На этот раз, вместо поцелуя он до боли прикусил мою нижнюю губу и, отпустив, стал зализывать место укуса, отвлекая. А сам в это время начал входить в меня плавным, но уверенным движением. Чуть подавшись назад, он снова толкнулся вперёд, теперь уже резче и до упора. Описать тот фейерверк удовольствия, что меня пронзил, я наверное даже под страхом смерти не смогу. Мне никогда не было так хорошо.
Двигаясь медленно, но уверенно, вперёд и назад, и снова вперёд, Макс доводил меня до высшей точки удовольствия. Он то целовал меня в губы, то покрывал поцелуями шею, то прикусывал мочку уха.
Вдруг, Максим вышел из меня, опустил на пол и развернул лицом к стене. Прижавшись своим горячим телом к моему, он снова вошёл и продолжил свои движения, но уже намного резче и жёстче. Я стонала уже в голос от накрывающих ощущений. По груди то и дело прокатывался холодок, сзади всё сильнее налегал мой горячий мужчина, и я терялась в этом коктейле чувств. Я выгнулась дугой от очередной серии резких толчков и взорвалась в своём первом оргазме. Сзади Макс зарычал и тоже кончил со стоном.
Мы замерли всего на десять секунд, после чего Чадов оторвался от меня, собрал лоскуты нашей одежды в кучу и, подхватив на руки, уложил на эту одежу. Потом накрыл меня своим телом и стал нежно целовать в губы. Мне даже показалось, что он пришёл в себя, но, вглядевшись в тёмные глаза без радужки, поняла, что ошиблась.
Я оторвалась от его губ с желанием сказать, что пора бы уже приходить в себя, но в этот момент, он снова вошёл в меня резким рывком, и мне подумалось: "потом, всё потом".
В этот раз темп был просто бешеный, он разом выветрил все мысли из головы. Наши хриплые стоны, кажется, были слышны даже на улице. Макс опёрся на локоть левой руки и правой подхватил меня под поясницу, отрывая тело от пола, оставляя соприкасаться только лопатки.
И если пару секунд назад я думала, что это просто крышесносно, то теперь мне не хватало воздуха, слов, чувств, чтобы не сойти с ума от эйфории. Я кончила уже после нескольких толчков. Такого сумасшедшего оргазма у меня не было наверное никогда…
Как и когда он кончил я даже не заметила. Когда мир обрёл чёткость, Макс просто лежал рядом и дышал мне в шею.
Но и это был ещё не конец. Перевернув, он усадил меня себе на бёдра, я отчётливо поняла, что силы скоро покинут меня. В тот момент я поймала себя на мысли, что сомневаюсь в своей невосприимчивости к демонической силе. И даже если она на меня и не действует, я рискую умереть от множественных оргазмов…
На этот раз Макс был нежен и осторожен, сам поднимал и опускал мои бёдра в плавном ритме. Может быть я тоже демон? Объяснить иначе то, что мне нравится заниматься сексом снова и снова, и находятся силы не останавливаться, я просто не в силах.
Я всё глубже опускалась на член, и всё сильнее впивалась ногтями в руки Макса. Его стоны наполнили маленькое помещение и я не просто завелась снова, я откинулась назад, опираясь руками на его ноги, сделала ещё несколько поступательных движений и кончила с криком. Не помню за собой такого развратного поведения. Точно заразилась демоничностью…
Что происходило дальше я не особо помню, кажется я уснула.
Проснулась от бурчания под ухом, и от того, что кто-то перебирает мои волосы. Сначала сердце замерло, но потом я всё вспомнила и постаралась понять, что сейчас вокруг происходит.
Я лежала обнажённая на груди у Максима. Он придерживал меня левой рукой за поясницу, а правой перебирал пряди моих волос. Но самое главное, он голосом полным сожаления и отчаяния говорил:
— Прости меня, малышка… Я не смог… Я не удержал… Мне так жаль… Прости! Я никогда себе этого не прощу… Прости, прости моя девочка…
— Это худшая фраза, которую можно услышать после секса, — сказала я, обалдев.
Потом стала подниматься и поняла, что болят у меня даже мышцы пальцев. Состояние: как будто каток переехал. "Это ж что мы вчера такого делали, что я сегодня разваливаюсь? Или может продуло на полу? Этот вариант более правдоподобен. И вообще, нас тут навсегда закрыли?" — эти мысли проносились в моей голове, пока я вставала с Макса и, оглядывалась в поисках платья, заметила светлое пятно на полу и дёрнула измятую тряпку на себя. Когда я взяла его в руки, вспомнила ещё одно событие вчерашнего вечера: Чадов разорвал платье прямо на мне. Я была в таком шоке, что не осознала этого тогда, но вот сейчас: в полной мере. Белое прямое платье-футляр. Я при всём желании его запахнуть не смогу. И есть ещё один нюанс: лифчика на мне не было. Платье было настолько плотным, что я просто не стала его надевать. И что теперь?
Я оглянулась на Чадова, и только сейчас заметила, каким ошалелым он выглядел. Чёрт! Он же выпускал силу! Он и извинялся наверное за это… Он что, ожидал, что я умру?
Заметив под ним голубую ткань, я ринулась к ней. Рубашка Макса практически не пострадала: кроме грязных разводов и отсутствия пары-тройки пуговиц. Натянула на себя его одежду и стала оглядываться по сторонам. Теперь, помимо тусклой лампочки в углу, это помещение освещало ещё и малюсенькое заколоченное поперёк окошко под самым потолком. Видимо, это подвальное помещение.
Высота потолка не позволит добраться к окошку без стула или стремянки, но если меня подсадит Макс, я могу попробовать оторвать доску и постараться выбраться…
Глава 17
Александра
Я подошла к окошечку и повернулась туда, где только что лежал Максим.
— Кто ты? — сказал Макс буравя меня взглядом. Я даже не заметила, как он поднялся с пола и подошёл вплотную.
Что? Серьёзно? Нет, нет, нет! Только не это!
— Да твою же мать! Ещё и это? Ты совсем не помнишь? Помнишь как тебя зовут? — спросила я после десятисекундного молчания.
Ну неужели мне настолько повезло, что он ещё и память потерял?
— Не заговаривай зубы! Ты демон? Как ты скрываешь свою силу? Тебя специально под меня подложили?
Это было как гром среди ясного неба.
Не задумываясь ни на секунду, я дала Максу пощёчину. Даже не так… Я дала хорошего такого леща.
Брат всегда говорил, что у меня рука тяжёлая, и вот сейчас я чувствовала боль
