В глазах Брейдена засветилось понимание.
– Алекса, после того, как ты рассказала мне о твоей жизни после развода родителей, я понял, почему тебе пришлось строить стабильную жизнь.
– Я рада, что ты понимаешь, – с облегчением вздохнула Алекса. Слава богу, больше не надо оправдывать и защищать свою работу, тем более что чем активнее она убеждала Брейдена, тем отчетливее осознавала пропасть между своими детскими мечтами и теперешней жизнью. Подобные разговоры всегда заставляли ее подвергать сомнению все свои решения.
– Итак, работа у тебя хорошая, а как насчет остального? Ты с кем-нибудь встречаешься?
– Сейчас нет.
– Почему?
– Слишком много работала, ни минутки свободной. Но у меня были парни, – спохватилась она. Пусть Брейден не думает, что она вечная одиночка.
– Уверен, их было много.
– Но без серьезных обязательств, – неожиданно для самой себя призналась Алекса. – Это моя вина. Я слишком разборчива и слишком труслива. Я даже не уверена, что стремлюсь к любви. Она может причинить страшную боль. Я не хочу снова пройти через это.
– Не все браки заканчиваются разводами.
– Твой закончился. – Она немедленно пожалела о своих словах, но Брейден стойко принял удар.
– Ты права. Я последний, кого сам бы выбрал в советчики.
– Иви сказала, что твоя жена потребовала развода, когда ты еще лежал в госпитале.
Его губы сжались.
– Терпеть не могу, когда обо мне болтают.
– Это правда? – не отставала Алекса. – По-моему, это жестоко.
– Все было не совсем так.
– Значит, это было обоюдное решение?
– В конце концов, так и получилось, – согласился он.
– Думаю, легче, если супруги расходятся мирно.
– Ничего легкого в этом нет. Алекса, я натворил дел. Кинли натворила дел. Мы оба проявили не лучшие наши качества. Худшие. Брак не должен быть таким.
– Ты еще любишь ее? – Алекса спросила, не подумав, однако, уже задав вопрос, поняла, что очень хочет знать ответ.
Брейден долго молчал, прежде чем ответить:
– Нет.
Алекса ждала каких-то объяснений, но Брейден поднес чашку к губам, и стало ясно: он сказал все, что собирался сказать.
– Однако…
– Алекса, хватит об этом.
– Я отстану… через секундочку, – пообещала она. – Брейден, я никогда не сомневалась в твоей преданности друзьям. Ты не бросаешь людей, не отворачиваешься от них. Поэтому, если ты отказался от своего брака, значит, дело было совсем плохо.
– Она ушла первой.
– Не похоже на обоюдное решение.
– В конце концов, мы пришли к согласию, просто она сказала те слова первой. Все, тема закрыта.
Алекса откинулась на спинку кресла, размышляя, о чем бы еще поговорить.
– Простите, что прерываю ваш разговор, – произнесла подошедшая к их столику молодая женщина. – Я хочу пригласить вас на вечер по сбору средств на избирательную кампанию Дэниела Стоуна, кандидата в сенаторы. Мистер Стоун потрясающий человек. Он вырос здесь, в Сэнд-Харборе. – Женщина вручила им листовку. – Мы от всей души надеемся, что вы сможете прийти. Приглашаются все желающие. С трех до шести вечера в субботу. Дом Стоуна на Харбор Вью. Будет отличная еда, музыка и, разумеется, ответы на вопросы, так что вы сможете получше узнать мистера Стоуна. Надеюсь, мы с вами там увидимся.
– Благодарю вас, – вежливо откликнулась Алекса.
Женщина перешла к следующему столику, а Алекса взглянула на фотографию кандидата. Дэниел Стоун оказался очень привлекательным мужчиной лет тридцати семи-тридцати восьми, с каштановыми волосами и карими глазами. К тому же над кандидатом явно поработала целая команда стилистов. А еще он показался Алексе знакомым.
– Кажется, я где-то его уже видела.
– Конечно, видела. Мы прозвали его Гарвардом, а его друга Йелем.
Алекса уставилась на Брейдена, припоминая.
– Тот стильный парень, который устраивал вечеринки на папочкиной яхте?
– Он самый.
– Похоже, его честолюбие вознеслось выше победы в соревновании, кто больше пива высосет за час.
– Похоже. Правда, его затея меня смешит.
– Почему?
– Потому что он всегда считал себя выше всех. А теперь вдруг пожелал пообщаться с маленькими людьми?
– Ну, он старается завоевать голоса.
– Вот именно. А знаешь, возможно, Дэниел Стоун ровесник сыновей Джека Уэллборна, – задумчиво произнес Брейден. – Думаю, они вращались в одном кругу.
– Снова Уэллборн. Как будто все дороги возвращают нас к нему.
– Наш город маленький. Здесь не так уж много дорог.
– Ты прав. – Алекса отложила листовку. – Как ты думаешь, пленка уже готова?
Брейден кивнул и, поднимаясь, поморщился. Нога еще болела, но он ни за что бы не признался в этом.
Когда они направлялись к выходу, дверь открылась и в кофейню вошла женщина. Высокая и стройная, с коротко стриженными прямыми каштановыми волосами, в черных леггинсах, кожаном жакете и стильных сапожках.
Брейден резко остановился. Как и женщина. Напряжение словно заискрилось в воздухе.
– Брейден, – произнесла женщина сердито и в то же время неуверенно, будто не знала, какую ожидать ответную реакцию.
– Привет, Кинли, – сквозь зубы процедил Брейден.
Кинли покосилась на Алексу.
– Это твоя подруга?
– Какое это имеет значение?
– Просто стараюсь вести себя вежливо. Это маленький город, Брейден. Мы будем часто сталкиваться.
Брейден упрямо молчал.
– Я Алекса Паркер, – представилась Алекса, поскольку женщина повернулась к ней. – У моей тети антикварный магазин.
– Алекса? – переспросила женщина, как будто это имя что-то значило для нее. – Ну, Брейден, не думала, что тебе удастся преподнести мне еще один сюрприз.
– Мы уже уходим.
Брейден протиснулся мимо Кинли и выскочил за дверь. Алекса кивнула Кинли – не стоять же столбом перед ней – и последовала за Брейденом, уже переходившим улицу.
Он шел молча через проезжую часть и словно излучал ярость. Может быть, ни он, ни его бывшая не возражали против развода, но у них явно остались какие-то претензии друг к другу.
На противоположной стороне улицы Алекса догнала Брейдена и схватила за руку.
– Подожди.
– Чего тебе? – огрызнулся он.
– Ты в порядке?
– В полном порядке. Давай заберем фотографии.
