Читаем без скачивания Эвотон: 180 - Андрей Крыжевский

Вскоре мужчины вышли на основательно заросшую невысокой травой тропу, которая вдалеке соединялась с железной дорогой для вагонеток из шахт.

– Шахта?..

– По-видимому, да.

Углубившись в насыщенный прекрасными ароматами еловый лес и шагая по скрывшимся во влажной зелени шпалам, Андрей и Вел наткнулись на старый металлический проржавевший забор. В месте пересечения линии ограды рельсами виднелся какой-то информационный деревянный стенд, буквы на котором читались с трудом из-за воздействия времени:

«Опасность! Вход воспрещён!»

Рядом, с левой стороны, находился второй, к которому крепилась серебряная цепь с крестиком:

«В тысяч год в преуспевающей шахте го Л Лэйк произошёл взрыв, в резуль которого погибли четыреста пятьдесят шахтёров, а около ст пропали без вести! Трагедия нан непоправимый урон городу Лэйк, основн часть населе которого – рабочие компании «Мэджистик Рок». Спустя год после аварии город эйк окончательно умер, преданно последовав за своими жителями в рай!»

Серебряный крестик сверкал на лунном свете, а значит, здесь, на заброшенной шахте «Мэджистик Рок», периодически появлялись таинственные посетители. Перед мужчинами простирался целый комплекс ветхих деревянных зданий некогда бурлящего предприятия. В одном из них – том, в котором исчезали рельсы, находился источник шума, который настойчиво позвал переглянувшихся между собой гостей.

– Пошли? – спросил Андрей без цели получения ответа.

Звук становился всё громче по мере приближения незваных посетителей. Теперь каждый из них догадывался: наверняка шумела вагонетка, двигаясь по рельсам. Но одно не давало покоя: почему она до сих пор не появлялась из здания приличной высоты?.. Скрип… Звук соприкосновения металлических поверхностей… Сильнее и сильнее… Мужчины заметили, что широкие запертые снаружи деревянные ворота здания двигались под странным натиском, не размыкаясь. Словно пытались их выбить с другой стороны… Словно старались всеми силами вырваться из оков сооружения!

Ворота являлись единственным входом. Так что иного выхода, кроме как их открыть, не существовало. Вел насторожился и схватился за плазму, прицелившись, а украинец дотронулся до бревна-засова в ожидании сигнала от патрийца.

– Давай! – послышалась решительная команда.

Одессит, выбрав момент, когда нажим изнутри строения на время прекратился, а ворота достигли исходного положения, немного выровнявшись, чрезвычайно быстрым движением поднял и отбросил в сторону засов! И тогда ворота с грохотом распахнулись: из здания вырвалась… вагонетка, стремительно удаляясь в заполняемый туманом лес. Её звук постепенно исчезал в густом и липком молоке сосен и елей… Но шум, который привёл сюда землянина и патрийца, не исчезал!

– Заходим, – проговорил бывший глава первой Формации, поймав одобрительный жест Велфария. Оба включили подствольные фонари плазменных шоков.

Украинец, крепче сжав ладонью плазму, первым ворвался в просторное помещение. Сооружение скрывало трудновообразимую действительность: тайна подозрительного звука наконец растворилась перед ошеломлёнными… В центре здания, заполненного лунным светом сквозь давно потерявшие стекло окна, располагались железнодорожные пути, на которых стояли мужчины, не отрывающие взгляд от… очередной вагонетки!.. Но теперь открытый вагон появлялся из широкого искривлённого, но полупрозрачного и плоского пятна с одной наиболее отдалённой от завороженных наблюдателей стороны. Вагонетка медленно, со строго постоянной скоростью проезжала под концом ленточного конвейера, когда-то насыпавшим уголь, может быть, даже в неё… И исчезала во втором искривлении, ближайшем к оторопевшим свидетелям жуткого мира. Но как только первый миллиметр скрывался в нём, то одновременно появлялся в первом… И так без конца!

Погружённый в мысли Вел, не уводящий недоверчивый прицел со странных объектов, совершил несколько осторожных шагов им навстречу. Но внезапно почувствовал соприкосновение, которое повалило его на неимоверно пыльную поверхность и параллельно отнесло в сторону на приличное расстояние. Спохватившийся и моментально поднявшийся патриец захотел выстрелить, но усилием воли не поддался на провокационное желание! Перед ним был Андрей, тяжело и с болью от ушибов подымавшийся на ноги. А через место их исходного расположения стирающим жизнь катком пронеслась разогнавшаяся вагонетка, вылетевшая из ближайшего пятна и снова скрывшаяся в обступившем здание плотном тумане.

– Как ты догадался?! – спросил растерянный Вел. В следующую секунду его внимание приковало к себе нарастающее свечение из-за скрупулёзно сложенных и прогнивших от влияния времени брёвен. Одессит, который еще не полностью поднялся, выжидающе застыл на месте. Складывалось впечатление, что вот-вот из-за брёвен появится объект, испускающий свет, представленный в виде концентрированной динамичной ауры. Переливающейся волнами подсветки… Вел прицелился плазмой. И тогда движение прекратилось: внешнее свечение загадочного объекта не прекращалось, отражаясь от брёвен напротив, а его источник не показывался.

Украинец таки бесшумно поднялся на ноги за патрийцем и без доли сомнений устремился к ближайшему углу, чтобы обойти сложенные решёткой брёвна с другой стороны и застать светящийся объект врасплох, появившись за его спиной, если таковая имелась… И вот видимость в направлении угла мистики стала недоступной из-за головы Велфария. Зато Андрей обнаружил распахнутые на другом конце здания ворота, в которые клубами врывалась молочная смесь. Теперь и её заслонял патрийский затылок. Но появился угол, который… уже не скрывал собой свет! Тьма и пустота! Никакого свечения и объекта!.. Одессит остановился как вкопанный! На его лбу проступил нервный пот. Непроизвольно он сделал шаг. Из открытых ворот, сквозь туман, показалась постепенно приближающаяся точка света… Из скользкой от пота ладони украинца предательски выпала плазма, за которой он тотчас же нагнулся.

– Не двигаться, сукин сын! – послышался старый, скрипучий, но агрессивный голос.

В воротах находился шериф лет восьмидесяти с двустволкой наготове. Он разъярённо сверлил глазами украинца. Фонарь, направленный служителем закона в его лицо, мощным потоком рассекал пространство помещения.

– Земляне… – поспешил объяснить патриец. – Нам бы узнать, где мы находимся.

– Я отлично его знаю, – шериф сплюнул в сторону одессита. – Тебя – нет… Но его – да! И ублюдок сейчас мне ответит за всё!

Велфарий в замешательстве глянул на Андрея, который сохранял завидную хладнокровность. Довольно странную в такой ситуации…

– За что?! Ты нас с кем-то спутал!

– Отвали! – прошипел шериф. – Эту морду нельзя забыть… Я своих врагов отлично помню в лицо! Первый уже успел откинуть копыта, но не по моей вине… А жаль! Но я верил, что второй не уйдёт!

Патриец догадался о происхождении старика, когда заметил, как слабо воспламенились его глаза. Велу захотелось предупредить украинца, потому что его зрительные способности не позволяли заметить одну важную деталь: шериф перед ними – гибриод, а на его веках просвечивается номер! Лишь благодаря своим инопланетным (абсидеумским) особенностям организма Велфарий полностью сложил картину происходящего. Старик мстил за прошлое… За зверские опыты Совета, которыми руководил Стив Фоллинг – «первый ублюдок»…

– Послушай! Я отдам тебе его на растерзание, – патриец блефовал, но ставка была высокой. – Скажи мне только: где находятся лаборатории? Мне нужны оружие и транспорт, чтобы спастись от Совета! – произнося эти слова, Вел позволил себе немного эвотонировать старика, чтобы доказать свою «невиновность».

На глазах разыгрывалась настоящая эмоциональная драма: изумлённое лицо Андрея невероятно почерствело, а настроения старика обострились, что проявилось в моментальном прицеливании его двустволки.

– В… – шериф не договорил, почувствовав, как плотный сгусток плазмы выжигает его тело. Периферическим зрением патриец замечает плазменный шок в ладони «второго ублюдка»…

– Зачем?! – взревел Вел.

– Да брось! Ты прекрасно понимаешь, что все дороги вели в кровь! Патовая ситуация, где игрок – смерть, а мы – фигуры в её руках!

Велфарий подошёл вплотную и с негодованием толкнул собеседника двумя руками, но одессит удержался на ногах.

– Эвотонирование! Я собирался сохранить ему жизнь!..

Патриец запустил свой плазменный шок в сторону наиболее дальней аномалии, что вызвало схлопывание и повторное возникновение возмущений в тех же местах, а в случае плазмы – рикошет от пятна. Вагонетка, докатившись до ближайшей к мужчинам области искажений, с силой оттолкнулась обратно. И снова аномалии исчезли и появились! Негодующие собеседники, между которыми взросло семя раздора, завороженно наблюдали за зловещей сценой. И вот уже первое возмущение приняло на себя удар вагонетки, и всё повторилось заново!.. Без конца!.. Без надежды и намёка на выход из сумасшедшего мира!