Читаем без скачивания Брюссельские убийцы - Жерар Вилье

— А она?

— Объяснишь ей, где нас найти, пусть подъезжает к десяти часам. Недалеко от Ватерлоо есть один клуб, я там часто бываю по вечерам. Совсем рядом с «Харчевней трех утят». Она найдет без труда. Вот увидишь, там очень мило.

Он начертил на листке бумаги план и распорядился:

— Отнеси ей это, но не говори, что я здесь. Потом выйди и жди меня на углу авеню Луизы.

Негритянка послушно вернулась в бар, а Роберт Мартенс снова приник к окошку. Он видел, как подруги пошептались, затем вместе направились к выходу.

Он вышел через заднюю дверь и сел в свою машину, припаркованную поодаль. Когда он выехал на угол авеню Луизы, Мандала терпеливо ждала его у края тротуара.

Ловушка была расставлена.

Глава 13

— Смотрите, что она мне дала, — сказала Кристель Тилман.

Малко задумчиво разглядывал полученный фламандкой от Мандалы план. В углу было нацарапано несколько слов: «Ферма Паиелотт, Оэн, 10 часов». Он повернулся к ливанцу.

— Что это за ферма?

— Историческое место, — объяснил Амин Хабаш, — вокруг Ватерлоо таких полно. Кажется, в 1815 году там был бивуак какого-то генерала... Не знаю, что там сейчас. Может быть, музей.

Странный выбор места для подобных свиданий... И вообще все странно. Малко встретил Кристель у выхода из «Джонатана», и теперь они втроем держали совет в квартире молодой женщины на Песчаной площади.

— Они знают, как вы туда доберетесь? — спросил Малко у Кристель.

— Я сказала Мандале, что у меня машина.

— Она выглядела естественной, назначая вам эту встречу?

— Абсолютно.

Малко ничего не понимал. Интуиция подсказывала ему, что здесь кроется ловушка, но какая? Если его противники догадались, что Кристель работает на него, вряд ли они полагают, что он не принял мер предосторожности. Что же они замышляют? Убить Кристель? Это легко сделать и в Брюсселе. Убить его? Но они знали, что Кристель непременно свяжется с ним, стало быть, сами его предупредили. Тут была какая-то загадка. Или речь шла о самой обыкновенной оргии? В конце концов, Роберт Мартенс, будь он хоть трижды убийцей, как видно, обожает такого рода развлечения...

— Мне ехать? — робко спросила Кристель.

Малко покачал головой.

— Нет. Это слишком опасно. Вместо вас поедем мы.

— Оружия у меня нет, — твердо сказал Джордж Хэммонд, резидент ЦРУ в Брюсселе, — и я не представляю, как его достать теперь, когда Густава Мейера нет в живых.

Тем более так быстро. Все, что было у Филипа Бартона, конфисковала полиция.

— Явиться туда с пустыми руками — безумие, — возразил Малко. — Мы имеем дело с исключительно опасными людьми.

— Черт возьми! — взорвался американец. — Я запрещаю вам ехать на эту встречу! Ясно, что это ловушка. И без того достаточно убитых...

— Если я не поеду, — решительно заявил Малко, — мы не продвинемся ни на шаг, а я не намерен торчать в Брюсселе всю оставшуюся жизнь.

Они долго молча смотрели друг на друга поверх стола. Малко знал, что американец говорит правду. Придется раздобыть оружие самому. Возможно, Амин Хаббаш сможет ему помочь... Малко вдруг вспомнил, что рассказал ему Филип Бартон перед тем, как его убили.

— Я попробую кое-что предпринять, — сказал он, не уточняя, что именно. — Если мне не удастся достать оружие, я не поеду.

Амин ждал его в баре «Метрополя» перед кружкой «Трапписта». Малко кратко обрисовал ему ситуацию. Ливанец молча кивал. После перестрелки в «Харчевне Тамплиеров» он начал входить во вкус.

— Мне необходимо оружие, — объяснил Малко. — Ваш пистолет маловат, а резидент может вооружить меня в лучшем случае рогаткой.

— Будь мы в Бейруте, — задумчиво произнес ливанец, — я бы достал вам все, что нужно, в пять минут. Но...

— Но мы в Брюсселе, — напомнил Малко. — И в нашем распоряжении всего несколько часов.

Амин Хаббаш размышлял, пощипывая свои тонкие усики. Потеряв терпение, Малко взял быка за рога.

— Филип Бартон перед смертью рассказал мне, что он попросил Густава Мейера вывезти с завода партию оружия, намереваясь произвести с убийцами обмен. Что , официальным покупателем были вы и что оружие зарыто в саду Мейера. Оно еще там?

— Ах, вот как! Вы все знаете...

Ливанец был явно не в восторге. Малко не отступал:

— Это правда или нет?

— Правда.

— Что там?

— Несколько штурмовых винтовок «Фал», пистолеты... И немного патронов.

— Вы знаете точно, где они зарыты?

Ливанец плутовато улыбнулся.

— Я сам помогал Густаву Мейеру его прятать. Все думал забрать его оттуда, когда найду покупателя. Но если оно вам так нужно...

Малко наконец понял колебания ливанца.

— Послушайте, Амин, — сказал он, — я заплачу вам за это оружие. А потом, когда все кончится, вы сможете его продать...

Амин Хаббаш просиял.

— Купим лопату и едем, — кивнул он.

Шоссе Розьер было совершенно пустынно. Малко осмотрел тяжелый замок на воротах виллы Густава Мейера. Одним ударом молотка Амин сбил его. Оставив «мерседес» на пустыре неподалеку, они бегом пересекли сад. Двери и ставни дома были наглухо закрыты. Какая удача, что вилла стоит так уединенно! Однако Малко вздохнул с облегчением, когда они завернули за угол дома — теперь их не увидят с дороги. Амин Хаббаш указал на место, где трава была пониже.

— Здесь!

Он взял лопату и вонзил ее в землю. Малко, притаившись за углом, наблюдал за дорогой. Через десять минут лопата наткнулась на что-то твердое. Нагнувшись, ливанец вытащил длинный предмет, завернутый в промасленную бумагу. Он протянул сверток Малко и снова принялся копать. Вскоре в его руках появились еще два свертка поменьше. Амин засыпал яму и, взяв свою добычу, они побежали к «мерседесу». Отъехав довольно далеко но автостраде Брюссель — Монс, Малко свернул на автостоянку и осмотрел содержимое свертков. В большом оказались три новеньких, блестящих от смазки автоматических «фала», в одном из маленьких — шесть запасных обойм, в другом — четыре браунинга и двенадцать обойм к ним.

— Не так уж много, — вздохнул Амин, привыкший у себя в Бейруте к размаху.

— Мы же не воевать собираемся, — возразил Малко, — а только защищаться в случае необходимости.

Ливанец любовно смотрел на черные стволы.

— Если бы я знал, кому их передать, — признался он, — давно бы выкопал. Но здесь у меня почти нет связей.

А ведь нашлись бы типы, которые бы дорого заплатили за такое оружие. Представляете, для налетов...

Он даже прищелкнул языком. Малко спрятал оружие в багажник и запер его на ключ. Теперь у них было все необходимое для диалога с убийцами. Малко подумал о своих противниках. Вряд ли те полагают, что они явятся с пустыми руками...

Фары «мерседеса» осветили дорожный указатель с надписью «Оэн».

— Черт, — процедил сквозь зубы Амин. — Заблудились!

Они уже полчаса кружили по пустынным дорогам, залитым лунным светом. Вдалеке вырисовывался силуэт Льва Ватерлоо. С вершины своей пирамиды бронзовый хищник взирал на унылую долину, где Наполеон потерпел позорное поражение. Малко затормозил и, развернувшись, поехал назад, к тому месту, где они видели табличку «Ферма Папелотт».

На этот раз он ехал медленно, чтобы не пропустить развилку. Амин то и дело оглядывался на лежавшие на заднем сиденье два «фала», завернутые в одеяло. На нем, как и на Малко, был пуленепробиваемый жилет, позаимствованный у морских пехотинцев из посольства, — такой же, как тот, что спас Малко жизнь. Фары выхватили из темноты табличку, которую они не заметили, проезжая здесь в первый раз: «Пони-клуб фермы Папелотт».

Дорога уходила направо, в поля. Вскоре «мерседес» оказался перед каменной оградой, за которой возвышался старинный дом — «замок», как говорили в Бельгии. За широкими воротами был виден мощеный двор и конюшни, но нигде ни огонька, никаких признаков жизни. И ни одной машины. Погасив фары, Малко вышел и прислушался. Вдали, на шоссе Ватерлоо, глухо урчали машины, но из «Пони-клуба» не доносилось ни звука. На всякий случай Малко вернулся назад и осмотрел пустынную дорогу — она терялась в полях, постепенно сужаясь, и, наконец, обрывалась. Он вернулся к Амину, который ждал его, стоя у «мерседеса» с двумя «фалами» наперевес.

— Они нас продинамили, — мрачно сказал ливанец. — Никого нет. Или просто хотели выманить нас из города... Надеюсь, эта идиотка Кристель не станет открывать дверь кому попало...

Малко охватила тревога. Странно, что нет даже машины...

— Быстро обойдем вокруг дома, — решил он. — И нулей обратно в Брюссель.

Он взял один из «фалов», и они вошли в ворота.

Своей упругой походкой спортсмена Роберт Мартенс вошел в комнату, где его ждала Мандала. Негритянка тотчас почувствовала приятное покалывание в животе. Жандарм был одет по ее вкусу — в комбинезон из белого эластика, похожий на водолазный костюм, только гораздо тоньше, который подчеркивал внушительное мужское достояние, делая его, казалось, еще больше. Но животу негритянки словно растекался мед; она встала и подошла к своему любовнику.