что оставь их здесь, я о них позабочусь.
– Ну как, твой выбор?
– Да не с кем мне там особенно разговаривать, да и сколько у меня на счету я представляю, так что предоставь мне флаер на полчаса, он ведь может вернуться сам?
– Да, может, просто закроешь его, он сам вернется куда надо. Захочешь пообщаться и узнать судьбу своих протеже, на, расколи, ну ты знаешь, только не спеши, дай им месяца три на адаптацию, – он протянул мне камушек.
– Ну прощай Симон, прощайте Ганс и Хельга, слушайтесь Симона во всем, он плохому не научит.
Я закрыл верх флаера и скомандовал ему лететь на юг, там, вблизи Неаполя, у меня был небольшой склад. Туда я и полетел.
Потом у меня начались обычные дела, пришлось разбираться с местными бандитами и американскими военными, которые хотели наложить свою волосатую лапу на несколько предметов мебели, почти честно купленных Клаудией и которые очень понравились одному их полковнику. Потом война закончилась и по крысиным тропам в Италию пошли, поползли и полетели всякие немцы, в основном – отпетые мерзавцы. Но они шли севернее, через Венецию, Турин, Геную. Папа Пий-12 им в этом помогал. Но я в этом не участвовал. Так что в отношении дальнейшей судьбы Ганса и Хельги с Симоном я узнал только в середине июня, да и то вскользь, когда со мной связался Симон, которого интересовал совсем другой вопрос.
Симон поблагодарил меня за «блестяще проведенную операцию» и рассказал, что Мария Оршич и прочие медиумы были очень ценными свидетелями, что позволило существенно сократить экспансию этих браконьеров, ограничив территорию их пребывания исключительно Антарктикой, где у них уже была оборудована база. Ганс и Хельга обосновались в Аргентине. Они передали мне привет и сообщили, где их искать. По словам Симона, они были вполне довольны жизнью.
Он спросил меня о том, зачем мне два термоядерных устройства, которые я прихватил со склада артефактов в Гатове, тем более, что они были без взрывателей, и попросил их ему отдать. Я ему не стал перечить и отдал. А потом я уехал к себе в Тунис.
Вот таким было мое посещение Рима с краткой поездкой в Берлин. Тогда я не понял того, что мне предлагал Симон, когда говорил про достойную оплату и банковские услуги. А это могло изменить мою жизнь. Да и вашу тоже. Вот как-то так.
Глава 13. То, что было потом
– Север, а что было дальше, ты общался с Симоном? – спросила его Мари. У тебя осталась возможность с ним переговорить?
– В том то и дело, что нет. Не успел.
– Ну так, что было дальше?
– А дальше было вот что. Мигель и я набрали в Италии большое количество всяких антикварных предметов: столового серебра, фарфора, мебели, старинного оружия, картин, статуэток, ювелирки, гобеленов и прочего барахла. Нужно было все это паковать и переправлять из Италии в Тунис, пока не установилась гражданская власть и не стала работать нормальная таможня. Покупка новых предметов антиквариата без Клаудии шла слабо. Но того, что мы там набрали, нам хватило на несколько десятилетий устойчивой работы в качестве уважаемых торговцев. Пришлось даже существенно расширить территорию складских помещений. Я был доволен результатами.
Но такое положение дел, как это часто бывает, оказалось лишь временным. По итогам второй мировой войны браконьеры забрали недоукомплектованные летающие тарелки и обосновалась на Антарктическом континенте. Их целью было довести, а реально вырастить, оборудование летающих тарелок и обучить его до необходимого уровня, а также построить нормальный корабль, пригодный для дальних космических перелетов. Для этого им нужно было еще примерно два года. Эту их деятельность обеспечивала часть немецких инженеров, конструкторов и высококвалифицированных рабочих, вывезенных с территории Германии, а также несколько тысяч военнопленных.
Их безопасность обеспечивалась соглашением, достигнутым между представителями Германии и руководством США, а также с молчаливого одобрения Симона, его азиатского и американского коллег, а также Римского Папы Пия 12. Этот папа был тот еще жук. У меня было такое впечатление, что в него вселился дух прежнего Ватунга. Завершив дела по строительству космического корабля и летающих тарелок, эти браконьеры должны были, зачистив все, покинуть Землю и больше не вмешиваться в ее развитие.
После завершения войны немецкие инженеры, ведущие ученые и часть руководства СС осели в США и начали усердно работать над проектами создания атомных бомб, ракетного оружия и в других прорывных областях науки и оружейного производства. Основа для такого сотрудничества была заложена еще в конце 1943 г. в ходе контактов между представителями Германии и руководством США, осуществлявшихся, разумеется, через Ватикан. Откуда у Германии появились такие достижения в технологическом развитии, немцы сообщать американцам не стали и лишь поставили перед фактом. Немцев можно понять – у них была цель – обеспечить безопасную эвакуацию своих лучших умов, включая руководство страны и СС. Для этого, в качестве оплаты ими был передан в США весь запас оружейного урана и несколько важных технологий, необходимых для создания атомного оружия.
Появление новых идей, знаний и готовых разработок позволило американцам быстро завершить создание первых атомных бомб, для чего им был использован переданный немцами на подводной лодке U-234 запас оружейного урана и инициаторов взрыва – устройств для выброса большого количества нейтронов. Эти сведения и материалы помогли ускорить развитие проекта Манхеттен. В результате США, даже не производя опытов с урановой бомбой, смогли ее использовать, уничтожив японский город Хиросиму, быстро закончить войну и стали заявлять о своем господстве над планетой.
Но дальше все пошло не так быстро. Особенно после применения атомных бомб в Японии. Это применение было признано несанкционированным, а ответственным за него сделали Симона и его коллег по Японии, Китаю и Америке. Засуетились все, кто имел отношение к планете Земля. Началось торможение «на небесах», у американцев стали умирать и выходить из игры специалисты – не первой величины, в отношении которых были договоренности, но важные. Американцы почувствовали себя обманутыми и начали оказывать давление на представителей Германии, оказавшихся в Аргентине.
Но тут у них начались проблемы. Военный министр и вице-президент Аргентины Хуан Перон не поддался нажиму. Американцам удалось сфабриковать дело, это они всегда умели делать, и упечь Перона за решетку. Но это дело было настолько грубо сфабриковано, что вызвало протесты всего населения и его пришлось выпустить. А на волне успеха после освобождения в 1946 г. Перон стал президентом страны и тут же договорился с русскими о предоставлении им возможности бункеровки в аргентинских портах, в том числе, для военных судов. Давить на
