не то что сбегать, а даже ходить не могла. И поебать мне, что будет с твоим спиногрызом. Это первое. Второе. Еще раз соврешь — кончу я. Тебе в ротик. Я этого хочу с тех пор, как впервые тебя услышал, а так как врешь ты часто, то долго ждать мне не придется. Да и тебе профилактика от вранья не помешает. Все уяснила?
Киваю.
Это просто катастрофа! За что?! Чем я заслужила все это безобразие?!
Глава 38. ОН
Блядь, какая же у нее сладкая киска. Сам не знаю как смог остановиться. Но есть ощущение, что мне очень не хочется с ней спешить. Хочется осторожно к ней шары свои ноющие от воздержания подкатывать. Чтобы не вспугнуть. А Лерочка у меня очень пугливая девочка. Даже сейчас. Я уже отпустил ее. А она так и стоит, будто оцепенела.
Сам натягиваю трусики на ее аппетитную попку. Помогаю одеться и открываю дверь из каморки.
Информация о том, где прячется моя спутница стоила мне до смешного дешево. За такой фееричный финал ее побега я мог бы заплатить гораздо больше.
Лера нерешительно выходит за мной следом из каморки. Щеки раскрасневшиеся. Лоб покрыт испариной. Глаза стыдливо прячет.
Ох, малышка. Знала бы ты насколько привлекательна сейчас. Хочется затолкать тебя обратно в эту тесную подсобку и выебать во все дырочки. Но вместо этого я только утыкаюсь носом в ее макушку и говорю:
— Зай, ты вроде писать хотела. Тебя проводить в туалет? Или в этот раз сама найдешь?
— Сама! — она вспыхивает еще сильнее.
— Хорошо. Я все еще жду тебя за столиком.
Она нервно кивает и бегом припускает по коридору в сторону туалета. Я надеюсь на этот раз я все же достаточно доходчиво объяснил, что от меня убегать не в ее интересах.
Возвращаюсь в зал. Официантка тут же материализуется у моего столика:
— Не нашли? Она точно должна быть там!
— Нашел, — поднимаю взгляд. — И убил. А ты теперь пойдешь как соучастница преступления. И всего-то за каких-то сто баксов.
Девица белеет. А потому что не люблю я продажных шкур. Вдруг бы я и правда маньяком был, а она вот так просто мне Лерочку сдала с потрахами. С такими как она в разведку точно не пойдешь.
— Избавишься от тела и заметешь следы, иначе оба сядем, — продолжаю потешаться я с невозмутимым видом.
Официантка похоже уже готова в обморок шлепнуться, но тут к столику подходит Лера:
— Артур, я… — мямлит, пряча свои красивые глазки. И я уже жалею, что не кончил сам в той каморке, потому что сделать это посреди ресторана будет куда более неловко.
Жестом велю ошалевшей официантке удалиться. Подаюсь к Лере навстречу, ловлю ее ручку и усаживаю смущенную девушку рядом с собой. Блядь, как я кайфую от ее запаха.
— Поешь, — велю я, тараня взглядом ее висок.
— Я не голодна, — шепчет она. И в противовес ее словам, ее живот издает тихий рык.
Утыкаюсь носом в ее ушко:
— Выбираешь сама поесть курицу или чтобы я накормил тебя своей спермой?
Лера явно дико смущена и возмущена. Она ведь приличная девочка и для нее такие речи слишком. Однако берет вилку и принимается есть.
Хорошо. Мне нравится смотреть, как она берет что-то в рот.
Будь мы сейчас наедине, а не посреди ресторана, я бы даже вздрочнул на эту картинку.
Сам не понимаю, почему меня так прет от нее. Я хочу ее настолько, что готов буквально сожрать. Но почему-то все еще сдерживаюсь. Хотя яйца болят от одного взгляда на нее.
Красивая. Безара нет. Но это ведь не повод забить на все и сутками караулить чужую жену?
Глава 39
Через силу запихиваю в себя еду, только чтобы побыстрее закончить и убраться отсюда. У меня такое ощущение, что у меня на лбу написано, что меня только что в каморке… а что собственно со мной сделали? Не изнасиловали же. Это сложно назвать насилием. Ладно, пусть будет отшлепали.
Кусок застревает поперек горла, и не хочет проглатываться, когда я воспроизвожу в сознании, что со мной только что делал этот дикарь. Где это вообще видано, вот так брать чужих жен и… лизать.
Боже!
Неловко ерзаю на мягком диване. Ощущение, что я все еще чувствую его язык у себя между ног.
Стискиваю бедра, когда замечаю что Артур наблюдает за мной, как за каким-то зверьком в зоопарке. И чего пялится? Однако вопросов ему задавать не рискну. Мало ли за что еще ему вздумается меня наказывать.
— Вкусно? — нарушает он тишину.
— Мгм, — мычу, продолжая жевать.
— Ты тоже, — ухмыляется он, и недвусмысленно облизывается.
— Хватит! — взвизгиваю я. — Все, я наелась, спасибо!
Выскакиваю из-за стола и иду прямиком к выходу. Сил моих больше нет. Да и времени рассиживаться тоже. Меня уже ждет риэлтор.
Понимаю, что уйти одной Артур мне все равно не позволит, поэтому выйдя из ресторана останавливаюсь около его машины. Надо все решить полюбовно. Объяснить ему, что я в конце концов взрослая женщина и все эти игры для меня совершенно неприемлемы.
— Садись в машину, — велит Артур, едва выйдя из ресторана.
— Простите, Артур. Я хотела поговорить.
— Садись и поговорим, — отвечает безапелляционно.
Раздраженно выдыхаю, но все же подчиняюсь. Артур открывает передо мной дверь на переднее пассажирское, а сам идет к водительской двери.
Мне дико неловко после того, что случилось в каморке, но я все же собираюсь с силами и как только Артур оказывается на соседнем сиденье, выпаливаю на одном дыхании:
— Вы меня извините, Артур, и спасибо за помощь, но дальше я бы хотела поехать сама.
Он задумчиво глядит на меня:
— У тебя есть права?
— П-при чем тут права? — выдавливаю я.
— А как же ты поедешь?
— Как обычно, — пожимаю я плечами. — На автобусе.
— А чем тебя машина не нравится?
— Почему не нравится? — непонимающе хлопаю глазами.
— Значит машина тебе нравится, но ты хотела бы уехать сама. Очевидно тебе не нравлюсь я?
Он смотрит испытующе и даже немного насмешливо. И поэтому я не понимаю, насколько серьезно он задал вопрос, ответ на который мне кажется вполне очевидным:
— А вы ожидали другого? — отвечаю вопросом на вопрос. — Вы меня против воли удерживаете рядом. Наказываете за то, за что даже административный кодекс РФ не наказывает. Еще и… домогаетесь. Шлепаете, как провинившегося ребенка, что вообще ни в какие ворота уже не лезет, — выговариваю я все, что накипело, потупив взгляд. Чувствую, как щеки горят. — И
