А Алиса тем временем продолжила:
- Саша, проходи сюда, что ты как не родной стоишь! – и потянула паренька в зал за руку. Он неожиданно смутился и слегка покраснел. – Тебе полезно будет пообщаться с моими землячками. Это лучше любого урока истории!
- Саша? – меня обожгло это имя. Показалось, что передо мной стоит действительно предмет моих бессонниц, только лет на двадцать моложе. – А может рискнуть и отбить его у княгини?
Я поймала его взгляд на себе и непроизвольно дернулась. Как сказала Алиса, фу! Что ты себе Сурайкина напридумывала. Точно мозги набекрень съехали! Нельзя пакостить в доме, в котором тебя принимают как дорого гостя.
- Мам, перестань! Я сам разберусь, - неожиданно сказал молодой человек, вырывая свою руку из рук матери.
Черт возьми, точно говорят, что каждый все понимает в меру своей испорченности! У меня даже мысли не возникло, что это может быть сын! Тогда Сурайкина, расслабляемся и стараемся понравиться княгине. И общаемся, общаемся, общаемся…
Вечер пролетел незаметно. Саша в основном молча впитывал наши разговоры. Было видно, что парнишке интересно, о чем мы разговариваем. А Алисе действительно хотелось поговорить с девушками из России. Как оказалось, она уже пять лет не была там, занимаясь делами государства и помогая мужу. Когда она уходила, мы чувствовали себя почти подругами.
***
А на следующий день было официальное представление его светлости князю. Я с замиранием сердца ждала этой минуты. Сын правящей четы явно внешностью походил на отца, так как от матери ему не досталось ничего. И очень походил на другого Александра… Это абсолютная глупость, но мне казалось, что я зайду в церемониальный зал и увижу Снега. Почему этот мужчина стал навязчивой мыслью и моей глупой тайной мечтой? Пора, Маша, избавляться от наваждения.
Я резко выдохнула воздух, пытаясь этим нехитрым действием сбросить напряжение с плеч, тряхнула волосами и вошла в огромное светлое помещение, следом за тремя моими подругами по приключению.
У дальней от входа стены стояло что-то на подобии трона. Только это сооружение скорее походило на диван, чем на кресло. Алиса сидела рядом с черноволосым мужчиной. Его фигура и стать были мне болезненно знакомы. Сердце болезненно дернулось и нервно запрыгало, словно хотело выскочить на пол и запрыгать по нему как заводная лягушонка. Но чем ближе я подходила к диванчику, тем быстрее моя тревога уменьшалась. Мужчина, сидящий рядом с женой, был старше Алекса. Ему на вид было лет 50. На висках уже появилась благородная седина. Хотя синие глаза оставались все такими же яркими. Его щеку пересекали две кривые полосы шрамов. Только не зря говорят, что шрамы мужчину украшают. Они его нисколько не портили, придавая внешности некоторой брутальности.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мирослав при нашем появлении повел себя не как монарх, а как галантный мужчина. Он привстал со своего места и немного склонил голову в знак приветствия. Младшего Лакиана на этом приме не было.
- Добрый день, девушки! – поприветствовал нас светлейший. – Очень рад, что местом своей учебы вы выбрали именно Одан!
- Простите, что прерываю вашу речь, Ярослав, но мне очень хотелось бы встретиться с моими землячками! Надеюсь, девушки простят мое вторжение! – эти слова произнесла женщина лет сорока, которая появилась в дверях, когда Тоби еще не закончил свою речь. Яркие рыжие волосы незнакомки были уложены в высокую прическу, зеленые русалочьи глаза смотрели на мир с любопытством. А высокую грудь обтягивала самая обычная белая футболка с милым котиком на груди.
За плечом женщины маячил молодой человек. Парень был удивительно красив. Ярке синие глаза, в Англии такой цвет называют королевским, в сочетании с черными, прямо смоляными волосами, которые были собраны в хвост на затылке, придавали его внешности экзотичность. Он был высок и достаточно хорошо сложен, разве что немного худоват. Но это вполне приемлемо для юношей в возрасте до 20 лет, когда они вступают в пору мужской зрелости.
Первая мысль, которая прострелила мой мозг: «Он очень похож на Снега!».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Ваша светлость, я уверен, что наши гостьи возражать не будут! – Ярослав поклонился женщине, а затем представил ее нам:
- Девушки, познакомьтесь: ее светлость, жена князя Мирослава III Лакиана Алиса Лакиан, - он еще хотел что-то добавить, но княгиня его перебила:
- Фу, Тоби, опять ты со своими условностями. Девочки, не удивляйтесь, я до тридцати лет жила в Москве. И сейчас просто хотела бы поболтать со своими землячками без придворных условностей.
- С возрастом не ошиблась, - подумала я, – ей точно за сорок. Судя по свободному общению, княгиня не первый год живет в Одане.
Затем мой взгляд снова переместился на парня. Он стоял, прислонившись плечом к дверному косяку, и с легкой иронией рассматривал гостей.
- Хорош, очень хорош! – заценила я его. Но потом передумала:
- Слишком молод. Я бы никогда не стала иметь с таким молокососом ничего общего. Хотя, кто знает, что будет со мной, когда мне за сороковник перевалит? А у княгини губа не дура. Но разве можно вот так открыто демонстрировать своих любовников? И Ярослава это нисколько не смущает.
А Алиса тем временем продолжила:
- Саша, проходи сюда, что ты как не родной стоишь! – и потянула паренька в зал за руку. Он неожиданно смутился и слегка покраснел. – Тебе полезно будет пообщаться с моими землячками. Это лучше любого урока истории!
- Саша? – меня обожгло это имя. Показалось, что передо мной стоит действительно предмет моих бессонниц, только лет на двадцать моложе. – А может рискнуть и отбить его у княгини?
Я поймала его взгляд на себе и непроизвольно дернулась. Как сказала Алиса, фу! Что ты себе Сурайкина напридумывала. Точно мозги набекрень съехали! Нельзя пакостить в доме, в котором тебя принимают как дорого гостя.
- Мам, перестань! Я сам разберусь, - неожиданно сказал молодой человек, вырывая свою руку из рук матери.
Черт возьми, точно говорят, что каждый все понимает в меру своей испорченности! У меня даже мысли не возникло, что это может быть сын! Тогда Сурайкина, расслабляемся и стараемся понравиться княгине. И общаемся, общаемся, общаемся…
Вечер пролетел незаметно. Саша в основном молча впитывал наши разговоры. Было видно, что парнишке интересно, о чем мы разговариваем. А Алисе действительно хотелось поговорить с девушками из России. Как оказалось, она уже пять лет не была там, занимаясь делами государства и помогая мужу. Когда она уходила, мы чувствовали себя почти подругами.
***
А на следующий день было официальное представление его светлости князю. Я с замиранием сердца ждала этой минуты. Сын правящей четы явно внешностью походил на отца, так как от матери ему не досталось ничего. И очень походил на другого Александра… Это абсолютная глупость, но мне казалось, что я зайду в церемониальный зал и увижу Снега. Почему этот мужчина стал навязчивой мыслью и моей глупой тайной мечтой? Пора, Маша, избавляться от наваждения.
Я резко выдохнула воздух, пытаясь этим нехитрым действием сбросить напряжение с плеч, тряхнула волосами и вошла в огромное светлое помещение, следом за тремя моими подругами по приключению.
У дальней от входа стены стояло что-то на подобии трона. Только это сооружение скорее походило на диван, чем на кресло. Алиса сидела рядом с черноволосым мужчиной. Его фигура и стать были мне болезненно знакомы. Сердце болезненно дернулось и нервно запрыгало, словно хотело выскочить на пол и запрыгать по нему как заводная лягушонка. Но чем ближе я подходила к диванчику, тем быстрее моя тревога уменьшалась. Мужчина, сидящий рядом с женой, был старше Алекса. Ему на вид было лет 50. На висках уже появилась благородная седина. Хотя синие глаза оставались все такими же яркими. Его щеку пересекали две кривые полосы шрамов. Только не зря говорят, что шрамы мужчину украшают. Они его нисколько не портили, придавая внешности некоторой брутальности.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
