника по флангам и
