снова повисло молчание.
Негромко стукнула дверь, впустив в кабинет целительницу Маргрит. Стремительная драконица с косой бледно-голубого, почти белого цвета скользнула к ректорскому столу, положила на него какие-то бумаги, и молча села, присоединившись к разглядыванию провинившихся.
— Красивые дети, — заключил, наконец, наставник Ауд.
— Яркие личности, — поддержал его мастер Катберт.
Мне перехотелось проваливаться сквозь пол, а захотелось сгореть от стыда и рассыпаться пеплом. А уже пепел мог бы провалиться сквозь пол.
Ладно, Милдрит, ищи во всем хорошее: например, очень хорошо, что на этот раз в кабинете нет наставника Алвиса.
Предстать перед ним в таком виде мне почему-то было бы особенно обидно!
К сожалению, этим фактом хорошее и исчерпывалось. Угроза отчисления маячила все явственнее: добычу таких кричащих расцветок ни один хищник есть не станет. Побоится, что токсичная.
Ректор тяжело вздохнул, видимо, смиряясь со своей печальной драконьей участью. Спросил:
— Маргрит, что скажешь?
— Предварительный доклад у тебя на столе, Эйнар, там подробно расписано всё, что нам удалось выяснить на текущий момент. Самое главное, я уже твердо уверена, что красители, попавшие в воду купален, не токсичны — по крайней мере, для магов. Людям, обделенным магическим даром, я бы такие купания все же не рекомендовала, а вот одаренных надежно защищает их магия. У этой медали есть и обратная сторона: чем выше магический потенциал одаренно, тем более стойкий эффект должно дать окрашивание.
У меня вытянулось лицо.
Что-о-о?!
Видимо, не только у меня, потому что наставники откровенно любовались произведенным целительницей эффектом. Нет, все-таки, драконы — это змеи.
— Случай довольно интересный, поэтому я привлекла к работе целителей седьмого витка, к моему приходу они должны будут собрать материал для исследований с пострадавших адептов и начать искать пути решения проблемы. Вернусь — выберу наиболее удачный вариант, и начнем спасать бедолаг. Не думаю, что с этим будут какие-то трудности: за пару часов всех обесцветим. Включая, — она бросила насмешливый взгляд на нашу компанию, — наиболее одаренных.
Что ж. У меня отлегло от сердца: не хотелось бы мне надолго остаться благородного изумрудного цвета, при всей моей к нему благосклонности.
Да и адепты, узнав, что ничего страшного не случилось и скоро все будет исправлено, возможно, расхотят искать и четвертовать виновных…
— Благодарю, Маргрит. Теперь вы.
Ректор повернулся к нам.
— Адептка Бергшер, с остальными мне еще в прошлый раз все было ясно, но как вы-то оказались замешаны в безобразиях?
— В этот раз я их инициировала, — с достоинством призналась Беатрис. И ринулась в бой: — Они не виноваты! Это я. Случайно.
“Где-то я это уже слышал!” — мог бы сказать ректор, но промолчал, выслушивая душещипательный рассказ Беатрис о событиях, повлекших столь яркие последствия.
Из рассказа явственно следовало, что мы, будучи прекрасно воспитанными молодыми людьми, посещали купальни, где вели себя с присущей нам деликатностью, совершая омовение после отработок в мертвецкой, а Беатрис выполняла лабораторную работу, как вдруг в отношении нас внезапно и без всяких причин проявили агрессию неизвестные водники, подняв волну, перевернув алхимические колбы, а также сорвав выполнение лабораторной работы по алхимии и безнадежно испортив выданные ей, Беатрис, в лаборатории алхимиков ингредиенты.
Что примечательно — ни единым словом подруга не соврала. Просто деликатно обошла некоторые нюансы — ввиду их очевидной незначительности, естественно.
Мне хотелось аплодировать и рыдать от зависти.
Драконы слушали с искренней заинтересованностью на лицах. Как увлекательную сказку слушали!
— Что ж. Картина происшествия, в целом ясна, — заключил ректор Эйнар. — Мы еще уточним детали у второй стороны конфликта, но и без того я вижу, что была грубо нарушена техники безопасности. Адептка Бергшен, как вам в голову пришло, ставить алхимические эксперименты в общественном месте?
Беатрис только покаянно вздохнула, преданно глядя на драконов, и ректор махнул рукой, поняв, что внятного ответа не дождется.
— Наказание вам определит наставник Ауд. И я надеюсь, оно будет достаточно суровым, чтобы вы твердо запомнили: инструкции по технике безопасности обязательны к исполнению и не терпят пренебрежения. От себя рекомендую включить в это наказание участие в работах по очистке купален. Теперь следующий вопрос. Насколько я понял суть произошедшего, искусственная волна опрокинула колбы с красителями, и током магии их потянула по смежным бассейнам система циркуляции. Фильтры пропустили алхимическую добавку просто потому, что зачарованы на очистку воды от иных загрязнений, и в результате, все адепты, которые находились в воде, получили внезапное окрашивание.
Мы энергично закивали, подтверждая, что так все и было, хотя я, например, поняла не всё, и догадывалась, что имелось в виду, просто исходя из контекста. Но, если исходить из контекста — так всё и было!
— В таком случае, — ректор обвел нас всех взглядом, в котором теперь светилась искренняя заинтересованность. — Объясните мне пожалуйста, каким именно образом покрасились вы.
Вот и нашелся еще один плюс в ситуации: сквозь изумрудную зелень наверняка не видно, как пылают мои щеки краской стыда!
Что ж, если провалиться сквозь пол и развеяться пеплом не вышло — придется держать ответ за свои поступки:
— Мы испугались, что нас отчислят. После взлома мертвецкой у нас пятерых и так сомнительная репутация в глазах наставников — отработки только сегодня закончились. А тут новое происшествие, и опять мы рядом. Мы ведь не докажем, что не виноваты! Вот я и подумала, что если мы будем выглядеть пострадавшими, как все, то никто не узнает, что…
Я замялась.
— Что вы — участники ссоры с водными магами, которые втроем совокупным воздействием продавили защиту купален и опрокинули колбы, которых в бассейнах быть не должно было, и о которых водные маги не знали? — заботливо подсказал ректор.
Н-да. В такой трактовке — не так уж мы и не виноваты…
Я вздохнула.
В глаза драконам (особенно в ректорские глаза) смотреть не хотелось.
Ректор молчал, разглядывая нас и в отдельности меня с каким-то странным выражением.
— Знаете, адептка Релей, если бы вы проявляли чуть больше доверия к собственным наставникам и веры в то, что мы, как существа, несущие за всех вас ответственность, будем разбираться в ситуации, а не наказывать всех, оказавшихся рядом, я был бы вам очень признателен. Прошу вас, подумайте об этом.
В очередной раз обведя нашу разноцветную компанию взглядом, ректор вздохнул и спросил:
— Скажите, неужели прошлого раза вам не хватило, чтобы задуматься, что в критических ситуациях ваша предводительница реагирует решительно, но… — он замялся, словно подбирая выражение помягче, — но не слишком взвешенно?
Вот тут мне стало по-настоящему обидно!
— Вообще-то, лидер у нас Дейв! — вскинулась я.
И тут же смешалась под скрестившимися на мне
