Читаем без скачивания Иные миры - Чарльз Уильямс

Сутулую фигуру профессора затрясло от возбуждения.

— Слушайте, Тамалти, а ведь это может порвать цепочку, — хрипло проговорил он. — Этак ведь можно убедиться, наконец, что мы — не какие-нибудь винтики в механизме Рока. Мы станем свободными!

— Я иногда думаю, — задумчиво произнес сэр Джайлс, — что во всем этом рассаднике паразитов, который по недоразумению зовется Англией, я — единственный ученый. Ну хоть бы один из вас не носился с какой-нибудь навязчивой идеей! А то вы только о том и думаете, как бы выпустить ее погулять на часок. Не сходите с ума, Пеллишер. Каким это образом любое, самое распроклятое происшествие может порвать цепь закономерностей? Вы добиваетесь свободы? Ну и что вы с ней намерены делать?

— Если человек в состоянии изменить прошлое, — словно в трансе произнес профессор, — если он способен познать будущее и действовать в нем…

— Да вы белены объелись, профессор, — перебил его сэр Джайлс. — Кончайте ваши романтические бредни. Если вам на роду назначено сидеть через полчаса в этом кресле, вы в нем и будете сидеть, даже если для того, чтобы засунуть вас туда, этому доисторическому экспонату придется треснуть вас по голове чем-нибудь тяжелым. Хватит болтать. Приступайте к эксперименту.

— Я-то приступлю, но и вы не отлынивайте, — огрызнулся профессор. — Я ведь с вас глаз не спущу, Тамалти. И давайте без этих ваших штучек! — предупредил он.

— Вы, романтики, всегда отличались подозрительностью, — вздохнул сэр Джайлс. — Впрочем, сейчас это неважно. Мы же будем действовать вместе. Где камень?

Пеллишер отпер сейф, достал камень и сел за стол рядом с Тамалти.

— На сколько отправляемся? — деловито спросил он. — На полчаса?

— Вполне достаточно, — кивнул сэр Джайлс. — Дверь заперли? Хорошо. Где часы? Значит, отправляемся в половину двенадцатого. Дайте-ка я запишу на листочке и положу вот сюда. Еще раз: чего мы хотим?

— По-моему, стать такими, какими мы будем в половине двенадцатого, — пожав плечами, ответил Пеллишер, и оба они, один с короной на голове, другой с зажатым в руке камнем, сосредоточились на этом желании.

— ..поэтому вряд ли я смогу сообщить вам что-нибудь полезное, — закончил Пеллишер, спокойно глядя на полицейского инспектора.

Сэр Джайлс оглянулся через плечо. Он стоял у окна кабинета и рассеянно прислушивался к разговору за столом.

Так удался все-таки их эксперимент или нет? Он не мог припомнить ничего определенного. Они с Пеллишером сидели… кажется, довольно долго, хотя, если смотреть по часам — всего минут десять… ощущение от этого ожидания неизвестно чего осталось довольно тягостное. Потом они посмотрели друг на друга, и Пеллишер сказал: «Ну?» Тогда сэр Джайлс встал, взглянул на листок бумаги, где его почерком было написано «Одиннадцать тридцать», и перевел взгляд на часы.

Стрелки показывали одиннадцать сорок две. Он поглядел на Пеллишера и раздраженно бросил:

— Если бы я знал, провались оно все пропадом!

— Вы о чем? — кажется, спросил Пеллишер.

Воспоминания быстро тускнели, и сэр Джайлс уже с трудом мог восстановить общую последовательность событий. С каждой минутой прошедшие полчаса все быстрее проваливались куда-то на дно памяти, и решительно нельзя было понять, случилось ли все это на самом деле или происходило только в его сознании? А то, что происходит сейчас? Происходит ли оно в действительности, или к этому следует относиться как к предвидению? Испытывая крайнее раздражение и какую-то безотчетную тревогу, сэр Джайлс вынужден был признаться самому себе: он не знает.

Ему припомнилось, как в дверь постучала экономка, припомнилось, как пришел инспектор, как они говорили с Пеллишером… надо признать, подумал Тамалти, Пеллишер вел себя безукоризненно. Кажется, профессора не мучили никакие сомнения. Впрочем, откуда им взяться? Для этого все-таки соображать надо. «Но я же помню все это, — нетерпеливо подумал Тамалти. — Если бы этого не было, как бы я помнил тогда? Черт побери! — Он пытался сосредоточиться. — Но ведь в половине двенадцатого я и должен помнить.

С другой стороны, если эти воспоминания пришли ко мне извне, значит, я помню то, чего не было? Может быть, галлюцинация? Нет, так свихнуться можно. Чушь. Я в полном сознании, и сознание мое соответствует одиннадцати сорока пяти. Этого сознания не могло бы быть, если бы меня не было между одиннадцатью и одиннадцатью тридцатью. Так все-таки где я? Здесь или все еще там, только зная о том, что будет здесь?»

Сэр Джайлс ощутил близость какого-то другого объяснения, он мучительно пытался ухватить его и не мог. Нетерпеливо взглянув через плечо, он с облегчением отметил, что инспектор собрался уходить. Едва дождавшись, пока за ним закроется дверь, сэр Джайлс бросился к Пеллишеру.

— Ну? — чуть не крикнул он. — Что произошло? Да плюньте вы на этого идиота-полицейского! Получилось что-нибудь?

— По-моему, ничего, — несколько удивленно ответил Пеллишер. — Кажется, во времени оно не работает.

— Похоже, это вас радует, — саркастически воскликнул сэр Джайлс. — А позвольте вас спросить, почему вы так уверены, что оно не работает? Вы же хотели остаться самим собой из половины двенадцатого? Ну и как вы теперь узнаете, так это или нет? Вы ведь все помните, не так ли? Я тоже помню.

— А-а… да… — начал Пеллишер. — Да, я понял. Хотите сказать, что это — предвидение? Хм. Ну тогда давайте вернемся в одиннадцать часов, — он шагнул к сейфу, но сэр Джайлс схватил его за рукав.

— Остановитесь, глупец! Нельзя этого делать. Почему, черт побери, я раньше не понял? Стоит вам вернуться назад, и вы будете вечно проделывать одно и то же. Понимаете?

Замкнутый круг!

Пеллишер сел. Оба ученых смотрели друг на друга.

— Но вы же сами утверждали, что любое настоящее рано или поздно станет будущим, — растерянно произнес профессор.

— Утверждал! — рявкнул Джайлс. — Но неужели у вас мозгов не хватает понять, что возвращение замыкает круг? Вот почему исчез ваш проклятый прихлебатель! А теперь вы и сами едва не клюнули на эту удочку! Нет уж, меня на таком не поймаешь. Должен быть выход, и я найду его!

— Послушайте, Тамалти, — примирительно сказал профессор, — давайте-ка все спокойно обсудим. Что вы имеете в виду под замкнутым кругом?

— О боже! — простонал сэр Джайлс. — Угораздило же меня связаться с человеком, который даже соску сам не найдет! Да поймите вы, если сначала не задать последовательность перемещений, то вы уже ничего не сможете сделать.

Если вы решите: «Я хочу попасть туда и вернуться обратно таким-то образом», — тогда — пожалуйста, но если скажете только «Я хочу оказаться там», то вашим возвращением будет управлять обычная последовательность событий. Вы что, совсем рассудок потеряли, Пеллишер?