Когда полки понеслись в долину, капитан Нолэн, ехавший в передней линии, поскакал галопом, размахивая саблей, что-то крича и указывая в направлении высот. Но было уже слишком поздно. Русские открыли огонь, и капитан Нолэн был тут же убит. Конь вздыбился под ним и понесся вскачь сквозь боевые порядки, волоча за собой тело убитого офицера.
Русские стреляли отовсюду, но Легкая бригада продолжала атаку. Через полчаса полк был почти уничтожен. Оставшиеся в живых британцы почти добрались до позиций русской артиллерии. Потом единственный оставшийся в живых офицер обнаружил, что в седле держатся только четырнадцать человек, причем один из них был верхом на русской лошади. Он поймал ее, когда его лошадь была убита. Они начали отступать и перестраивать боевой порядок. На поле боя появились вражеская конница и казаки. Они безжалостно убивали раненых и пеших британских солдат. Тяжелая бригада пошла в наступление с других позиций, но тоже попала под огонь русской артиллерии и была вынуждена отступить. Затем в бой вступили одиннадцатая и семнадцатая бригады. Они атаковали противника. Завязалась рукопашная схватка. В какой-то момент британцы получили перевес над русскими.[14]
Самым примечательным в этом бою было то, что ни один солдат не бросил позиций, наоборот, они продолжали наступать. Несмотря на подавляющее преимущество противника, никто не отступал. Убитые солдаты падали на землю, но Легкая бригада смыкала ряды и продолжала бой. Их самоотверженность была просто невероятной! Что вело их в бой? Какие мотивы? Это не только героизм, но и пример того, каких высот можно достигнуть посредством сильного племенного поведения.
Израиль – еще один хороший пример. С первых дней создания государства в 1948 г. Израиль подвергается постоянным нападениям. Преодолев свои внутренние разногласия, евреи упорно защищают благополучие Израиля. Молодые люди отдают и отдают свои жизни за то, чтобы сохранить на Земле племя Израилево, но никто и не думает отказаться от борьбы.
Дважды на протяжении столетия мы наблюдали подобный феномен в Южной Африке. Первый – англо-бурская война на переломе веков, когда местные фермеры выступили против руководящей роли Британской империи. Они проявили фантастическое мужество и героизм, но победа стоила жизни большей части населения, и в итоге фермеры потерпели поражение. Второй пример – гражданская война в Анголе в 1975–1992-х и в 1998–2000 годах.
Три столетия небольшая группка переселенцев из Европы удерживала в своих руках власть и вкладывала все силы в то, чтобы защитить свое племя. Война в Анголе изменила ситуацию в корне. За двадцать лет противостояния погибло множество людей: черных и белых, таких же молодых, как солдаты из Легкой бригады.
Ближневосточный «племенной» конфликт в какой-то мере похож на противостояние черной и белой рас в Южной Африке. Одно маленькое племя вынуждено бороться за выживание среди больших и сильных племен. Белые из Южной Африки вынуждены были уступить черным под натиском международной общественности. У них не было выбора, поэтому им пришлось отдать власть коренным жителям – черным. Я, конечно, не пророк, но мне кажется, что такая же участь может постигнуть Израиль, если его перестанет поддерживать самое сильное племя в мире – Соединенные Штаты. До тех пор, пока племенное поведение Израиля не будет учитывать интересы Палестины и других соседних стран, проблема не решится.
Грэга поразило, что Батч так спокойно рассказывает о таких драматических событиях мировой истории.
– Почему же племенное поведение существует до сих пор? – спросил он.
– Мне кажется, у каждого человека есть врожденная потребность – принадлежать к какой-нибудь группе. И существует она с незапамятных времен, – ответил Батч. – Пожалуй, сегодня это единственная проблема человечества! Люди стремятся объединяться в группы. И в большом, и в малом. Мы не можем уйти от этого. В результате это приводит к страданиям, войнам, нищете и порокам. Во многих странах правительства ведут себя так, словно противниками их «племени» являются простые граждане. Богатые объединяются в борьбе против бедных, черные собираются в племя, чтобы дать отпор белым, и наоборот.
– Может быть, если в компании четко установлены цели, то такое племенное поведение будет не так сильно выражено? – предположил Грэг.
– Сколько программных заявлений разных компаний тебе доводилось видеть? – спросил Батч.
Грэг сразу же вспомнил покрытые плесенью рамочки – на стене в вестибюле «Тэралоджик».
– Много, – честно ответил он, – но вряд ли от них был хоть какой-то толк.
– Мне тоже приходилось их видеть. Они совершенно бессмысленны. Потому что учитывают какое-то предполагаемое, мифическое устройство организации. Я-то думаю, что все эти программные заявления и перспективные планы – детские попытки придать какую-то структуру «племенной» жизни в компаниях. Другими словами, это проявление ритуального поведения руководства, а рабочим приходится с этим мириться. Большая часть организаций в основном находится в стабильном состоянии. Год от года в компаниях выполняется одна и та же работа. Люди ощущают себя более или менее уверенно. Они соотносят себя со своей компанией-племенем. Все их поведение связано с работой в компании-племени и с отношениями внутри компании-племени! Руководству не всегда хватает знаний и умений, чтобы управлять этим социальным феноменом. Лишь некоторые руководители интуитивно чувствуют, что развитие коллектива идет по законам развития племени. Они пользуются этим. И весьма успешно!
– О-хо-хо, – печально вздохнул Грэг, вспомнив, как пытался составить программное заявление и перспективный план развития организации. Он наивно надеялся, что рабочие живо откликнутся, и тогда… – Вот вы рассказываете о коллективе-племени, и это очень впечатляет. Но я вложил столько труда во все эти программные заявления…
– И что, твои рабочие стали лучше трудиться? – спросил Батч.
– Да нет…
– Спорим, ты думал, что сможешь заставить их проникнуться всеми этими красивыми словами в программном заявлении! И тогда-то они горы свернут, – заметил Батч.
– Думал, – сознался Грэг.
– Этого никогда не случится, – жестко сказал Батч.
– Почему? – спросил Грэг.
Его удивила резкость Батча.
– Потому что ты противопоставляешь себя племенам в твоей организации.
Грэг снова вспомнил о производственниках, эксплуатационщиках, плановиках и снабженцах. «Наверное, Батч прав. Они все ведут себя, словно маленькие племена, и пекутся только о собственном интересе и благе», – подумал он.
– Вы правы, – признал Грэг, – но как же изменить эту ситуацию?
– Вместо того чтобы писать программные заявления, займись созданием нового племени, – ответил Батч. – Пусть у его членов будут такие же мощные мотивы, как у солдат из Легкой бригады, израильтян, палестинцев или южноафриканцев. Такая общность сама себя подпитывает. Все члены такого племени готовы на подвиг и самопожертвование. Заставить жертвовать собой невозможно! В магистерских программах по деловому администрированию такому поведению уделяют совсем немного внимания. Студентов учат быть членами общеуниверситетского племени, а не тому, как выжать все до последней капли из подчиненных, которыми они когда-то будут руководить.
– В своей компании вы создали такое племя? – спросил Грэг.
– Да, – ответил Батч, – когда ты создашь свое племя, ты станешь выдающимся руководителем.
– И как мне его создать? – спросил Грэг с волнением в голосе.
В трубке снова стало тихо.
– Кажется, я зря это спросил, – пробормотал Грэг.
– Попробуй составить характеристики сильного племени, в котором у людей хорошие мотивации. Составишь – сразу звони! – сказал Батч. – Вот тебе подсказка. Всего существует пять особенностей племенного поведения и двадцать две характеристики. Тебе нужно сформулировать их и понять, как они действуют. Тогда ты сможешь использовать их в своей компании, как мы используем их в «Кэйп Индастриз».
