— Лилиан,— сказал Эрик Янсен,— удивительная, талантливая женщина. Она верила в меня. Добившись в конце концов скромного успеха, я постоянно говорил, что обязан им Лилиан, потому что она поддерживала меня, когда я нуждался в помощи.
Я попыталась представить себе Лилиан в роли преданной вдохновительницы, поглощенной работой своего мужа. Мне потребовалось напрячь воображение. Я не могла увидеть Лилиан интересующейся чем-то, не имеющим отношения к ее бизнесу.
— Она, очевидно, знает очень многое о фарфоре и стекле,— сказала я.
— Да, значительно больше, чем Гарт. Он — всего лишь коммерсант.
Эрик аккуратно вытер рот салфеткой и протянул руку к бокалу с водой.
— Но ему нравится считать себя специалистом по стеклу.
— Скажи мне, Эрик,— я посмотрела на него, постаравшись придать своему лицу выражение искреннего интереса.— Каково твое мнение о Гарте Купере? Тебе, вероятно, известно, что я почти не знаю его, однако моя сестра явно высокого мнения о нем, поэтому я хочу понять, что он за человек на самом деле. Я не сразу решилась задать тебе этот вопрос, но ты давно знаешь его и явно способен высказать зрелые суждения. Я чувствую, что могу довериться твоей оценке. Как я и предполагала, он был польщен, но попытался скрыть это. Сдвинув брови, Эрик приготовился высказать зрелое суждение.
— Конечно,— произнес он наконец,— Гарт всегда был скорее другом Лилиан, нежели моим.
Я ждала. Эрик добродушно, как бы шутя, продолжил:
— Да, он коммерсант! И хороший! Блестящий, преуспевающий торговец! У него есть товар, пользующийся спросом, и он продает его весьма умело.
— Фарфор и стекло?
— Это так, во вторую очередь.
Он по-прежнему говорил легкомысленно, пытаясь скрыть свою серьезность.
— Талант Гарта заключается в умении продавать самого себя — не буквально, разумеется! Но он умеет нравиться людям, очаровывать их. Он мастерски играет роль «славного парня», как говорят англичане. Но за этим фасадом скрывается жесткий, сильный, способный бизнесмен. Меня ему не обмануть. Он может обманывать других, но только не меня.
— Мне кажется, он не подходит для Джины,— обеспокоенно сказала я.— Надеюсь, она в него не влюблена.
— Он ей нравится,— заявил Эрик.— Это очевидно. Но она слишком молода для Гарта. Я знаю, какой тип женщины импонирует ему.— Он поиграл ложкой.— Ему нравятся зрелые, умные женщины, а не легкомысленные девчонки.
Эрик виновато посмотрел на меня.
— Извини, я не склонен недооценивать твою сестру, она очаровательна, но..
— Понимаю.
Я отломила кусок от моего рогалика и намазала его маслом.
— Ты хочешь сказать, он предпочитает таких женщин, как Тереза.
— Именно.
Он снова принялся есть.
— Мне нравится Тереза,— неожиданно произнес Эрик.— Лилиан ее недолюбливает, но это естественно. Тереза — умная, образованная женщина. Страстная, тонкая, волнующая. Если бы я писал портреты...
Он замолчал и улыбнулся.
— Но я этим не занимаюсь! Однако если бы занимался, я бы обязательно нарисовал Терезу.
Моя ревность, смешная, но очевидная, мешала мне невозмутимо слушать, как он нахваливает Терезу. Чтобы сменить тему, я заинтересованно спросила:
— Какие картины ты пишешь, Эрик? Извини, я не знакома с твоими работами,— думаю, в Лондоне ты знаменитый художник.
— Вряд ли знаменитый! — расцвел он и заговорил о себе со сдерживаемым, застенчивым энтузиазмом, который почему-то показался мне трогательным. Оказалось, что он рисовал абстрактные картины и слегка увлекался сюрреализмом. Я сказала, что была на выставке Сальвадора Дали в нью-йоркском музее «Хантинг-тон-Харфорд». Мы немного поговорили об искусстве. Эрик отбросил свою напускную самоуверенность, и я увидела того человека, каким Эрик был, вероятно, много лет назад,— чувствительного, уязвимого молодого художника, преданного своей работе. Мне было совершенно непонятно, как прозаичная, деловая Лилиан могла когда-либо понимать его.
Возможно, на самом деле она никогда не понимала Эрика.
— Ты скажешь мне, если узнаешь новости о Джине, да? — повторил он, когда мы расставались в вестибюле моего отеля.— Мы с Лилиан хотим знать, где она и все ли с ней в порядке. Ты нам позвонишь, ладно?
— Конечно! — заверила его я и тепло поблагодарила за ленч. Потом я отправилась к себе. Я знала, что должна рассказать Уоррену о ленче, но я успела устать от него за утро. Оказавшись у себя в номере, вместо того чтобы позвонить, я прилегла на кровать.
В течение десяти секунд мои мысли упрямо и неотвязно вращались вокруг Гарта Купера. Вчера вечером он дал понять, что подозрения Терезы насчет Лилиан зародились три месяца тому назад, вскоре после их помолвки. Пытаясь вспомнить его слова в точности, я напрягла память, но в ней остался лишь общий смысл сказанного. Мне пришло в голову, что Гарт умел делать намеки, не говоря ничего прямо. Сейчас, поразмышляв, я поняла, что он старался убедить меня в том, что ревность Терезы к Лилиан — дело прошлого, однако рассказ экономки свидетельствовал о недавних бурных проявлениях этого чувства.
Тут какая-то неувязка, подумала я. В последнюю субботу Тереза должна была ссориться с Гартом из-за Джины, а не из-за Лилиан. Несомненно, сейчас в центре его внимания находилась Джина. Ситуация и неискренность Гарта повергли меня в уныние. Я снова начала тревожиться за Джину, причем это было связано не только с исчезновением сестры, но и с отношениями, существовавшими между нею и Гартом. Охваченная беспокойством, я подошла к окну, посмотрела в него, снова направилась к двери. В конце концов я схватила сумочку и побежала вниз, пытаясь избавиться от мук пассивного ожидания. Я решила пойти в офис Гарта и, не ломая голову над его намеками, задать ему несколько вопросов.
Контора Купера находилась в Найтсбридже. Будучи не в силах разобраться в линиях метро и автобусных маршрутах, я остановила такси, села на блестящее кожаное сиденье и принялась разглядывать мчавшийся мимо меня Лондон. Я представила себе Наставницу, Философа и Друга. Этот воображаемый персонаж всегда помогал мне общаться с Джиной. «Дорогая Клэр,— обратилось ко мне это исключительно здравомыслящее существо,— боюсь, ты позволяешь своему врожденному благоразумию предавать тебя. Пожалуйста, обрати внимание на следующие моменты:
1. Никогда не следует бегать за мужчиной — дождись, когда он сам придет к тебе.
2. Никогда не отрывай мужчину от его работы в офисе.
3. Выбрось из головы этого Гарта Купера, явно не внушающего доверия. Какое тебе дело до того, что он делает ложные намеки или преднамеренно врет? Суть заключается в том, что он рисует фальшивую картину и, возможно, обманывает тебя в других вопросах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
