что я находилась в тех же условиях, что и они. Более того, возможно, я знала даже чуть меньше, поскольку до некоторого времени совершенно не собиралась быть ведьмой.
От всех этих вопросов и беспрестанных дерганий меня за рукав, отчего тот едва не оторвался, у меня разболелась голова. Массируя виски пальцами, я раздраженно смотрела на полные непомерным любопытством мордашки студентов, домогающихся до моего мозга.
В конце концов, последний-таки воспротивился, и мы с ним решили прикрыть всю эту богадельню.
— Староста! Староста! Староста! — доносилось со всех сторон.
Я одарила убийственным взглядом юношу, стоящего неподалеку, который кричал особенно громко визгливым голосом с нотками, которые уже переходили в фальцет.
— А ну молчать! — гаркнула я.
И вот что удивительно. Меня не то, что не послушались, но нагло проигнорировали и утроили попытки до меня достучаться.
После такого выход был только один.
Да, вы подумали совершенно верно — тактическое отступление.
Или, проще говоря, побег!
Оперативно работая локтями, я оттесняла жаждущих моих отсутствующих знаний людей и целенаправленно двигалась к выходу. Ухватившись за вожделенную ручку, я распахнула дверь и драпанула, что есть мочи.
Но я трезво оценивала свои силы. Я была на каблуках. Моя физическая подготовка была не то, что бы плохенькой, но, откровенно сказать, совсем убогой. Поэтому я знала, что далеко убежать мне не удастся. Меня или поймают. Или же я сама остановлюсь, потому что банально не была не мазохистом.
Поразмыслив подобным образом, решила, что мое спасение — вторая дверь за поворотом.
«Почему за поворотом? И почему вторая?», — спросите вы.
Нет, ну вы даете, господа. А я-то вас умными считала! Все просто как дважды два. Вы, что от погони никогда не скрывались, в самом деле?
Уйти за поворот нужно, чтобы выиграть время для маневра, а шмыгнуть во вторую дверь следует, чтобы сбить преследователей с толку. Они-то подумают, что я в первую побегу.
Слыша топот ног, я максимально ускорилась, таки осуществила свой великий план, и — О Чудо! — второй дверью за поворотом оказалась библиотека!
Я попала в нее не через парадный вход, а запасной. Вот это да! Очень полезное открытие.
Но расслабляться было рано.
Я быстро сбежала по лестнице и под несколько удивленным взглядом библиотекаря полезла под стол, прикладывая палец к губам и безмолвно прося мужчину молчать. Тот посмотрел с некоторым подозрением, но все же кивнул и принялся дальше перебирать какие-то карточки.
Я же, задев рогами столешницу, приглушенно выругалась и принялась задвигать стулья таким образом, чтобы меня не было видно. Потом подумала пару мгновений и для пущей надежности легла на пол.
Если вы думаете, что я сейчас преувеличиваю масштаб проблемы, вы заблуждаетесь. Я нисколько не гиперболизирую сий конфуз.
Уже через несколько мгновений с грохотом распахнулась дверь и раздался зычный голос какого-то детины: «Сан Палыч, а вы не видели тут ведьму? Такую… На каблуках?!».
Я затаила дыхание. В течение пары секунд ничего не происходило, а потом библиотекарь вдруг заорал: «А ну молчать! Чего раскричался?! Тут тебе не рынок! Иди отсюда! Тут никаких дураков кроме тебе нет! Пошел вон!».
Улыбнулась.
А все же первое впечатление обманчиво. Я-то думала, что наш товарищ — робкий мужчинка, которого разве что ленивый не обидит, а оно вон как. С другой стороны… Со студентами пообщаешься, и не такому научишься. Сама знаю.
— Понял. Извините, — громким шепотом ответили ему, и дверь, не издав почти никакого шума, закрылась. Наверное, затворяли ее очень осторожно.
Я полежала на всякий случай еще немного и стала выбираться из своего укрытия. Сан Палыч, как ни в чем не бывало, сидел за своим столом. Покосилась на дверь, затем перевела взгляд на него и прокашлялась.
— Вам что-то угодно? — спросил он, не отрываясь о своих бумажек.
Я потерла кончик носа.
— Вы не обидитесь, если я задам слегка личный вопрос?
Мужчина посмотрел на меня и чуть удивленно приподнял брови.
— Какой?
— Сан — это ваше имя, а Палыч — фамилия?
Уголки его губ дернулись. Он смотрел на меня пару мгновений, а затем рассмеялся.
— Нет. Мое имя — Асантий, а фамилия — Лиево.
Мозг активно пытался найти объяснение этому странному «Палыч», но так и не нашел.
— Тогда… — начала я.
— Я живу в маленьком княжестве, которое условно считается частью Завирского княжества, но у нас свои традиции и обычаи. Помимо имени личного и фамильного, у нас есть отчество. Мое полное имя Асантий Павелиевич Лиево, но студенты сократили до простого «Сан Палыч».
— Эм… Довольно любопытный обычай. К слову об этом. Не могли бы вы дать мне книжку про обычаи империи Ифровар, и еще желательно что-нибудь про истинные пары.
Взгляд мужчины стал очень понимающим.
— Никак замуж за дракона хотите выскочить.
Я была оскорблена в лучших чувствах.
— С чего такой вопрос?!
— Так, у меня каждая вторая студентка такие книги требует. У нас даже столько книг по культуре Рамивии нет, как по культуре Ифровара!
— И как они себе это представляют? В смысле, свое становление истиной парой дракона? Империя находится довольно далеко от академии.
— Да ведь к нам с дипломатической миссией часто летают послы.
Я хмыкнула.
— Тоже мне. Счастье великое за дракона замуж выйти, чтобы потом его яйца высиживать. Нашли курицу!
Библиотекарь улыбнулся.
— Процесс происходит несколько не так.
Я отмахнулась.
— Суть-то все равно не меняется! Вы выдадите мне книги?
— Вы обидитесь, если я задам вам личный вопрос? — вернул мне мою же фразочку Сан Палыч.
Отрицательно помотала головой, примерно представляя в какую колею зайдет разговор.
— Если вы не хотите замуж за дракона, для чего вам нужны эти знания?
— А я вроде как уже, — мрачно сказала я.
Мужчина кинул взгляд на мои руки, вязь символов на которых я предусмотрительно прикрыла широкоими браслетами.
— Ах… Вот оно как. Вас можно поздравить?
— Да. Обязательно. Не забудьте цветочков прикупить и открытку.
Сан Палыч хмыкнул и пошел за требующейся мне литературой. Я ждала его, постукивая каблуком о пол. Получив, наконец-таки книги тут же пошла в читальный зал.
Так-так-так… Вот сейчас почитаю, и ткну носом этого моего невежливого оттого, что так мне и не представился, жениха носом в его же традиции. Вряд ли дела обстояли так, как говорил он.
Но к моему величайшему сожалению, все было именно так.
С момента появления вязи рисунков у суженых, последние фактически считаются помолвленными.
Да твою ж налево!
Чего же это мне так везет-то?! А как же свобода воли? Светлая мысль выбора собственного пути?
Расстроена я была невероятно.
Нужно будет еще папеньке как-то обо всем этом деле рассказать. Не думаю,
