Алик, лежавший, задрав ноги, на тахте, даже приподнял голову: кто это мог шепнуть такую глупость? Но никого не увидел. Он снова было погрузился в острый синкопный ритм песенок Джексона, представляя, как они с Флорой закрутят брейк на школьной дискотеке, как голос повторил нахальное: "Ну, что я тебе сказала?! Сядь к окну!.."
Алик подпрыгнул и сел на тахте. Джексон закончил песенку и вдруг на ломаном русском языке сказал: "Альек, сьядь кьё кну!"
На этот раз у Алика мурашки пробежали по спине. Он проследил, как последняя спрыгнула со спины, и поднялся. Стул, который аккуратно стоял у стола, вдруг медленно пополз и встал у окна, словно приглашая его сесть.
- Обвал Петрович!.. - прошептал Алик.
Ноги его сами двинулись к окну, и через секунду он уже сидел.
Алик выглянул в окно и увидел, что на скамейке, где обычно восседал старушечий парламент, греется на солнце одна Грымзина*.
_______________
* Грымзина Мария Ивановна (Анна Мандоне), род. в 1792 г. в Милане, в семье рыбака Джованни Мандоне. 13-й ребенок от третьей жены торговки Франчески. Уже в 1811 г. она вынуждена была бежать из Милана по подозрению в краже церковных денег. Известная мошенница, сводня и развратница, несколько раз приговаривалась к различным срокам тюрьмы, но постоянно сбегала, вследствие чего сделалась персоной "нон грата" ряда европейских государств. Убита в 1837 г. слугами сэра Ральфа Ричардсона, английского скототорговца. В СШД с 1907 г. Неоднократно участвовала в земных авантюрах, проявив себя самым лучшим образом. Имеет несколько благодарностей и наград. Изобретательна, хитра, коварна. Имеет звание Магистра 2-й степени, снабжена портативным накопителем биоэнергии, а также биотрансформатором. Давно рекомендована в Магистры 1-й степени. - Прим. авт.
Сидела она странно, слегка отклонившись вбок и, несмотря на такое градусов 45 отклонение, - тем не менее не падала, а держалась. На глазах у нее были темные очки.
- Ну что, о Флорке тебе рассказать?.. - хихикнула Грымзина, и голос ее прозвучал так близко, что даже защекотало в ухе у Лаврова. - Флорка, девка ого-го!.. Через год уже родит, а дальше пойдет вкривь и вкось!.. Пойдет по рукам, станет наркоманкой, вылечится, отсидит три года, а потом меня переплюнет!.. Ты еще школу не кончишь, а увидев ее, на другую сторону улицы переходить станешь, а на втором курсе института, когда она из колонии выйдет, ты воровски придешь к ней по ее зову, согрешишь, дашь деньги и сбежишь, а потом всю жизнь будешь каяться, стараться забыть, да не сможешь...
Алик не ответил. Он только почувствовал, что все сказанное - правда, и от этого ощущения, что ему приоткрывают завесу над будущим, он и не мог выговорить ни слова.
- Что, чувствуешь, правду говорю?.. Но вот дальше произойдет потрясающий поворот!.. Ну кто такая будет Флорка Галимзянова?.. Правильно, такая и растакая! И вдруг жена известного кинорежиссера - это в тридцать лет! Начнет сниматься, мелькать, и когда вернется в родной город, все будут толпами ходить за ней!..
Голос вдруг сладко, с легким ржанием рассмеялся.
- Нет, ты, конечно, не побежишь, кандидат наук, как же, педагог вуза. Но она сама придет! Скажет: "Здравствуй, Алик-скотобаза!.." А ты засуетишься, начнешь прогибаться, будешь заискивать, чтобы, не дай бог, она не проговорилась твоей жене о прошлых грешках, а едва останетесь наедине, как ты тут же начнешь Флорку лапать, намекать на встречу, но Флорка повернется и уйдет... На этот раз навсегда, и ты ее больше не увидишь!..
- Это не моя жизнь!.. - вдруг сказал Алик.
- А чья же?! - зловеще усмехнулась Грымзина. - Правда, имеется у меня еще одна фамилия, но тот, второй, не по научной части... От судьбы, милок, не уйдешь!..
- А шанс у меня есть?.. - облизнув сухие губы, спросил Алик.
- Шанс у каждого есть! Причем все знают, что судьба дает ему ш а н с, и даже пытаются его использовать, но как?! Вполсилы. В то время как шанс - это милостыня судьбы! Она не дала тебе сразу все, что дает обычно другим, она дала тебе лишь один шанс. Один шанс из тысячи!.. А вдруг?! Это все равно что на скаку в седло влететь. И уж в бросок этот заветный надо все силы вложить!.. Ну?! Оп-па?! Ну-ну-ну?!
Алик, подталкиваемый этими воплями, чуть в окно не выскочил. Хоть и второй этаж, но все же... Грымзина вовремя его удержала, потому что высасывала из Алика электричество, а вместе с ним и сведения о его поездке в Вечернюю страну.
Собственно, из этих сведений она ничего не узнала, а энергию высасывала уж так, в охотку, потому что состояла в обществе собирателей Энергии, и каждый год Грымзину за большую энергоотдачу премировали ценным подарком. Она любила ценные подарки.
- Ну что, Джексона тебе поставить?! - спросила Грымзина, видя, как Алик начинает клевать носом - как-никак полторы тысячи киловатт нахватал Алик во время двух полетов.
- Можно, - засыпая, проговорил Алик, хотя, честно говоря, ему было уже все равно: Джексон или Леонтьев.
Да-да, именно Грымзина из девятнадцатой квартиры и являлась тем самым агентом Союза Шумных Деятелей, который по соглашению с СТД был завербован для ведения слежки за Крюковым. Вот почему, несмотря на свой серьезный возраст, она проявляла неслыханную прыть в отношении своего соседа, и любой средней руки чекист давно бы заинтересовался столь неуемным интересом к собственной персоне, но Азарий Федорович даже предположить не мог, что шумовики могут вести себя так глупо. Ибо, будучи сам Магом высшей квалификации, он и других мерил по себе.
Грымзина же, хорошо зная Креукса, сработала ловко и легко, собрав всю нужную ей информацию за половину отпущенного ей срока. Можно было бы и возвращаться. Но на земле было хорошо, Грымзина пристрастилась к ряженке, которая оказалась намного вкуснее энергосоуса РС-5, который стоил к тому же очень дорого. И еще Грымзиной хотелось понять, почему Великий Маг стремится в какую-то паршивую Вечернюю страну из-за глупой бабенки?! Ведь Великие Маги могут выбрать, внушить любовь к себе лучшей земной красавицы, а он страдает из-за пыльной полутени?! Чего, спрашивается, еще надо?! Жизнь на Земле, в любой точке земного шара, два отпуска в году по два месяца, отдых в любом уголке Вселенной, хорошее питание (в СССР - за билетом, в химчистку и в баню - вне очереди) и множество других льгот, о чем только Магистры могли мечтать; их возможности ограничивались лишь вот такими, как у Грымзиной, краткими командировками, в то время как Великие Маги жили на Земле почти постоянно. Поэтому за каждое место из девятнадцати велась отчаянная борьба, каждый из них зорко следил за всем, что происходит вокруг, имел свою команду среди Магистров 1-й степени, которые доносили обо всем, что творилось в Аппарате и Канцелярии. Один Азриэль фон Креукс был равнодушен ко всей этой возне. Может быть, оттого, что он обладал тайной эликсира и никто не решался посягнуть на его репутацию, ибо приобретение эликсира - а Креукс обещал перед смертью передать его Правлению СТД - во многом бы облегчило бремя земных инспекций.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
