инсулы «Кордилина», а также юридическую контору в том же здании на пятьдесят седьмом этаже. Каждый день он показательно возвращался из конторы на верхний уровень, проводил там какое-то время, а потом отправлялся в свой настоящий дом, тайное убежище, о котором не знал никто, даже его ближайшие помощники.
После судьбоносной встречи в Звездном павильоне Николас потерял покой, сбился с привычного ритма и почти перестал спать. За последнюю декаду он виделся с Себастьяном Лангвадом и его невестой дважды: один раз в своей конторе, а потом на очередном приеме. Разговаривали они мало. Чаще всего Анна молча слушала, но Нику казалось, что она вникает не в слова, а в их тайный смысл. По этой причине все его попытки скрыть свое влечение были обречены на провал. Прекрасная гостья видела его насквозь.
Холдер ожидал, что Себастьян станет расспрашивать его о своей семье, но тот ни словом не упомянул мать или сестру. Лангвад говорил только о забастовке шахтеров на Кали, о задержке поставок, о штрафных санкциях. Складывалось впечатление, что даже собственное похищение не волнует его так, как добыча муранового сырья.
На первый взгляд, спасение Себастьяна представлялось чистым везением, счастливым стечением обстоятельств, но Ник, как никто другой, знал, что в жизни не бывает случайностей. К тому же ему явно заговаривали зубы. Холдер не был новичком в своем деле и прекрасно понимал, что Себастьян пытается отвлечь его внимание. Вопрос в том, от чего? К чему был разыгран весь этот спектакль?
Ник не допускал мысли, что его кузен превратился в послушную марионетку своих спасителей, но вся эта история с женитьбой на иноземной красавице вполне могла обернуться большим вселенским заговором. До сих пор тайна семьи Мортимер была для Ника чем-то вроде легенды, священного знания, теперь же она внезапно материализовалась и стала осязаемой.
Глава 4
Задерганный текущими делами, усталый Николас едва дождался возможности покинуть контору. День выдался напряженным, да и сам он постоянно находился на взводе. Не задерживаясь в своих апартаментах, Ник спустился на персональном лифте на самый нижний уровень и затерялся в извилистых коридорах подземки. Он привычно, почти автоматически пересаживался на станциях из одного поезда в другой, произвольно меняя остановки и направления.
Весь этот извилистый маршрут служил только одной цели — сбить со следа потенциальных преследователей или отцовских шпионов. На самой дальней окраинной станции Ник отпер специальным ключом неприметную дверь и оказался в капсуле индивидуальной ветки подземного тоннеля, которая автоматически доставила его на крохотный перрон к тяжелой бронированной двери.
Когда толстая металлическая плита с тихим шелестом закрылась за его спиной, Николас с облегчением выдохнул. Наконец-то он дома! На ходу срывая с себя одежду, он прошел прямо в комнату для личной гигиены и встал под душ. Упругие струи прохладной воды ударили в его поднятое кверху лицо, потекли по телу, смывая тревогу и напряжение, давая возможность хоть ненадолго расслабиться. Здесь Ник чувствовал себя в полной безопасности. Он стоял с закрытыми глазами, поэтому не увидел яркой вспышки и пропустил момент появления в доме неожиданной гостьи.
Анна легким движением избавилась от световой оболочки и с любопытством огляделась. Комната, в которую она попала, была просторной и напоминала обжитой, уютный грот. Ее потолок и стены так и остались грубо обработанной горной породой, но шелково гладкий плиточный пол и окно во всю стену придавали комнате своеобразную изысканность. Излишне самобытный интерьер оживляли красивые ковры и полупрозрачные драпировки.
Волшебница подошла к окну и удивленно ахнула. Где-то далеко внизу виднелся парк с неровным рельефом, засаженный тонкими местными деревьями, между которыми поблескивали зеленовато-голубые лужицы небольших водоемов. Дом Николаса Холдера был вырублен прямо в теле неприступной скалы. Гостиная, спальня, маленькая столовая, кабинет и душевая, вот и все, что здесь имелось, но для человека со скромными запросами этого было вполне достаточно.
На матовых поверхностях баснословно дорогой деревянной мебели были расставлены антикварные вещицы, попавшие на Абсалон еще в эпоху Великого переселения, на стене над мягкой кушеткой висел гобелен ручной работы, а на низком столике лежали листы настоящей бумаги. Это оказались рисунки, сделанные угольным карандашом, и на каждом из них была изображена она сама.
Привлеченная характерным шумом воды, молодая волшебница заглянула в душевую и увидела за стеклянной перегородкой моющегося Николаса. Анну вырастили эльфы, которых не смущала нагота, но она впервые в своей жизни смотрела на обнаженного мужчину с определенным интересом. Нет, не смотрела, а откровенно подглядывала, и ей понравилось все, что удалось рассмотреть.
Ник вышел из-за стеклянной перегородки и по привычке встал на светлый круг, где из-под пола через крохотные отверстия подавался теплый воздух. Но ему стало жаль тратить на обсушку драгоценное вечернее время, поэтому он накинул халат на еще влажное тело и поспешил к своим рисункам. Небрежно промокая волосы полотенцем, Ник вышел из душевой и обомлел. На его кушетке, словно материализовавшаяся мечта, сидела Анна Корвел-Хартли.
В первый момент у Ника мелькнула мысль, что после нескольких бессонных ночей он умудрился задремать в вагоне подземки, но сердце уже тревожно колотилось в груди, и все его инстинкты разом ощетинились.
— Доброго дня, Николас, простите, что пришла без приглашения.
Поскольку в этот дом НИКОГДА не приглашались гости, голос Холдера прозвучал излишне резко.
— Как вы сюда попали?
— Пришла по вашему следу.
— Вы следили за мной?
Волшебница озадаченно моргнула и пожала изящным плечиком.
— Не знаю, как правильно ответить на ваш вопрос. Я могу прийти в любое место, где бы вы ни находились.
Николас совершенно точно знал, что за ним не было слежки по пути домой, он бы ее почувствовал. И что означало подобное утверждение? Он только сейчас вспомнил, что кроме халата, на нем ничего нет, и на всякий случай потуже затянул пояс.
— И кто подсказал вам, где меня искать? — ни одному человеку не было достоверно известно, кому на самом деле принадлежит дом в парке Нолана.
— Вы сами, Николас, ваш след привел меня сюда. Я пришла, потому что очень нуждаюсь в помощи.
Ник ни на секунду не поверил в мнимую слежку, но просительные нотки в нежном голосе взывали к его благородству и профессиональному долгу. Он прекрасно знал, что, скорее всего, это прямой путь в западню, и все равно сделал первый шаг.
— Что-то случилось? Вам нужен адвокат? Дайте мне пару минут, чтобы привести себя в порядок, а потом я внимательно вас выслушаю.
Его взгляд упал на рисунки, по которым Анна рассеянно водила пальчиком. Вот идиот, как он мог о них забыть!
— Мне не нужен адвокат,
