дне колодца в городском пригороде. В России мера была той же, но исполнена публично и беззастенчиво. Можно сказать, что более честно.
Впрочем, многие думали, что «жидовин» исполнял чью-то злую волю. Позднейшие события показали, что под подозрение должна была попасть группировка вокруг царевны Софии, которая к тому времени уже родила Ивану III четырех сыновей и была беременна пятым. Она явно стремилась обеспечить своим потомкам московский трон, с чем в итоге справилась. Врача привез ее брат, а устранил он главную помеху Палеологов к трону – царевича Ивана от предыдущего брака.
С другой стороны, иногда пытаются увязать Леона с «жидовствующими», в частности, возводя его деятельность к интригам Федора Курицина. Но, кажется, это только по созвучию этнической принадлежности. На самом деле нет оснований считать, что в привлечении венецианца какую-либо роль играл религиозный фактор. Иудей не только был допущен ко двору, но ему поручили лечение наследника престола. Сложно обнаружить здесь признаки антисемитизма[104]. Напротив, в Москве тогда евреев было немного и никакого негативного образа за ними не закрепилось. Магометан было существенно больше, и с ними тоже продолжали жить в мире, если они сохраняли верность государю. Конфессиональная ситуация в стране отличалась отсутствием конфликтов на религиозной почве. Приоритет отдавался подданству. В Московии уже в 40-е гг. XV в. допускалось строительство мечетей, среди присягнувших великому князю были многочисленные иноверцы, включая армян, мусульман и др. Чуть ранее такая ситуация сложилась в Великом княжестве Литовском, где князь Витовт также принимал на службу татар и выделял им места для поселения. С конца XV в. такая терпимость привела к тому, что в те земли активно стали переселяться гонимые из имперских и испанских владений евреи, группы которых именовались либо «сефарды», что с иврита переводится «испанцы», либо «ашкеназы», что происходит от названия Германии. В Венеции евреи селились уже в XII в., оформляясь во влиятельную торговую фракцию. Их местом был остров Джудекка – напротив собора Св. Марка. От них требовали носить специальные значки и вообще выделяли, но определенные свободы сохраняли. Ситуация стала ухудшаться с конца XV в., когда гонения на иудеев возглавила Церковь. В согласии с папским постановлением в 1516 г. венецианцы потребовали от иудеев переселиться в другую часть города-архипелага, в Каннареджо, утвердив там для них специальный район Ghetto Nuovo («новая литейка»), который превратился в имя нарицательное для обозначения еврейских кварталов – «гетто». Но тревожно стало еще раньше. В 1480 г. в Венеции были сожжены три еврея из Портобуффоле, обвиненные в убийстве христианского младенца. В 1492 г. началось изгнание сефардов с Пиренейского полуострова, в 1493 г. – из Прованса, в 1497 г. – из Португалии. Вряд ли отъезд Леона в Москву был как-то связан с угрозами его вероисповеданию, хотя поиск новых рынков для услуг таких, как он, специалистов нельзя исключать. В итоге он оказался первым казненным в России евреем.
Стоит упомянуть, что в это же время был известен Иуда Месир Леон – знаменитый итальянский раввин, богослов и врач, автор многочисленных сочинений, включая комментарии к книгам Аристотеля по логике («Органон»), этике («Никомахова этика») и физике. Он был известен также как автор еврейской грамматики и учебника риторики «Нофет Цуфим» (Nofet Zufim), который был единственной книгой, отпечатанной на иврите в XV в. при живом авторе, в Мантуе в 1475 г. В 1452 г. императором Фридрихом III, вероятно, за успешное лечение, ему было пожаловано дворянство. После этого Иуду бен Иехиэль должны были именовать Messer, то есть сокращенной формой от mio serro («мой господин») – евреи произносили как «месир» (mesir)[105]. Такой чести за всю историю в средневековой Италии удостаивались лишь три еврея, все врачи. Впоследствии титул Messer его сын Давид использовал как часть своей фамилии. Имени Иуда в согласии с принятой традицией соответствовало Леон, отсылавшее к библейской метафоре льва как воплощения колена Иудина. Таким образом, для современников он был евреем мессиром Леоном. Кроме того, родился он в местечке Монтеккьо-Маджоре в 12 км от Венеции, то есть был венецианцем.
По итальянским источникам, мессир Леон прожил долгую жизнь. Появился он на свет примерно в 1420–1425 гг. В 1456–1469 гг. учился в Падуе, где получил докторскую степень. Потом в Болонье. Затем перебрался в Венецию, но в 1473 г. стал раввином в Мантуе, откуда был изгнан из-за конфликта с другим талмудистом. С 1480 г. Леон обосновался в Неаполе, где, как считают, встретил старость, основав для евреев учебные классы. В свою академию он привлек «22 посвященных раввина… из Франции, Германии и других стран», как вспоминал его сын Давид, который позднее также стал известным раввином. Ничего уверенного о сроках жизни Леона в Неаполе сказать нельзя. Под 1499 г. он упоминается как давно умерший, но, когда точно это произошло – гадают.
В 1489-м или 1490 г. Давид уехал учиться в Падую, откуда вернулся в Неаполь только в 1492 г. В 1495 г. Южную Италию захватил Фердинанд Арагонский и немедленно изгнал оттуда евреев. Давид с другими семьями вынуждены были эмигрировать в Османскую империю, где к иудеям относились терпимее. Сначала они жили в Константинополе, а потом – незадолго до 1504 г. – в Салониках. Распространено мнение, что Леон уехал с сыном и умер где-то на Балканах, называют даже город Монастир (Битола) в Македонии. Но это только предположения.
Наш лекарь в Софийской летописи назван «жидовин мистр Леон», а в сводах 1497-го и 1518 гг. речь про «лекаря жидовина мистро Леона из Венеции»[106]. Разительная схожесть имен, конечно, могла быть случайной. Х. Тирош-Ротшильд, биограф Иеуды Мессир Леона, считал, что «вероятность» того, что его героя «можно отождествить с неким врачом по имени Леон, который, как сообщается, был казнен в Москве в 1499 году, очень мала»[107]. Исследователь путал дату и определенно не пользовался русскими источниками, а потому не знал, что упоминается не просто лекарь Леон, а венецианец «мистро» Леон. Представить себе, что знаменитый рабби отправился в сопровождении титулярного византийского императора в далекую страну, где нет антисемитизма, ничуть не менее допустимо, чем его путешествие в Константинополь, где его сын потом искал того же – места для безопасного существования.
Примечательно также, что Леон был учителем каббалиста Иоханна Алеманно, который служил учителем у Пико делла Мирандолы, познакомил этого адепта мистики с иудейскими эзотерическими знаниями, в том числе каббалой. Пути этих познаний при определенном усилии можно привести к основам «ереси жидовствующих», распространившейся тогда в Москве и про которую мы толком ничего не знаем. Из названия можно понять, что речь о каком-то влиянии иудаизма, но далее сказать сложно. Поскольку ересь была разгромлена и причастные казнены, то аутентичных материалов не осталось. Кроме того, хронологически венецианец пробыл в России буквально несколько месяцев – приехал в конце декабря или начале января, а в марте уже арестован. И наконец, это мог быть совсем другой Леон. Например, магистр Леон – тоже еврей, про которого известно, что в 1474 г. в Риме папа Сикст IV выдал ему
