Но сегодня на закате рядом с палкой, на которую раньше вешали пугало, стоял довольно высокий и стройный юноша в белом плаще, и с красивым мечом на поясе. Он, чуть опустив голову, не мигая смотрел в сторону Анвильских пещер. Его короткие волосы ласково трепал ветер, а дыхание порождало маленькие облачка пара. Была уже ранняя весна и было еще холодно, особенно ближе к ночи. Неожиданно человек наклонил голову влево и резко произнес.
– Бесполезно, когда ты оставишь эти глупые попытки? Я тебя все
равно слышу.
От дома отделилась ругнувшаяся на эльфийском тень. Это оказалась довольно высокая, чуть ниже собеседника, темная эльфийка. Её одежда состояла из очень лёгкого кожаного доспеха. Все по правилам: поножи, сапоги, перчатки, небольшой нагрудник поверх темной безрукавки, от запястий до локтей стальные латы с узорами. Руки частично спрятаны в перчатки Только пальцы открыты. На тыльной стороне перчатки начертаны какие-то неразборчивые руны округлой формы. Если приглядеться, то можно было заметить, что руны разные на левой и правой руках.
– Винсент, ты назначил неудобное место для встречи, – по голосу
эльфийки трудно было понять что она думает или чувствует. Навирра
почти всегда говорила полушёпотом. Как и сейчас впрочем.
– Это одно из тех мест, где нам никто не помешает.
– М… что-то секретное?
– Не то что бы, но я не люблю, когда меня подслушивают, – Винсент, наконец-то соизволил повернуться к эльфийке лицом и ветер тут же затрепал его плащ. – Мой хозяин хочет тебя нанять, что бы ты убила пару человек.
– Пару? Это как?
– Говорю просто, хозяину нужен человек. Живым. Но этого человека защищают очень хорошо подготовленные люди, их надо устранить или, по крайней мере, вывести из строя так, что бы они не могли помешать мне забрать этого человека.
– А сам значит уже убить пару людей не способен, – эльфийка наслаждалась ситуацией. Впервые она услышала о чем-то, что может она, но не может Винсент.
– Я вел бой с одним из них и мой вердикт – в открытую выступать против таких людей нельзя. К тому же я напал, когда охрана нужного мне человека не была готова и мне противостояло всего одно лицо. Следует предположить, что после моей неудачной попытки её охрану усилят…
– Ты хочешь сказать… – глаза серебрянноволосой расширились.
– Да, Навирра, технически я проиграл бой незнакомцу.
Эльфийка заливисто рассмеялась, чуть закинув голову к небу. Эта беседа значительно поднимала ей настроение. Её щечки начали немного бледнеть. Это обозначает примерно тоже, что у человека румянец.
– Так ты ослаб, Винсент. Где тот рубака, которого я встретила много лет назад?
– Четыре года не так уж и много.
– Неважно, скажи, Винсент, где он?
– Тут я. Тебе только кажется, что я стал слабее, на самом деле я остался на том же уровне, на каком был тогда, – молодой человек опустил взор в землю и как то по детски пнул комок земли. Тот покатился с холма вниз. – И меня это гнетет. Я совсем не развивался после путешествия в Ам-Тра-ту.
– Не переживай, смертный, – отсмеявшись продолжала веселится мрачная по жизни Навирра. – Я тебе помогу, раз ты стал таким рохлей.
Винсент не поднимая головы, сделал резкое движение от пояса. Кончик острия меча остановилась в миллиметре от левого глаза эльфийки.
– Не забывайся, простолюдинка, – Навирра два раза моргнула, – и не смей смеяться надо мной. Я это тебе приказываю по праву сильнейшего.
– Так уж и сильнейшего?
Эльфийка нанесла удар ногой прямо в кулак, которым Винсент держал меч и тут же отскочила. Опытный фехтовальщик принял удар на твёрдую сторону костяшек и меч не выронил. Правда из-за этого пришлось перевернуть лезвие, на что эльфийка и рассчитывала. Винсент почти не поменял стойку, остался с прямой осанкой и ногами расставленными на ширину плеч. Только немного повернул боком корпус. Меч спокойно удерживал одной рукой перед собой. Он – один из немногих людей, сочетающих в себе умелость и безрассудство в пропорции достаточном для фехтования одноручным мечом без щита.
Навирра резко развела в стороны руки, словно для хлопка, и в её руках блеснуло оружие. Короткий меч в правой руке и длинный кинжал в левой. Это её родовое оружие, такого больше не делают, потому что родина и род дроу уже давно уничтожены. От них осталось только оружие. Стерев с лица всё веселье эльфийка чёрной кляксой в красном свете заката метнулась к Винсенту, тот не сдвинулся ни на шаг. Эльфийка атаковала, человек защищался.
Винсент не блокировал её ударов и не уворачивался от них. Он просто перерубал все направления атак эльфийки. Со стороны могло показаться, что он еле-еле шевелит мечом лишь изредка делая размашистые рубящие удары отгоняя чересчур приблизившуюся эльфийку. Сухой и лёгкий звон металла продолжался минуты четыре. Ровно до тех пор, пока Винсенту это не надоело.
В момент, когда они вошли в клинч, человек сделал витиеватый, элегантный, аккуратный взмах, который его учителя называли «Крылом лебедя» и оба клинка птичкой вылетели из рук Навирры. Помимо этого у неё на запястьях появились глубокие порезы. Новые. Еще не дав осознать противнице поражение, Винсент с абсолютно безразличным лицом ударил эльфийку по лбу плоской стороной клинка. Та как то детски рефлекторно взялась за голову и произнеся «ой» слегка попятилась.
– Мда… Если у меня был застой, то у тебя наблюдается регресс.
– Чего? Не ругайся при мне грязными словами! – Навирра уже ругала себя за глупую попытку победить мечника, которая стоила ей очередного унижения перед ним.
– Регресс это слово из места, в котором живёт нужный моему хозяину человек. Это антоним слова прогресс.
Навирра потирая ушибленный лоб поморщилась глядя на красивое и невозмутимое лицо Винсента. А мечник продолжил.
– Ты превратилась в машину для убийства. Твои движения быстры, сильны, фатальны для противника…
– Это и есть прогрессировать, смертный.
– Не перебивай меня, – спокойно произнес Винсент. – Так вот. Но твои глаза и разум не заполнены смыслом боя. Ты крушишь противника просто так, потому что можешь.
– А разве это плохо?
– Не совсем. Но когда нет цели, во имя которой происходит уничтожение, то агрессор остается в невыгодном положении перед тем, у кого она есть. Вот как сейчас. Но…
Один из лучших фехтовальщиков Эрбонса ласково и тепло улыбнулся эльфийке.
– У тебя есть возможность получить такую цель, – и протянул три
свитка. Первый – контракт. Второй – свиток перемещения между двумя
мирами. Третий – инструкции.
Анисимовой было немного не по себе. Доехать до дома Невзорова она смогла лишь к половине десятого вечера. Несмотря на свою находчивость, предприимчивость и активную жизненную позицию Кристя была очень домашней и робкой девочкой. Машины у неё не было и она старательно нарезала круги вокруг Метро Новые Черемушки. Она отчетливо помнила, что его дом где то тут. Красные дома расположенные квадратами стали для неё настоящим лабиринтом. Стрелка уже подходила к десяти часам, когда она уже задумалась о том, что бы сдаться, позвонить и отменить своё посещение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
