репутацию мастера «камбэков», как сказали бы в двадцать первом веке. Умеет переламывать ход почти проигранных схваток. Так борьба продолжалась. Каждый балл мог стать решающим.
Пока схватка не началась, я вспомнил, как Лодочников свирепо расправился с прошлым противником. Он тогда тоже вроде бы проигрывал по очкам.
Но успел провести болевой на ногу. Вырвал победу буквально за секунду до окончания схватки. Нет, он очень опасен. Чертовски опасен.
Вот и сейчас Лодочников сразу бросился в схватку. Не жалея себя. Он еще отнюдь не проиграл.
Наоборот, ему надо работать. Отчаянно работать, что догнать и перегнать меня. Поэтому сейчас Лодочников работал агрессивно. Стремился любой ценой переломить ход поединка.
Атаковал раз за разом. Применял фирменные приемчики. Боковая подножка, зацеп изнутри, бросок через грудь. Вернее, пытался выйти на них.
Мне пришлось держаться настороже. Отбивать его атаки. Выжидать самому, чтобы контратаковать.
В какой-то момент Лодочников поймал мою ногу. Зашел чуть сбоку. Пытался завалить меня за ковер.
Я почти потерял равновесие. Чуть было не упал. В последний момент сумел извернуться. Ушел из цепкого захвата противника.
Тут же контратаковал. Пытался подхватить соперника под обе ноги. Но тот был начеку. Тоже отбился.
Так мы и работали потом. На встречном бое. Каждый пытался навязать сопернику свою манеру боя.
Лодочников делал ставку на резкие и взрывные атаки. Я работал вдумчиво. Выбирал лучшие моменты для техники. Жаль, что противник не давал возможности.
Краем глаза я видел Степаныча. У края ковра. Тренер напряженно следил за нами. Ага, значит, волнуется.
Наши парни тоже подбадривали меня криками.
— Давай, Волчара!
— Работай, черт тебя подери!
— Вперед!
Молодцы, только это зря. Их крики отвлекали меня. Я старался абстрагироваться от внешних раздражителей. Сконцентрировался на поединке.
Еще две минуты прошли в напряженной борьбе за захват. Лодочников атаковал меня. Я отступал. Доходил до границы. По сигналу рефери мы возвращались обратно.
Но в итоге Лодочников провел довки бросок. Я успел увернуться, но упал. Потерял один балл. Пока что еще сохранил преимущество. Но надо бы наоборот, забрать еще больше.
Я решил действовать более активно. Встал и сразу пошел на сближение. Старался забрать спину соперника.
Лодочников быстро догадался, чего я задумал. Оттолкнул меня. Попытался законтрить. Хотел устроить бросок через бедро с захватом руки.
Я блокировал его захват. Отступил назад. Противник опять атаковал меня. Мы тяжело дышали, стараясь зацепить друг друга. Как можно лучше для атаки.
Теперь Лодочников опять перехватил инициативу. Он старался опять беспрерывно атаковать. Чтобы найти слабое звено в своей обороне.
Он резко вышел вперед. На меня. Пытался схватить мои ноги. Частично ему это удалось. Очень рискованно.
Но я успел среагировать. Поджал ноги. Уперся руками в плечи соперника.
Мы застыли в этой позиции. Каждый старался перебороть другого. Я почувствовал, как напрягся Лодочников.
Понял, что он сейчас рванет меня. Попытается опрокинуть на ковер. Только вот как?
Ничего не вышло. Мы так и стояли. Лодочников тоже боялся. Думал, вдруг я поймаю его на контрприеме. И заработаю еще больше баллов.
— Стойка, — рефери сначала свистнул. Потом дал команду. — Стойка!
Он вернулся нас в исходные позиции. Каюсь, я облегченно выдохнул. Опасный момент позади.
Но расслабляться все равно нельзя. До конца схватки еще полторы минуты.
Я предчувствовал, что Лодочников будет атаковать. Опять, очень яростно. Ему нечего терять. Он сейчас забудет об осторожности.
Так и случилось. Лодочников яростно атаковал. Понимал, что проигрывает по очкам. Шел ва-банк.
Я отчаянно защищался. Даже не думал о том, чтобы провести бросок. Хотя можно было.
Только надо поймать его. В удобный момент. На время я уже не смотрел. Хотя понимал, что осталось совсем немного.
Наконец, Лодочников сумел провести зацеп ногой снаружи. Чуть не бросил меня на ковер. Я удержался.
Наконец-то я почувствовал силу в ногах. И почувствовал, как устал противник. Поэтому его попытка не очень меня удивила. Наоборот, я поразился, как он ослаб.
Я просто оттолкнул противника. Лодочников отлетел назад, нелепо взмахнув руками. Упал на бок. Тут же перевернулся на живот.
Не хотел дать мне возможность завершить прием сделать болевой.
Да только мне это не надо. Я просто наклонился. Подошел ближе. Схватил Лодочникова за талию. Приподнял, как будто мы тут вольники.
Противник отчаянно махал руками и ногами в воздухе. Тут же зацепился стопами за меня. Обвил меня ногами, как питон.
Я держал его спиной к себе. Отличная возможность для броска.
Для этого сделал подшаг вперед. Прижал сопротивляющегося Лодочникова к себе. Резко рванул его вверх. Лишил равновесия.
Отклонил голову назад. Толчком выпрямил ноги. Прогнулся в спине настолько, насколько мог.
Швырнул Лодочникова назад и в сторону. Он грохнулся на ковер. Первым делом упал на голову и плечи.
На мгновение соперник потерялся. Я тут же воспользовался этим. Атаковал его руку.
Привычно закинул ноги на Лодочникова. Оторвал руку, прижал к бедрам. И провел рычаг локтя.
Лодочников забился от боли. Но не сдавался. Я усилил нажим. Чувствовал, что сейчас его рука сломается.
Но Лодочников не сдавался. Вот упрямый ублюдок. Эдак без руки останется.
Он изогнулся туловищем. Встал на «мостик», чтобы уменьшить силу давления на локоть.
Эге, дружище, я понял твой замысел. Ты уже и так проиграл. По очкам.
Но слишком гордый, чтобы еще проиграть болевым. Хм, может тебя пощадить?
Дать возможность сохранить лицо? Не добивать болевым? До конца поединка все равно осталось совсем немного. Я и так выиграю.
Я слегка ослабил нажим. Лодочников тут же воспользовался этим.
Вывернулся ногами в сторону. В мою сторону. Ушел вбок. Крутанулся на месте. Под моими ногами. Оттолкнулся свободной рукой. Быстро вышел из моего захвата.
Теперь я не смог бы сделать ему рычаг локтя. Даже если очень захотел бы. Он уже вышел из опасной зоны.
Тут же он боднул меня головой. Схватил за руку. Перевернулся и толкнул в сторону. Уперся ногами в корпус и сам схватил мою правую руку на излом.
Вот дела. Эх, глупец. Теперь я сам попался в свой же трюк. Мог проиграть полностью.
Лодочников изогнулся всем телом. Мою руку держал в капкане. Взял на рычаг. Только уже беспощадно. Без капли жалости ко мне.
Уж он-то не допустит такой ошибки, как я. Из-за дурацкой сентиментальности.
Больно, чертовски больно. Рука как будто затрещала, как сухая ветка. Но это, скорее, в моем воображении.
Я зарычал от ярости. Схватил пойманную руку другой своей рукой. В замок. Потянул на себя.
Лодочников изо всех сил пытался заломить ее. Но я медленно согнул к себе.
